Чтение онлайн

Сообразив, что та оборвала разговор, Карюха отступила от дверного проема, представив, как мать плотно сжала губы. Она всегда так делала, когда у нее что-то не ладилось. Пара минут прошла в тишине. Карюха продолжала прислушиваться. Хорошо, что под ногами лежала мягкая ковровая дорожка, иначе было бы слышно, как девушка напряженно переступала ногами, обутыми в тяжелую обувь. Затем в комнате хлопнула дверца туалетного столика, и снова раздался громкий голос матери:

– От твоего папаши, как от козла молока! – следом за голосом она сама появилась в дверях. – Вот тебе деньги на расходы, и ключ от входной двери в подъезд. Наверняка, ты его тоже потеряла! – протянула Карюхе и продолжила говорить об отце. – Он, видишь ли, находится в командировке. Не верю я этому подонку! Тот еще жук. Иди прямо сейчас в Управляющую компанию, тебе выделят слесаря. Зайди с ним по дороге в хозяйственный магазин, пусть он выберет замок. Купи, чтобы заменил в двери. Телефон тебе купит родитель. Я из него выжму. Приедет из командировки и купит. И не пой этому вонючему козлу дифирамбы за телефон! Для него это не деньги. Его, жука навозного, надо не хвалить, а тыкать мордой в дерьмо.

Естественно, Карюха не соглашалась с такой оценкой отца. Говоря сегодня о нем, мать определенно вышла из берегов, потеряла беспристрастность, чего раньше, при всем отрицательном отношении к бывшему мужу, не наблюдалось. Но спорить с нею бесполезно. Только вызывать огонь на себя. Сейчас лучше отмолчаться и тихой сапой отойти в сторонку. Карюха сунула деньги в карман, поцеловала мать в висок. Та недовольно нахмурилась, спросила:

– Не останешься пожевать?

– В другой раз, – сказала девушка. – Надо сначала с замком разобраться.

– Тогда топай! – подтолкнула ее к входной двери.

С любопытством поглазев на наряд Карюхи, в Управляющей компании отправили с нею медлительного ворчливого слесаря с чемоданчиком, который всю дорогу до магазина мрачно бубнил, не понимая, как можно потерять ключ от квартиры? В его понимании подобное было невообразимо. Все равно, что потерять башку или откусить себе язык. Она молчала. В магазине купила все, на что он показал, при этом отметила про себя, что деньги как будто ни того оттенка, какой она помнила. Но рассматривать было некогда, да и быстро забыла о них. Затем так же молчком протопала до самого дома. Слесарь, правда, все время что-то бормотал, но она пропускала мимо ушей. Возле двери он долго чесал за ухом, медленно рассматривал замок, прежде чем разложить на полу инструмент из своего чемоданчика и, ворча себе под нос, начать работать дрелью. Карюха стояла сбоку. На площадке ничего нового не заметила. Все, как было. Те же двери соседских квартир. Те же номерки на дверях. На нудное ворчание слесаря не реагировала. Ожидала, когда он закончит работать. Слесарь высверлил прежнюю личинку замка, приоткрыл дверь и вставил новую, попробовал открыть-закрыть ключами, и протянул их девушке. Она рассчиталась с ним. Он положил деньги в карман брюк, пробурчал что-то непонятное и двинулся вниз по лестничному маршу. Глянув ему в спину, Карюха вошла в квартиру. Было душновато. Пробежала по окнам, открыла форточки. С облегчением осмотрелась. На вешалке ее куртки, под вешалкой аккуратно выставлена летняя обувь. Вся на высоком каблуке. Не то, что сейчас на ее ногах. Содрогнулась, глянув вниз на свои ступни. Она так соскучилась по высокому каблуку, что от одного вида своей обуви зашлось сердце. Наконец-то все позади. Как будто ничего и не было. В кухне и комнате чистота и порядок, какой любила. Все на своих местах. И даже тапки, как всегда, возле дивана. Вот только они как будто выцвели на солнце, лучи которого проникают через окно и наполняют комнату. Впрочем, может, они такими и были, и она обыкновенно запамятовала. Быстро сбросила с себя одежду и пошла в ванную. Мылась долго, с удовольствием. Соскучилась по ласкающим струям воды. Потом обтерлась большим махровым полотенцем, причесалась и побежала к гардеробу. Достала нижнее белье, натянула на себя. Выбрала юбку и блузку. Перед зеркалом примерила. Как классно. Никогда не думала, что будет так радоваться обычной одежде. Надела босоножки, с наслаждением прошлась по комнате. Посидела на диване, заглянула в холодильник. Запах пищи взбудоражил. Как долго она не питалась такой пищей. Съела бы все, что есть в холодильнике, но захотелось йогуртов. А их в холодильнике не было. Решила сбегать в магазин. Заодно прихватить свою прежнюю одежду и спустить в мусоропровод. Расстаться с остатками того, что связывало ее с недавними приключениями. Все равно никто не поверит, кому бы ни рассказала. По крайней мере, она бы точно не поверила, назвала бы в лучшем случае фантазером, а в худшем треплом. В комоде нашла паспорт и свой неприкосновенный запас, присовокупила его к оставшимся после покупки замка деньгам. Подхватила сумочку, сунула туда все. Свернула в узел прежнюю одежду и вышла на площадку. Закрыла дверь на ключ. Удивилась, что прихватила с собой всю связку. С сожалением подумала, что эйфория захватила ее, и она забыла глянуть на часы. Но, наверно, пробыла дома не меньше двух часов. А может даже несколько дольше. В конце концов, это не главное. Положила ключи в сумочку. Спустилась к мусоропроводу, открыла крышку, бросила туда ненужный теперь наряд. И почувствовала какое-то угрызение совести, точно безжалостно поступила с тем, что придавало ей уверенность в другой жизни. Пусть не такую, какую она чувствует сейчас здесь, но, тем не менее, некоторое спокойствие. Хотя вряд ли стоит сожалеть? От прошлого всегда остается одна память. И та не вечна. Карюха громко хлопнула крышкой, согнула в локте руку, повесила на нее сумочку и застучала каблучками по ступеням. Прежде чем покупать йогурт, она прошлась по нескольким торговым точкам, чтобы окончательно почувствовать себя дома в своей тарелке. Естественно, обнаружила много изменений. Не только в вывесках и витринах, но и во внутреннем устройстве магазинов. Рядом со старыми бутиками появились новые, или вместо прежних красовались иные. Другие продавцы, другие товары. Впрочем, это Карюху совсем не смутило. В торговле постоянно происходит ротация. Иначе нельзя. Иначе все зачахнет. Возникло сомнение в словах матери, что прошли всего одни сутки от ее последнего посещения. По магазинам видно, что прошло больше. Однако в одном из бутиков увидала календарь на стене. Присмотрелась. Год, месяц и число доказывали правоту утверждения матери. Но, тогда как объяснить такие изменения в магазинах и других местах за одни сутки? Карюха была шокирована. Совершенно растерянная, зашла в магазин за йогуртом. Купив, вчиталась в чек. Все сходилось с календарем. Да, четырнадцатого числа рано утром она ненадолго забегала к матери, потом на улице наткнулась на Лугатика, который заболтал ее. Затем произошло знакомство с его приятелями. И поездка на отдых со всеми вытекающими последствиями. А сегодня пятнадцатое. Только одним она могла объяснить все это. Магией. Озадаченная, медленно возвращалась домой. Голова, кажется, распухла от мыслей. Карюха пыталась свести концы с концами, но ничего из этого не получалось. Даже идти домой расхотелось. И все-таки вошла в подъезд. Вяло поднялась на этаж, стараясь не стучать каблучками. Постояла у двери, достала из сумочки ключи, покрутила в руках и не стала отмыкать. Вернула ключи в сумочку и по лестничному маршу поднялась выше на межэтажную площадку, остановилась у окна, стала рассеянно смотреть на улицу. Макушки деревьев, чистое голубое небо, яркое солнце. Невольно отвлеклась от унылых мыслей. Забылась. В себя ее вернул шум внизу. Прислушалась. И, к удивлению своему, узнала голос слесаря, который менял ей замок. Он болтал безостановочно, ворчливо, явно выражал недовольство. По его речи поняла, шел он по лестнице не один, то и дело обращался к какой-то девушке.

– Ну ты что, девка, башкой поехала? – доносился его голос. – Я тебе не дятел одно и то же долбить. Врешь ты все, кукла трепливая. Ничего подобного быть не может. Я свое дело делаю, комар носа не подточит. Я сдал тебе работу, и ты мне заплатила, коза. Башку напряги, корова. На тебе еще наряд был чудной, какие не увидишь на улице. И не капай мне на мозги, дура, что ничего мне не платила и вообще не видела меня. Скажешь, что в магазине со мной не была? Так продавец подтвердит, что врешь, коза трепливая. Ты сама покупала принадлежности для замка. Сама привела меня к своей двери. Так что не устраивай мне концерт, дура набитая.

Последние слова слесаря напрягли Карюху. Она притаилась. Услыхала голос девушки, с которой разговаривал мужчина.

– Хватит гнать туфту, идиот! – возмущалась та. – Я тебя первый раз вижу! Все уши мне прожужжал.

– Ты, обезьяна, не кривляйся! – парировал слесарь. – Первый раз, первый раз. – Дурака из меня хочешь сделать? Не получится. Мозги лечи давай, шельма!

– Вот, козел! – отсекла девушка. – Гони пургу дальше! Видать, стреляный воробей. Не лупи шарами на меня, я тебе не по зубам! Ишь, раскукарекался! – повысила голос. – Петушиные перья вмиг повыдергаю! Лучше посмотри, что случилось с замком.

На цыпочках осторожно Карюха отошла от окна, поднялась на две-три ступени выше, чтобы ее не заметили снизу. Чуть наклонилась над перилами, выглядывая в ожидании появления на этажной площадке слесаря с девушкой. Увидела, как те подошли к двери ее квартиры. Повернулись спинами к ней. Поразилась тому, что длинноногая шатенка порывисто двигалась и непроизвольно играла бедрами точно так, как делала она, что у той шелковистые волосы с такой же стрижкой, как у нее. А еще Карюха сразу обратила внимание на одежду девушки. Та была из ее гардероба. Ее любимая блузка. В свое время она заказывала в ателье. Спутать ни с какой другой было невозможно, потому что сама придумала фасон. Карюху это напрягло, привело в состояние крайнего недоумения. В это время девушка у двери протянула слесарю ключ от квартиры:

– Вот, посмотри, индюк, он даже не лезет в замок.

Неспешно поставив свой чемоданчик с инструментом на пол, тот взял ключ, повертел в руке и медленно замотал головой:

– Так это же другой ключ, девка, – сказал и вопросительно уставился на нее. – Ты что мне мозги пудришь, кривоногая? Где ключи, которые я тебе отдал?

– Сам ты кривоногий дурень! Не морочь мне голову! – вспыхнула взахлеб девушка. – Никаких ключей ты мне не давал!

– Ну и стерва же ты. Научись сначала врать, – вяло выдохнул слесарь. Ему явно надоело препираться. Но он все же выговорил. – Куда дела связку из пяти ключей?

Передернувшись от его слов, девушка ответить не успела, потому что на площадке послышался голос соседки из квартиры напротив. Карюха узнала его, но увидеть соседку со своего места не могла, только уловила, как перед этим скрипнула дверь. Голос соседки громко произнес:

– Карина, чудо заморское, что там у тебя с замком? Недавно только, часа три назад, ты с этим типом ковырялась в замке. Он жужжал своей сверлилкой на весь подъезд. Сейчас опять ты его притащила. Не доделал, что ли? Руки, видать, растут из задницы, коль отремонтировать не может. Вишь, лупает зенками, козел. Слесарь называется. Ныне такие слесаря пошли, что юбки на них надевать надо, а не штаны козлиные! Ты бы этому козлу холку намылила вместо разговоров с ним! – раздраженно посоветовала. – Позвала бы лучше моего мужика, он бы давным-давно управился. А этот бурдюк недоразвитый сопли жует. Гони его в шею. А то копается, копается, как жук в навозе!

– Кто жук в навозе, змея ползучая, что языком мелешь, глупая? – покраснев, возмутился слесарь. – Я прошлый раз все ей сделал, как полагается. Так она тут снова что-то наворотила, дрянь недоношенная.

– Что вы оба из меня идиотку делаете? – взорвалась девушка, глядя на соседку. – Никого я не приводила три часа назад! Я была совсем в другом месте! А ты видела, как этот тип ковырялся сегодня в моем замке? – спросила с любопытством.

– Я все видела в глазок, – сухо подтвердила соседка. – И его видела, и тебя вместе с ним! Не выкручивайся тут передо мной, дуру из себя не строй. Носом еще не выросла, чтобы мне мозги конопатить, паршивка!

– Выходит, это он наковырял так, что замок перестал открываться, – с хмурым изумлением протянула девушка и вдруг с вызовом выкрикнула. – Все понятно! Вы сговорились, негодяи! Хотели ограбить мою квартиру, твари. Не получилось. Но замок все-таки сломали!

– Не дури, Карина, тупица безмозглая! – голос соседки зазвучал яростно и мрачно. – Что там у тебя грабить, дура? Кому нужны твои блузки да юбки? Мне они на нос не налезут, идиотка.

Первое, что огорошило Карюху, было то, что соседка назвала эту девушку ее именем. Второе, какие выражения и слова соседка пускала в ход. Впервые она слышала от нее подобное. И третье, когда девушка повернулась на голос соседки, Карюха увидела лицо. Оно поразило. Как будто в зеркале увидела свое отражение. Даже отпрянула от перил и часто задышала. Не может быть, пронеслось в голове. Ощутила жар во всем теле. Ватными стали ноги. Мозг наполнился кашей. Ничего осмыслить не мог. Тихо отдышалась, слыша препирательства внизу. Затем снова аккуратно наклонилась над перилами лестничного марша. Быстрым взглядом окинула фигуру девушки, и только теперь в голове зафиксировалось: точь-в-точь, как у нее. Так вот почему мать сказала, что сутки назад она была у нее. Получается, не она была, а эта девушка. Без сомнения так. Но как та очутилась в ее квартире? Когда вообще и откуда появилась? И почему в квартире ничего не изменилось? Ведь это другой человек. Вкусы и привычки должны быть другими. Что теперь делать? Как быть в таком положении? Как доказать матери, что она – Карина, а эта девушка – никто? Вот так номер. Все, что угодно ожидала, но только не такого. Магия. Уши будто забило пробками. Голоса начали звучать где-то далеко, и разобрать их стало невозможно. Ей пришлось натужиться, чтобы вникнуть в смысл звучащих снизу фраз.

– Нашла грабителя, сумасшедшая дура, – ворчал слесарь ленивым недовольным голосом явно с постным лицом. – Я ей работу делал, а она меня костерит, как последняя шлюха. Смотри, а то по морде получишь!

– Ты сам языком не лялякай, дурень! – оборвала его соседка, предупреждая. – Она – бандитка.

– Я придушу тебя, гад! – девушка схватила его за одежду.

– Ты не очень прыгай, а то ноги повыдергаю! – повысил он голос. – Подумаешь, бандитка. Кто тебе замок переделает, если меня задушишь? Давай опять топай в магазин, сумасшедшая, покупай новую личинку. Такую же, как прошлый раз. А я посижу на ступенях, подожду тебя.