Чтение онлайн

– Чего еще забыла? – спросил настороженно.

Холодность отца удивила, он словно отгородился от нее недовольным видом, чего никогда не случалось прежде. Тихо спросила:

– Какое сегодня число?

– Ну, ты даешь, Катерина, чума болотная. Одурела совсем? Спроси еще, на каком этаже мы проживаем?

– Вылетело из головы, – поспешно пояснила она.

– Смотри, чтобы башку не потеряла, идиотка! – спустил он полкана. – Пятнадцатое сегодня. Запомни.

– Запомню, – поежилась она от неожиданной лексики отца. Смотрела ожидающе. Ей мало было узнать только число. А месяц? А год? Но переспросить об этом не решилась, чтобы не обескуражить отца вопросом и не вызвать у него недоумение. Как знать, что он мог подумать о ней?

Видя ее заминку, он снова спросил:

– Что-то еще?

– Денег подбрось, папа, – попросила она.

– У тебя своих полно. Ты что, уже растранжирила их, дура? Быстро, очень быстро. У матери своей, тупой идиотки, поклянчи.

– Она будет задавать разные вопросы, – отозвалась Катюха, огорошенная тем, что отец назвал мать тупой идиоткой. Что между родителями могло произойти за то время, пока ее не было дома? Мать назвала его тупым болваном, отец ее – тупой идиоткой.

– Понятное дело. Ты же у нее никогда не цыганишь. Хотя, погоди, вчера вроде растрясла ее кошелек. Просадила уже?

– Не хватило, – нашлась Катюха и подумала, что деньги вчера мать давала, видимо, той Катерине, которая сейчас увезла ее в авто.

– Быстро поиздержалась, шельма, – поморщился. – Неужто дела в банде плохи? Ты живи на свои, трать с мозгами. В моем бизнесе одни дыры, – сказал и полез в карман брюк за портмоне. Протянул ей деньги, проговорил. – Сгоняй с идиоткой в магазин и обратно, потом – машину на стоянку.

– Хорошо, – проговорила Катюха, проглатывая странные обращения в свой адрес. – Я спросить хотела, – продолжила, пряча деньги в карман юбки. – У меня есть сестра?

– Какая сестра? – не понял он, перестал жевать и посмотрел отчужденно. Затем перекосил лицо, развел руками и ответил резко. – Глупейший вопрос. Не хватало нам еще второй подобной дряни. Одна ты, как перст. И это очень хорошо.

Такой ответ ошарашил Катюху. Во-первых, немыслимой резкостью, а, во-вторых, она все-таки надеялась на другой. Кто же в этом случае та девушка? Может, авантюристка какая-то, воспользовалась сходством внешности, назвалась ее именем, подкатила к родителям, пока ее не было дома. По всему видно, отец принимает ее за ту, а ту за нее. Вот так новость, как обухом по голове. Докажи теперь, что ты не овечка. Что-то надо придумать. Посоветоваться с друзьями. Еще про машину хотела узнать. Как «Жигули» вдруг оказались дома? Но спрашивать не стала. Придет время, спросит. А сейчас надо убираться, пока не появилась мать. Переночевать придется в гостинице.

– Ну, ладно, папа, я полетела!

– Ага, – кивнул тот. – Голову не сломай, дура! Вторую за деньги не купишь и не пришьешь!

– Постараюсь.

– Вот-вот, – равнодушно сказал он вслед.

Подхватив из-под двери сверток с прежней одеждой, Катюха выбежала на лестничную площадку. На этаже ниже столкнулась с Варварой. Та вышла из лифта и направлялась к своей квартире. Встретив Катюху, недобро похвалила, хотя похвалой назвать это было трудно:

– Теперь другое дело, поганка драная. А то мозгами поехала! Модель, модель! Задница ты, а не модель. Хотя на конкурсе смачных задниц тебе участвовать не стоит. С такой задницей не займешь даже последнего места. Разве у тебя задница? Так, недоразумение. Видела, вчера по телеку конкурс показывали? Одно загляденье. Жирные, дряблые, тяжелые. Просто смак! Сплошной целлюлит. А твоя, тьфу, с кулачок, фигушка да и только. Но мне не понравилась задница, какой присудили первое место. Что за судьи там сидят? Дураки полные. Башки им поотрывать мало. Козлы дубовые. Я бы никогда не присудила этой заднице первое место. Мне понравилась другая. Необъятная.

Не понимая, о чем говорила соседка, сдерживаясь, чтобы не нагрубить ей за хамское поведение, Катюха перебила:

– Не ворчи, Варвара.

– Надо мне ворчать на тебя! – шумно возмутилась Варвара. – Пусть на тебя твои дебилы предки ворчат! – взяла ее за локоть. – Ты погоди, не прыгай мимо, как поджаренная стрекоза! Забыла, что мне обещала, поганка?

– Ничего я тебе не обещала, Варвара! – раздраженно приостановилась Катюха. С языка чуть не сорвалось, что ей обещала другая, но вовремя удержалась, чтобы не залезать в дебри, пока не разберется во всем.

– Нет, вы посмотрите на эту змею подколодную! – воскликнула Варвара, тяжело дыша. – И даже морда не краснеет. Ну, ты, Катька, точно артистка из поганого театра! Языком, как метлой метешь. Классно врешь. Поверить можно.

– Обижаешь, соседка!

– Ишь ты, обидчивая какая! Тебя обидишь, морду хитрую!

Знала бы Варвара, что Катюха не врала ей, но вот из-за той другой Катерины невольно попала в категорию врушек. Впрочем, раз другая обещала – пусть другая и расхлебывает, а она будет держаться своего. Могла бы, конечно, добавить перчика к неизвестному обещанию, чтобы насолить той другой, но не стала. Выдернула локоть из руки Варвары и побежала вниз по ступеням лестничного марша. Выскочила из подъезда. Двор пуст. Солнце в зените. Жара такая же, как в тот день, когда поехала с друзьями на отдых. На деревьях листья морщатся от зноя. Отошла от подъезда в тень к углу другого дома, стала ждать, когда вернется из магазина мать. Как и предполагала, та вернулась быстро. Мать вообще не любила подолгу задерживаться в магазинах, бесцельно разувать глаза на товары. У нее всегда все было разложено по полочкам. Шла в магазин с конкретной целью. Совершала покупку и отправлялась по другим делам. «Жигули» подкатили к подъезду. Из-за руля вынырнула другая Катерина, достала с заднего сиденья большой сверток, обошла авто и поднесла выступившей из салона матери. Та взяла его, поцеловала Катерину в щеку и что-то сказала. Катюха не слышала, что она сказала, стояла далеко. Но сейчас для нее были не важны слова матери. Ее больше всего расстроило то, что мать поцеловала в щеку другую девушку, как родную дочь, как всегда прежде целовала ее. Из горла вырвался удрученный шепот: мама, мама, как ты можешь целовать ее, разве ты не чувствуешь, что она не твоя дочь? Ты должна чувствовать, мама! Я твоя родная дочь. Я твоя настоящая Катерина. Горечь разлилась по сердцу Катюхи, и из глаз покатились слезы. Ей стало так обидно за себя, что удержать их не смогла. Они ползли по щекам. Крупные горячие. Всхлипнув, вытерла их.

Не видела, как мать вошла в подъезд, как другая Катерина села в автомобиль и отъехала. Придя в себя, вспомнила про сверток, который держала в руках. Несколько раз глубоко вздохнула и тронулась в сторону мусорных контейнеров. Но, подойдя к площадке, где всегда находились контейнеры, не обнаружила их. Озадаченно повела глазами по сторонам, ища, куда пристроить сверток. Но площадка была чистой. Определенно, на ней давно никакого мусора не было. Девушка стояла растерянная, когда услыхала сзади:

– Катерина, ты чего здесь отираешься?

Повернулась на голос. Перед нею, насупившись, стоял парень в клетчатой рубашке с коротким рукавом и длинных болотного цвета шортах. На голове бейсболка козырьком назад. Брови густые. Нос длинный и острый. Катюха видела его впервые. Но потому, как он уверенно обращался к ней, сообразила, что, видимо, он хорошо знал другую Катерину. Ответила:

– Вот принесла мусор, а контейнеров нет.

– Ты что с луны свалилась или берега попутала, коза безрогая? – хмуро обозвал парень. – Их тут никогда не было.

– Наверно свалилась, – согласилась Катюха, морщась от его бестактного обращения, отчего он сразу стал ей неприятен. – Я никогда не выносила мусор, не знаю, где они. У нас мусоропровод.

– Ну, ты даешь, курица ощипанная! – презрительно присвистнул парень. – Не вешай лапшу на уши! Пошли, провожу тебя до мусорки, – махнул рукой, увлекая девушку за собой.

– А ты чего болтаешься в такую жару, где попало? – спросила, пытаясь завязать разговор с намерением узнать, кто он.

– Как где попало? – оглянулся парень. – Я тут рядом живу. Ты же знаешь. Вышел проветриться. Гляжу, на горизонте знакомая кобылка маячит, – хмыкнул. – Ну что, не надумала еще?

– Чего не надумала? – спросила Катюха.

– Замуж за меня!

– У тебя еще усы не выросли! – фыркнула смехом Катюха, решив, что парень пошутил. Хотя не исключено, что другая Катерина заигрывает с этим остроносым. Неужто он пришелся той по вкусу? А, впрочем, почему нет? Она же другая. Ничего не значит, что они с нею похожи. Это совсем не говорит о сходстве вкусов.

– Не втирай мозги про усы, козявка! – грубовато парировал парень. – Усы – дело наживное.

До конца не понимая, шутит парень или говорит серьезно, Катюха бросила: