Черный снег на белом поле
Шрифт:
Хаксли... Кроме Олдоса Хаксли как будто был и другой Хаксли. И точно: сподвижник и пропагандист Дарвина! В русских переводах, правда, его часто называют Томасом Гекели, но это не должно вносить путаницу. У Олдоса был знаменитый дедушка. Запомним этот факт.
Отметим и то, что ученый, по сути, воспринимал мир как хаос: «Не знаю более удручающей науки, чем эволюция человека. Человек является с отчетливыми признаками своего мерзкого происхождения. Это скотина, только более умная, чем другие скоты. Слепой раб своих страстей, жертва бесчисленных заблуждений, превращающих его духовную жизнь в кошмар, он проводит жизнь в бесцельном труде и борьбе».
Итак, наука обнаружила скотину Как пасти ее? Над ответом задумаются многие.
Когда-то хаос превратился из бесформенного шара в бога. Он стал блюстителем мира, вращающим его ось. Так считал Овидий. По Овидию, творческим началом, преобразующим хаос в космический порядок, является «мастер вещей». У философа это уже не миф, это — космогонический образ. Над богами, населяющими мифы и культы, Овидий откровенно смеялся. В 9 году по Р.Х. император Август выслал вольнодумца на берега Черного моря.
Спустя восемнадцать веков русский император Александр I отправил примерно в те же края молодого, но уже известного поэта. В Кишиневе он вступил в ложу «Овидий». «Революционер» древности, по сути, ниспровергавший богов, всегда был знаковой фигурой для масонов.
Известно, что Пушкин долго стоял над могилой Овидия. Сравнивал две судьбы? О чем он думал, мы не знаем. Возможно, тогда родилась его первая строфа:
Овидий, я живу близ тихих берегов, Которым изгнанных отеческих богов Ты некогда принес и пепел свой оставил. Твой безотрадный плач места сии прославил...Философы-неоплатоники говорили о создавшем упорядоченный мир демиурге. Со временем он слабеет, и тогда из всех щелей к нам врывается первозданный хаос. У него — свои права. Это права первородства. Вот он ворвался ураганом — и Владимир Ильич полетел. Вниз головой! Шагал объяснил: Ленин перевернул Россию вверх ногами — точно так же, как я поступаю в своих картинах.
Ничего, скоро другой «творец» поставит вождя на ноги — на постаменты. Хаос отвердеет в бронзовый, чугунный, бетонный порядок. Для укрощения хаоса всегда нужен новый демиург. И так повторяется раз за разом.[6]
Эта космогония — модель любой революции. Но здесь возникает вопрос: всегда ли потрясения требуют «демиурга»? Или, порой, все происходит наоборот? И выбранный заранее спаситель (отечества, обездоленных или гонимых) сам нуждается в революции?
Впрочем, мы, кажется, забегаем вперед.
Гремит там-там. Разогретые «напитком смерти», воины врываются ночью в свою деревню, как к врагу. На всех — устрашающие маски. Все кричат и беснуются. Уставший мир должен пройти через первозданный хаос, чтобы родиться заново, — сильным и молодым. Так Мирча Элиаде описывает некоторые специфические празднества туземных племен.
Навязчивые воспоминания о лучших временах всегда терзали язычника. Чтобы восстановить прежние силу и изобилие, племя и каждый человек в отдельности должны было заново пережить важнейшие мифические события. Их инсценировали через ритуальную постановку. Посвящаемого в воины, например, надолго отправляли «в прошлое». В какой-нибудь лесной шалаш или пещеру — как бы в лоно матери.
Нашему измученному современнику внушается нечто подобное. Что он может поправиться только в том случае, если вспомнит что-то очень важное. А как вспомнить?Лучше всего — начать «плясать от печки». От зарождения в утробе матери?Нет, — от «прошлыхжизней».
Восточные религии утверждают, будто душа раз за разом воплощается в тела людей и животных, в растения или даже в камни. Христианская традиция говорит о другом. Один и тот же бес может вселяться в разных людей. В одного за другим, по мере их умирания. Эта «вторая личность» и передает иногда память о «прошлой жизни».
Так что если все же плясать от печки, то найдешь под ней какого-нибудь уютно устроившегося там уже несколько поколений назад «домовичка». С ним-mo (уважительно) и разговаривают теперь последователи Юнга или Фрейда. С подобными сущностями и жрецы, шаманы, колдуны прошлых веков общались. В подсознании, под печкой.
«Это время изобилия. Запасы, накопленные в течение нескольких лет, безрассудно растрачиваются. Нарушаются самые святые законы, те, которые составляют самую основу общественной жизни. Вчерашнее преступление сегодня поощряется, и вместо привычных правил устанавливаются новые табу и порядки, цель которых — не успокоить страсти, а наоборот накалить их и довести до предела. Движение нарастает, и его участники теряют голову. Гражданские или административные власти оказываются на время бессильны или вовсе исчезают. Все это выгодно не существующей религиозной касте, а тайным братствам или представителям потустороннего мира, актерам в масках, представляющих Бога или умерших. Эта лихорадка — время жертвоприношений, время вне времени, которое воссоздает заново, очищает и омолаживает общество». [40].
Так люди как бы переносились в Золотой век, полный энергии, изобилия, счастья. И главное — не связанный какими-то правилами. В нем — делай что хочешь! На масонском языке это — век Астреи.
В XVIII-XX веках в «цивилизованном мире» масоны стали аналогом архаических «тайных обществ». Выпущенные на свободу оргии языческих племен — еще один архетип революции. Богиня «золотого века» и справедливости Астрея традиционно изображалась с мечом, весами и с завязанными главами. Хаос не только глух к человеку. У хаоса слепая сила.
Явление конспирологии
Интерес к конспирологии возник в постсоветской России в начале 90-х. На наших глазах пал коммунистический колосс. Произошло «невозможное». Все оказалось не так, как мы думали прежде... Таков был психологический фон. В воздухе висел вопрос: кто стоял за развалом страны? Люди верили в самые экзотические версии. Некоторые искренне искали новую картину мира, для других теория заговора стала постмодернистской игрой с перемещенными предметами. Тогда я познакомился с автором «Конспирологии» Александром Дугиным. На первом канале телекомпании «Останкино» мы сделали несколько фильмов об оккультной природе нацизма. Цикл назывался «Тайны века».
По странному стечению обстоятельств, тогда, в 1993 году, незадолго до стрельбы танков по Белому Дому, в Москве объявился «высокий посвященный» из Франции Кристиан Буше. Он возглавлял, ко всему прочему, издательство с выразительным названием «Хаос». Дугин был знаком с ним и привлек масона к съемкам.
Гример положил тон, подрумянил щечки, подвел глаза, и месье Буше, красуясь перед телекамерой, начал рассказывать о том, что в мировом масонстве идет борьба. Что противоборствуют Египетский и Шотландский обряды. Что в метафизическом поднебесьи сцепились две птицы-символа: сокол и орел.
«Египетский» ритуал учредил граф Калиостро, присвоивший себе титул Великого Копта. Связанная с ним история «ожерелья королевы», переиначенная Дюма в «Трех мушкетерах», была важной провокацией, готовившей Французскую революцию.
Затем стараниями английских масонов эта тяготеющая к черномагическому оккультизму система получила развитие и международный масштаб.
Первым главой объединенного ордена, его Великим Иерофантом, стал знаменитый революционер Джузеппе Гарибальди. К «египтянам» относился и Алистер Кроули, связанный со всеми мятежами своего времени. Он не просто пытался влиять на фашистов Муссолини или поддерживал террористов Ирландской революционной армии. Он жаждал тотальной революции. В морали, этике, психике, самом существе человека...