Книги из серии "Ваш выход, маэстро!"

Мой же свежепойманный миллиардер — кто кого еще поймал, усмехнулась я! — на лыжах держался не слишком уверенно. Меня беспокоило мало, что он переломает себе конечности в погоне за чужим кошельком, игра у нас с ним была честная: втемную. Муж меня не интересовал. Ни разу. Мужчины в моей жизни попадались…

Но у меня явно нет столько воображения, чтобы представить на себе такую одежду до последнего рубчика и узорчика! Это ж сколько на меня препарата потратили?! Нет, серьезно, вырезали аппендицит, почку и грудь заменили. Коновалы, изуверы, до Гаагского суда дойду, когда выпишусь! С такой грудью, увы, эффектно…

Кислое лицо ведьмы говорило, что нет, не надо, и я предлагала ей оптимальнейший вариант, но она продолжала упрямиться, и это начинало меня серьезно бесить. Особенно учитывая звенящий красно-золотой антураж. — Про матрицы судьбы и остальную чушь даже не начинайте, — предупредила я. — Визитки уже не…

До конца урока оставалось еще двадцать минут — не то чтобы достаточно для полноценной игры, но хватит, чтобы на последнем уроке дети от души размялись. Я прикинула, что в такой ливень все охотно доиграют, потому что бежать домой под струями воды — удовольствие на любителя. Даже разрешу им немного задержаться,…

Куда мне было поступать после школы? Отец — военный переводчик, мать — переводчик гражданский, это прямая дорога в МГИМО. Окончила я журфак с красным дипломом и очень некстати. За окнами издательства «Тайные миры» гулял дефолт и поздний московский август с холодными рассветами и бледнеющим к осени небом,…

Не самая большая утрата — восемь лет жизни. Когда тебе сорок три, жизнь и без того череда потерь. К ним привыкаешь, как бы цинично ни прозвучало. Отец, мать, бывший муж, с которым мы то сходились, то расходились, потом брат — иные недуги не разбирают, кого сводить в могилу за считанные месяцы. Восемь…

— Что там гремит? — спросила я, останавливаясь на ступеньках и прислушиваясь. — На грозу непохоже. — Горы, — теперь плечами пожал он. Горы, не спорю, но мне не нравился этот звук. И не очень нравилось выражение лица моего сопровождающего. — В непогоду всегда так. Сюда. Кстати, я Андрей Игоревич. …

Очередной блокбастер. Кино на широкую публику определяет тренды на много лет. Моя лучистая улыбка превратилась в гримасу. Надо заказать себе манекен, который я буду лупить в минуты гнева. Впрочем, у меня не вышло даже с мячом — невинный предмет не должен страдать от того, что люди непробиваемы. Люди…

— Да я ей в жизни ножницы больше не дам! — в отчаянии воскликнула мать. Она никогда нас физически не наказывала — а стоило бы, подумала маленькая, но упрямая я. — Юля, что это такое?.. — Это… я просто глазам не верю, — пробормотала заведующая, а нас уже окружили остальные мастера. Тишина стояла невероятная.…

Да, не сезон, но это не оправдание. Директор этой точки уже может вставать на учет на бирже труда. — Сэндвич с чем? — спросила я, хмурясь и пытаясь определить начинку. — По виду — ни рыба ни мясо. — А-а… это лосось. — Если это лосось, то я миллиардерша, — ухмыльнулась я, потому что это действительно…

Здесь будет аквапарк. На месте бараков, где поднявшийся ветер треплет оторвавшийся сайдинг. А поодаль, за южными соснами, я выиграла тендер на благоустройство пляжа. А очередной самострой — да-да, тот, где под равнодушным взглядом хозяйки «дикий» турист дерет за волосы женщину — я снесу, и разрешение…

Мне. Из диплома супа не сваришь. И я пела — охрипшим голосом, потому что стоял лютый январь и в переходе, тряся не тающий снег, носился стылый ветер. Я пела, не смущаясь, не пряча глаза, напротив, ловя контакт. Пела чушь — долго мне было стыдно не за мятые купюры в древней отцовской шляпе, а за паршивый…

— Ой, ну какая же хамка! Я сейчас хозяину пожалуюсь! Я, я здесь хозяйка, милое ты существо, ногти накрасила, а мозги не купила. И жаловаться тебе на меня некому, разве что вон ему — стоит, красавец, ботиночки в дерьме запачкать боится, а еще управляющий экофермой. Универ окончил, магистерскую защитил,…

«Машина прибудет через 20 минут», — снова мигнуло сообщение. Он издевается, подумала я. Перед моими глазами возникла безразличная ко всему сотрудница аэропорта, и абсолютно бесстрастно она захлопнула передо мной дверь. Моя красивая жизнь пошла прахом, так и не начавшись. А ведь я уже почти видела……

Я сделала шаг в темноте и чуть не запнулась. О, метла, лежит как миленькая. Зная Михалыча, я без метлы в любом случае к щитку бы не сунулась. Потому что не в первый раз он, такой умный и грамотный, все знает и все умеет, да тут делов-то на пару минут, устраивал этот Армагеддон. Сейчас я тебя, неуч, этой…

– Ладно, проехали, – вежливо сказал Женька и исчез. Алёха, порадовавшись, что он и настаивать не стал, и о занятой когда-то тысяче в очередной раз не вспомнил, упихал диплом в рюкзак и направился к лестнице, мрачно раздумывая о своём будущем. Перспективы рисовались нерадужные. Да нет, хуже – нерадужными…

Догадаться бы сразу, что все это только ради того, чтобы меня замуж выдать. Маринка — стерва, сама мучается, значит, другие тоже должны. Тиндер лучше! Я теперь это с гарантией говорю, и ходить никуда не надо. Ой-ей, больно-то как ноге. Но я усиленно себя убеждала, что я в шоке, у меня адреналин зашкаливает.…

— Таня? Что? Я аж на месте подскочила. Что я там говорила про невезение? Вот. Кому-кому, а бывшему всегда везло! И тут выжил, троглодит! — Это ты? Это ты, козел? Мало того, что ты мне всю жизнь испортил, так теперь и после смерти меня достаешь? Зачем я села к нему в машину? Ведь полчаса как судья…