Чтение онлайн

— Это когда я сидел два часа, как обдолбанный? Ничего не помнил и не соображал? — Иван немедленно начал закипать.

— Я не хотел, чтобы ты мне мешал. Извини. Не мог же я тебя связать или накачать снотворным!

— Красава! То есть ты еще и оправдываешь свое свинство? — усмехнулся Бехтерев. — Слушай сюда, Лесков, если ты не хочешь до конца жизни ходить с мешком на башке, не вздумай мне больше…

— Обещаю! — перебил его Дима.

— А мне тоже внушал что-то? — осторожно спросил Рома.

— Честно, не припоминаю. Перед кем я действительно виноват, так это перед Игорем. Помните его внезапную «болезнь»…

— Твою мать, — вырвалось у Ивана. — Ну ты «добрый», Лесков! Я понимаю, что Игорь в последнее время вел себя, как мудила, но ты, конечно, перегнул.

— Я знаю.

— Да и держалась эта хрень дольше трех часов. Ты что, опять нам врешь что ли?

— Нет, я ведь тоже думал, что немного «проучу» его. Часа на три. Почему все так затянулось, я сам без понятия.

— То есть, твое внушение может держаться и дольше?

— Возможно, но пока что это был единичный случай. Если…

Стук в дверь заставил парней прерваться. В комнату вошел Алексей и попросил всех троих немедленно следовать за ним.

— Мне дадут хотя бы переодеться? — нахмурился Лесков.

— После, — отрезал Ермаков.

Пришлось подчиниться. Дмитрий наскоро вытер мокрые волосы полотенцем и первым направился за Алексеем. Парни еще не знали, куда их ведут, но предчувствовали, что речь пойдет именно о случившемся на поверхности. Они не тешили себя надеждами, что Ермаков-младший промолчит об увиденном. Теперь только оставалось надеяться на то, что Полковник адекватно воспримет эту новость и не попытается снова затолкать Дмитрия за решетку.

Когда парни наконец вошли в правительственное здание и прошли в необходимый зал, то мысленно поразилиcь тому, сколько народу собралось здесь. Тут находились даже руководители соседних станций, а на мониторах отображались лица лидеров дальних, а также Москвы и других крупнейших городов России. Среди уже знакомых Дмитрию были Полковник, его сын Юрий, Альберт, Эрика, Кирилл Матвеевич, Константин Морозов и Тимур.

В первую очередь Алексей Ермаков выступил с докладом касательно существ, которых доставили в Петербург «процветающие», чтобы уничтожить последних выживших. Далее был продемонстрирован тот самый кусок хвоста, который Лесков принес с поверхности, и проведено несколько опытов, доказывающих, что ни пули, ни даже взорвавшаяся граната не в состоянии повредить защитный панцирь неведомой твари.

— Судя по анализу ДНК, когда-то это существо действительно было Комодским вараном, которое было подвержено генетической мутации, — теперь доклад продолжила Эрика. — Под влиянием мутации структура кожи рептилии была изменена и теперь скорее напоминает черепаший панцирь с тем отличием, что он укреплен особым биоволокном. К сожалению, на данный момент я затрудняюсь сказать конкретнее. Нашим ученым потребуется еще время, чтобы изучить…

— Лучше скажите, как его можно разрушить? — раздался голос с одного из экранов. Это говорил представитель московского руководства.

— При температуре от 4200 градусов по цельсию ткани начинают плавиться.

По залу прокатилось волнение. Эрика прервалась, желая переждать, когда первые эмоции утихнут, а затем начала объяснять, какие еще проводились опыты, и какие результаты были получены.

А потом один из присутствующих руководителей наконец задал главный вопрос:

— Но как же тогда группа из пяти солдат смогла пережить встречу с этими существами? Не с одним, с двумя!

— Они убили одного гражданского, — ответил Алексей. — Но среди нас оказался бывший «процветающий». Если я правильно понимаю то, что произошло, они, как и роботы, узнали в нем своего хозяина.

Дмитрий был готов услышать эти слова.

Когда его вывели в центр зала и велели рассказать о том, что произошло наверху, парень посчитал нужным подтвердить домыслы Ермакова-младшего. Он не мог признаться в том, что способен внушить любому присутствующему свою волю. Узнав об этом, его бы, вероятнее всего, держали бы в клетке, как дикого зверя, нацепив на голову какой-нибудь плотный мешок. Или, что еще скорее, попросту бы убили.

— Как только его глаза изменили цвет, твари стали слушаться его, — произнес Ермаков-младший, и по залу снова прокатились перешептывания.

— Что значит, изменили цвет? — спросил руководитель Спасской. — Выражайтесь конкретнее. Здесь не урок поэзии, чтобы упражняться в образности.

— Погасите свет, — произнес Дмитрий. Учитывая, что Вайнштейн сидел как раз подле экрана, рядом с ним сохранялось достаточно света, чтобы его цвет глаз не изменился. Однако доктор все же немного занервничал.

— Что за фокусы? — теперь уже вмешался сам Полковник.

— Погасите! — повторил Лесков, медленно отступая к дверям, самой темной части зала.

Когда свет погас, и присутствующие отчетливо увидели медные глаза Дмитрия, повисла гробовая тишина.

Молчание вновь прервал представитель Московского правительства.

— Вы — «иной»?

Этот странный вопрос вызвал новую волну перешептываний среди присутствующих. Мало кто понял, что обозначает такое странное определение, однако просить пояснений никто не рискнул. Тем не менее Дмитрий понял этот вопрос.

— Я стал «иным», — устало ответил он. — Был обычным, пока ученые «процветающих» не начали колоть некоторым добровольцам сыворотку, отвечающую за подчинение этих тварей… «костяных».

— Так вот как вы их называете — «Костяными», — Полковник мрачно усмехнулся.

— В честь цвета их панциря. Весьма благородный, напоминает слоновую кость, — продолжал лгать Лесков. У него не было другого выхода, поэтому приходилось изобретать на ходу. Главное, чтобы голос звучал уверенно, так, чтобы самому хотелось поверить в свою историю.

— Что за сыворотка? — продолжал свой допрос кремлевский лидер.

— Я — не химик, поэтому затрудняюсь сказать. Знаю только, что цвет глаз — это побочный эффект сыворотки. Ученые объясняли это тем, что зверь должен чувствовать в своем хозяине более сильного зверя.

— Зажгите свет! — приказал Полковник, и лампы под потолком немедленно вспыхнули вновь. Глаза Дмитрия снова стали темно-синими, и среди присутствующих прокатилась волна возмущения.

— Вы добровольно согласились подвергнуться экспериментам? — спросил руководитель Спасской. — Зная, что с помощью этих чудовищ нас будут убивать?

— Добровольно, потому что хотел получить вид на жительство на Золотом Континенте, — ответил Лесков. — К тому же мне хотелось завести себе подобную «бойцовую собаку». То, что их будут использовать в качестве оружия — это явно спонтанное решение. Потому что роботы стали терпеть поражение.