Книги из серии "Военные приключения"

Утром 5 сентября 1939 года в двадцати километрах от Варшавы, на аэродроме «Груец», среди десятка боевых истребителей стоял готовый к вылету РВД-8. Это был всего лишь связной самолёт, правда, вооружённый по случаю войны пулемётом на турели, установленным в заднюю кабину. Сидя прямо на траве рядом с аэропланом,…

«Секретно 153-я полевая учебная дивизия. Оперативный отдел 1а № 580 43 Разбор учебной тренировки. Генерал-фельдмаршал сказал следующее: …Положение на Восточном фронте остается напряжённым… Русские действуют <…> в оперативном плане очень умело и проводят операции в таком…

Наблюдать дальнейшую экзекуцию не имело смысла, поэтому Рыбин постарался поскорее исчезнуть из этого района города, и в этом ему помог «форд», который он арендовал заблаговременно, находясь в Москве. Неторопливо колеся по улицам Мюнхена, Рыбин вспоминал то, что произошло до его визита в Баварию, самое…

— Да, укромных уголков хватает… — О том и речь. Много чего попадалось. Особенно часто — оружие и наркотики. Найдешь, спрашиваешь: это чье? Все — молчок. Один ответ: не мое, не знаю. Понимают, что за такую поклажу крепко схлопотать можно. А стоит эта наркота обалденно: большие тыщи, а то и миллионы, —…

А ещё из окон этих вагонов Сашка видел горы касок возле станций Поволжья, груды металлолома на платформах и битую технику у едва осевших окопов, а больше всего разбомблённых и расстрелянных эшелонов, сваленных под откосы и обгоревших до того, что от них оставались только ржавые тележки да искореженные…

Сразу после совещания знаменитый концерн «ИГ Фарбениндустри» приступил к производству шестифтористого урана, пригодного для получения урана-235, и начал сооружение полупромышленной установки по разделению изотопов. Она представляла собой две концентрические трубы, одна из которых (внутренняя) нагревалась,…

По утрам они развлекались редкими артиллерийскими залпами в сторону неприятеля, а после обеда и вовсе предпочитали дремать в окопах и пулемётных гнёздах, лишь изредка (и то после очередного нагоняя от резко утратившего авторитет командования) предпринимая неуклюжие попытки форсировать реку, чтобы ненадолго…

Беспощадное августовское солнце все-таки заставило расстегнуть, а затем и снять тщательно отглаженный китель. Констант огляделся и, никого не заметив, сбросил также обувь и штаны. Разогнался и голышом плюхнулся в воду. 3 Старший урядник Оренбургского казачьего войска Григорий Федулов, как и…

– Спасибо! Взаимно. – И поговорить, так сказать, откровенно, по душам… Ты ведь парень местный, а я всю жизнь в Смоленске, – вашей специфики не понимаю. – Какая тут специфика, Александр Викторович? Что у вас, то и у нас… Хрен редьки не слаще… – Скажи мне, лейтенант, ты сам веришь в эту бесовщину? –…

— Иван, — позвал капитан Коняхина, — слышишь чего-нибудь? — Ничего, кроме звука дождя. — Земля под ногами не дрожала? Случайно не засек? — Не засек. — Коняхин мотнул головой. — Значит, приблазнилось, — успокоенно произнес капитан, стер с лица дождевую морось. — Так в конце войны, ко дню победы,…

– Есть. Хотя сейчас совсем не время об этом говорить. – Какая же? Но лейтенант не был склонен продолжать разговор. – Как-нибудь потом расскажу, – пообещал он. – Потом, так потом, – не стал настаивать Мерзляков. А мечтал Чердынцев о простом, о том, что может быть в голове у всякого молодого…

К концу дня выяснилось, что с билетами на самолет до Ставрополя проблем нет, а вот дальше придется ехать поездом до Адлера, потом пешком переходить границу и на какой-нибудь маршрутке двигаться дальше. Хоть в Гагры, хоть в ту самую Ткуацунду. – Ничего, – бодро заявил Евгений. – Там всего одна ночь…

Вот и сейчас, под преувеличенно внимательными взглядами собеседников, курносый майор, не отпуская левой рукой портупеи, довольно фамильярно правой взял артиллериста за рукав, украшенный золотым шевроном, и сказал: – Нет, правда, танки, это сила. Мой комбриг говорил, он в Испании был, наши итальянские…

– То, что слышал, – бросил ему Василий и почувствовал, как от взгляда Куржакова в груди стало вдруг холодно. Но горячий хмель вмиг залил этот холодок, и Ромашкин уже сам, желая драки, шагнул навстречу. – Отдал немцам половину страны, да еще выпендриваешься, героя из себя корчишь, фронтовик-драповик……

— Что вы!.. Я же её как ребёнка!.. — Свеча во втором цилиндре, — сказал Керимов, притормозив и передавая водителю руль. Тот хотел возразить, но прислушался к мотору и прикусил язык: свеча и впрямь барахлила. — Итак, — продолжал Керимов, — подведём итог. Человек не заботится о себе, не знает оружия…

Штефырца, бросивший разглядывать штурмовик и уставившийся в бинокль прямо по курсу, радостно вскрикнул, тыча пальцем в лобовое стекло: – Командир! Полоса! Евгений тут же увидел ее. Точнее, не саму полосу, а прогалину в джунглях. Но Мишке виднее, у него в руках бинокль. И, не сомневаясь, он довернул…

– Хорош гусь, – угрюмо сказал Лукаш. – Это-то бесспорно, – согласился Морава. – Но мне хотелось бы его проучить. Помимо нелегального перехода границы, за ним водятся и другие немалые грешки. Ты прав, он судетский немец, хоть и называет себя чехом. Якшался с Гейнлейном. Его нужно было выслать вместе…

– Хорош гусь, – угрюмо сказал Лукаш. – Это-то бесспорно, – согласился Морава. – Но мне хотелось бы его проучить. Помимо нелегального перехода границы, за ним водятся и другие немалые грешки. Ты прав, он судетский немец, хоть и называет себя чехом. Якшался с Гейнлейном. Его нужно было выслать вместе…