Чтение онлайн

– Измена, - коротко сказал я. – С моим лучшим другом и партнёром. И беременность от него. Беременность, которую мы планировали. Сыном... Которого я очень ждал. Если ты хочешь, чтобы я действительно тебе помог, - ты больше никогда эту тему со мной не поднимешь. Эту страницу я перевернул.

Чтобы доказать себе, что и правда перевернул, я снова подтащил Кристину к столу и точно так же взял её, как в первый раз. Мы оба стремились распроститься с прошлым и отчаянно выбивали его друг из друга, соединяясь в неистовой схватке тел. Когда я наконец отпустил сладкую волшебницу, Кристина прошептала:

– Ты уже второй раз поимел меня в этой позе. Ты что – не знаешь других?

– Ты уже второй раз кончила в этой позе, - заметил я, застёгивая брюки. – А в других умеешь кончать?

– Я ничего не соображаю: где я, что происходит… А ты этим пользуешься. Мог бы на сегодня оставить в покое – ты же уже насладился мной!

– Не полностью.

– Ермишин… - Кристина медленно сползла со стола; я подхватил её, и она, цепляясь за мою шею, жалобно произнесла:

– Мало мне проблем…

– А мне – мало?

– Я не хотела с тобой спать.

Я категорично возразил:

– Хотела. И спишь. Я за качественный секс. А всей этой другой... возни, думаю, ни мне, ни тебе больше не надо. Пусть всё между нами будет просто и приятно. Уяснила?

Так же, как только что телом к столу, я припечатываю её поцелуями к стене. Кристина снова загорается, сплетаясь со мной в сладкой схватке языков. Её губы, поначалу отвечающие стыдливо и нерешительно, словно это не их обладательницу только что дважды взяли сзади полусогнутой на столе, сдаются наглым поцелуям нахального хама; и я опрометчиво решаю, забываясь в этих восхитительных ласках, что Кристина всё поняла - и никаких проблем с ней не возникнет.

Знал бы, что меня ждут испытания покруче предыдущих, - ещё подумал бы, связываться ли.

Прежде, чем переехать к Феликсу, я позвонила мужу и спокойно объяснила, что у Зои психологические проблемы, мы обратились к специалисту, и врач велел ей пока поменьше контактировать с раздражителем, то есть с отчимом, поэтому мы останемся в съёмном жилье. Я просила пока ещё мужа проявить понимание и обещала встречаться в нашем кафе по делам; также сориентировала его, что это не больше, чем на пару недель. Кажется, Сергей поверил; ну а я внутренне готовилась к уже второму в моей жизни бракоразводному процессу. Я не была ни удручена, ни подавлена; не ощущала никакой обречённости – по ряду причин. И причины эти я прекрасно осознавала – и с ужасом, и с восторгом.

Никогда не думала, что так подсяду на хороший секс.

С одной стороны, ну действительно: мало мне проблем? А с другой – всё к лучшему: не рыдаю, рук не заламываю, волосы на себе не рву, что муж изменил.

Почему-то после того, как этот брутальный «Майк Хаммер» грубо трахнул меня, уткнув мордой в свой рабочий стол – дважды! – мозги у меня в каком-то смысле встали на место. И в голове относительно некоторых вещей наступила абсолютная ясность.

Во-первых: я поняла, что особой любви к мужу никогда не испытывала. Видела в нём партнёра, помощника, потому что успела измудохаться в своём индивидуальном предпринимательстве одна. Грубо… но иначе не скажешь. Просто изголодалась по мужчине, испугалась в какой-то момент: неужели это всё, что осталось мне в личной жизни? Только кафе и Зоя? И приняла предложение первого, кто начал ухаживать. С радостью и благодарностью приняла.

Во-вторых: всё-таки от секса я привыкла получать только моральное удовлетворение: голова разгружается, меня хотят. И только в руках этого грубияна испытала глубокое чувственное наслаждение, которое прокатилось по всему телу волнами, проскакало по коже мурашками, сдвинуло мою душу в самый низ живота так, что остальное перестало иметь значение, - и завершилось потрясающим оргазмом. Я впервые за много лет только тогда, пригвождённая к Ермишинскому столу, смогла по-настоящему отдохнуть и расслабиться. Я словно стала совсем девчонкой, прикоснулась к заветной фантазии и пережила слияние с самой сладкой и давней мечтой.

Дело в том, что в подростковом возрасте я была до чёртиков влюблена в грубого циника и обаятельного хама – частного детектива Майка Хаммера из серии прогремевших на весь мир детективов Микки Спиллейна. Была очарована образом Хаммера как в старом чёрно-белом сериале, так и в римейке девяностых, где Хаммера сыграл язвительный и саркастический красавец Стэйси Кич. Наверное, в глубине души я всегда ждала именно такого мужчину – что поделать, именно такой типаж... Юношеские фантазии, которые, давно похороненные глубоко и задвинутые на задворки подсознания работой и материнством, теперь вынырнули оттуда, ожили… и заодно оживили меня.

Вот только все поклонники этих книг про Хаммера знают, что Майк не привязывался по-настоящему ни к одной женщине и привык довольно часто менять их в своей постели. По-видимому, и этот так же. И я терялась перед собственной влюблённостью – нет, не в Ермишина, а в этот образ; я никогда не посмела бы рассказать ему всё это – потому что знаю наверняка, какое отчуждение это вызвало бы в нём. Мне действительно не на кого опереться сейчас, кроме него. Мне и Зое… мой бедный ребёнок – Ермишин ненавидит детей. Прямо так мне и сказал:

– Пока живёте у меня – уйми свою девчонку, чтобы её не видно-не слышно.

– Хорошо, - пообещала я, внутренне вовсе не уверенная, что смогу справиться с бойкой и языкатой Зоей. – Давай я сразу переведу аванс?

«Майк Хаммер» глумливо ухмыльнулся:

– Не нужно. Первое время будешь платить натурой. У тебя это превосходно получается. Хотя, конечно, ты ни черта пока не умеешь… но я люблю, когда молодёжь полна энтузиазма и проявляет стремление к обучению.

«Молодёжь»… я прикинула: я моложе «Хаммера» лет на пятнадцать. Крайне опасно влюбляться в прожжённого циника, с непростой личной судьбой, который не доверяет женщинам и терпеть не может детей. И тем не менее… меня начало затягивать в что-то неизведанное и прекрасное, что я не могла теперь притормозить. Наблюдать исподтишка за огромными руками, лежащими на руле; слушать, как он объясняет мне технику безопасности, проводя по своему дому; смотреть, как он работает за компьютером. Чего искала его жена? Чего она в нём не нашла? Ей изначально нравился другой типаж – более романтичный, менее увлечённый работой? Зачем тогда выходила за него замуж?

Короче говоря – чёртов секс послужил стартовой точкой, и я не могла отрицать очевидное: меня неудержимо влекло к Феликсу. Он затронул во мне что-то такое, что втайне мечтает пробудить в себе однажды каждая женщина; но за грузом ежедневных хлопот, за материнством это не всегда удаётся. Я думала, предел страстной влюблённости – это моё детское, неполноценное чувство к красавчику Василию, отцу Зои; но сейчас я видела перед собой сложную личность Ермишина – и тянулась к ней всей душой, и боялась показать ему эту привязанность.

Поэтому как бы он мне ни хамил - отговаривать ему на его колкости я не стала: я не из тех, кто любит напоказ оскорбляться, вступать в конфликт, да и вообще – отчего-то я доверилась Ермишину, его агентству и сотрудникам, его опыту, его стратегии ведения дела.

Зоя, увы, моей молчаливой покорности не разделяла. Стоило нам переместиться к Феликсу, как моя говорливая девочка пристала к нему:

– Значит, мама теперь – ваша жена?