Август: Графство Осейдж
Шрифт:
ВИОЛЕТТА. Что ты сделала со своими волосами?
ИВИ. Я их выпрямила.
ВИОЛЕТТА. Ты их выпрямила. Зачем?
ИВИ. Не знаю.
ВИОЛЕТТА. Зачем ты сделала это?
ИВИ. Просто захотела.
ВИОЛЕТТА. Ты симпатичная девочка. Ты самая симпатичная из трех моих дочерей, но ты всегда выглядишь, как чучело. Почему ты не красишься?
ИВИ. Мне нужно краситься?
ВИОЛЕТТА. Всем женщинам нужен грим. Не делай вид, что ты какая-то особенная. Только одна женщина настолько хороша, чтобы ходить без грима — это Элизабет Тейлор, но даже она накладывает тон. Сядь прямо.
ИВИ. Мама.
ВИОЛЕТТА. Ты сутулишься, волосы стриженые, не красишься. Ты похожа на лесбиянку. Ты такая хорошенькая, что могла бы иметь сотню любовников. Но ты не следишь за собой. Это все, что я хотела сказать.
ИВИ. Я никого не ищу.
ВИОЛЕТТА. Послушай, вокруг много придурков, я знаю. Но то, что тебе попался именно один из них, совсем не значит, что…
ИВИ. Барри не был придурком.
ВИОЛЕТТА. Барри был недоумком. И я тебя предупреждала с самого начала, не так ли? В первый раз, когда он появился здесь на этом идиотском электрическом драндулете, с этой оранжевой бородой и тюрбаном на голове…
ИВИ. Какой там тюрбан…
ВИОЛЕТТА. Не понимаю, о чем ты думаешь. Тебе уже сорок три года…
ИВИ. Сорок четыре.
ВИОЛЕТТА. Сорок четыре года. Допустим, ты не можешь иметь детей, но это не важно, если ты их не хочешь. Почему бы тебе не найти мужа?
ИВИ. Мужа? Здесь?
ВИОЛЕТТА. Трудно найти мужчину здесь, где ты живешь, но его можно найти там, где ты работаешь. Ты работаешь в колледже. Не говори, что на пороге твоей библиотеки каждый день не появляется кто-то.
ИВИ. Ты хочешь, чтобы я вышла замуж за студента, за какого-нибудь прыщавого юнца?
ВИОЛЕТТА. Но в колледже есть учителя? Они точно были, когда твой отец преподавал там…
ИВИ. Барри тоже преподавал в колледже.
ВИОЛЕТТА. Да. Защиту окружающей среды. Твой Барри бездельник.
ИВИ. Он не бездельник.
ВИОЛЕТТА. Он бросил тебя, правда?
ИВИ. Он не бросал меня. Это слово не подходит к нашим отношениям.
ВИОЛЕТТА. Хорошо, дорогая, ладно, прости меня. Я слишком прямолинейна. Прости. Но вполне возможно, все было бы по — другому, если бы ты… красилась (Берет таблетку) Какая это по счету?
ИВИ. Я не следила.
(Виолетта берет еще одну таблетку)
У тебя болит горло?
ВИОЛЕТТА. Ужасно. Язык просто горит.
ИВИ. Может, тебе надо покурить?
ВИОЛЕТТА. Разве курение- это обязанность?
ИВИ. У тебя рак горла.
ВИОЛЕТТА. Иви, у меня достаточно причин для беспокойства, не приставай.
ИВИ. Я и не пристаю.
МЕТТИ ФЭЙ. Чему быть, того не миновать.
ИВИ. Ты боишься?
МЕТТИ ФЭЙ. Естественно, я боюсь. Ты мое утешение, дорогая. Слава богу, хоть одна из моих дочерей осталась жить рядом. В нашем поколении семьи держались друг за друга.
ИВИ. Времена изменились.
ВИОЛЕТТА. Ой, не смеши. Ты звонила Мэтти Фей?
ИВИ. Тетя уже здесь.
ВИОЛЕТТА. Я знаю, чучело. Это ты ей звонила?
ИВИ. Я думала, что ты.
ВИОЛЕТТА. Может быть и я. Не помню.
ИВИ. На тебя много всего свалилось.
ВИОЛЕТТА. Она думает приехала и сейчас расскажет, как надо жить.
ИВИ. Не понимаю, как дядя Чарли все это выдерживает.
ВИОЛЕТТА. Он курит травку.
ИВИ. Неужели?
ВИОЛЕТТА. Он курит много травы.
(Они смеются)
ИВИ. «Травы»? Ты сказала «травы»?
ВИОЛЕТТА. А как это назвать?
ИВИ. Послушай, откуда у тебя Клэптон?
ВИОЛЕТТА. Что?
ИВИ. Эрик Клэптон, у тебя есть альбом Эрика Клэптона.
ВИОЛЕТТА. Он у меня всегда был.
ИВИ. Я никогда его не видела.
ВИОЛЕТТА. Он мне нравится. Это хорошая музыка. Я не такая старая, как ты думаешь.
(Свет переходит на арьерсцену, в прихожую, где появились Барбара и Билл с чемоданами. Виолетта и Иви уходят, и во время следующей сцены Мэтью Фей и Чарли появляются на кухне и пересекают столовую с тарелками горячего яблочного пирога)
БАРБАРА. Что делает Джин?
БИЛЛ. Курит.
БАРБАРА. Зачем ты потакаешь ей?
БИЛЛ. Я не потакаю.
БАРБАРА. Не знаю, но когда ты говоришь «курит»… Такое впечатление, что тебе нравится, что наша четырнадцатилетняя дочка подсела на сигареты.
БИЛЛ. Ну что, ты готова?
БАРБАРА. Нет. Еще минутку.
БИЛЛ. Хорошо. Подождем.
(Они стоят, немного нервничая)
БАРБАРА. Боже, как жарко.
БИЛЛ. Просто парилка.
БАРБАРА. Да. Колорадо убивает меня.
БИЛЛ. Вот поэтому мы и уехали.
БАРБАРА. Нет, не поэтому.
БИЛЛ. Ты думаешь, у твоей мамы работает кондиционер?
БАРБАРА. Ты шутишь? Помнишь попугаев?
БИЛЛ. Каких попугаев?
БАРБАРА. Я тебе не рассказывала? Она купила попугая, зачем уж не знаю, и этот маленький ублюдок подох через два дня. Она пошла в магазин и устроила скандал, они дали ей другого попугая. И этот тоже умер, через день. Тогда она пошла в третий раз, и они дали ей третьего попугая. И этот тоже умер. Тогда продавец пришел поглядеть на этого серийного киллера, который убивает одного попугая за другим.
БИЛЛ. И что?
БАРБАРА. Жара. Там было слишком жарко. Они умирали от жары.
БИЛЛ. Боже.
БАРБАРА. И это тропические птицы. Они живут в тропиках.
(Он нежно прикасается к ее шее)
БАРБАРА. Не надо.
(Она отстраняется. Неловкая пауза.)
(Говорит о Джин) Ну, где она?
БИЛЛ. Уже идет.
(Появляется Джин в проеме двери, в руках у нее чемодан)
Ты готова, малышка?
ДЖИН. Да, конечно.
БАРБАРА. Хорошо. (Чмокает Джин) Дорогая. У меня тепловой удар. Ну… поехали.
(Свет вспыхивает при входе Барбары, Билла и Джин)
Мама?
(Загорается свет в столовой. Мэтти Фей и Чарли идут из столовой к входной двери. Следующий текст произносится персонажами быстро и параллельно.)