Книги из серии "Полное собрание сочинений"

Мочаловская запись бесед со Сталиным, между прочим, ценна тем, что она демонстрирует его авторскую щепетильность. В отличие от многих позднейших “вождей” — от Хрущева до Зюганова — он органически не мог приписать себе чьи-то чужие тексты. В противоположность этой истине Илизаров пишет о том, что “среди…

Коко сердится и свистит. Он всегда свистит в таких случаях. Потом, как ни в чем не бывало, затягивает снова: Я умен, Ты умен, Умники мы оба! И прибавляет совсем уже ни к селу ни к городу: — Попочка любит винегрет! Мик-Мик и Счастличик хохочут. * * * — Еще в постельке! Ай, ай, ай, как…

В троцкистской литературе, которую стали охотно перепевать «перестройщики» и «реформаторы» последнего двадцатилетия, была сотворена схема: серый, полуобразованный, национально и аппаратно ограниченный Сталин и блестящий, вдохновенный, устремленный на мировую «перманентную» революцию Троцкий. Забавно,…

Дедушка хотел было последовать за ними, но радостное волнение было так велико, что совсем лишило его силы. Его ноги задрожали, и он невольно остановился на пороге кабинета, протягивая вперед трепещущие руки… * * * — Дедушка! Что-то шумное, ликующее, мокрое от снега, в белой шубке устремилось на…

Какая-то очень добрая на вид старушка протиснулась ближе всех к громко всхлипывавшей молодой даме и, дружески похлопывая ее по плечу, ласково проговорила: – Не плачьте, голубушка… Отыщется ваш мальчик… Выпейте водички, успокойтесь и поезжайте с Богом домой… Завтра, как только люди прочтут в газете…

— Ну, душка, тебя с такой головою под кран пошлют кудри размачивать — произносит младшая Пантарова, Женя? или Малявка, прозванная так за крошечный рост. — Отроковица Евгения, не завидуй чужому благу! — голосом дьякона на амвоне басит Сима, или Волька по прозвищу. — А какие мы дети, в сущности! — тянет…

— Браво! Браво! То есть уди-ви-тельно как хорошо! Неподражаемо! Настоящие профессиональные танцоры! И знаменитая Жильберта в "Вилле Родэ"… Тут блестящий лакированный сапог со шпорой незаметно наступает ему на ногу. — Т-с-с-с! При сестрах-то! — шепчет Толя с растерянно-комическим лицом. — Пожалуйста,…

— Замужем? — спрашивает удивленно «вицмундир». — Такая молоденькая и уже замужем! В лице его я вижу сомнение, правду ли я говорю. Тогда я быстро начинаю объяснять ему, что мне скоро двадцать лет, что замужем я уже почти два года, что я мать шестимесячного мальчика и что решила работать для моего…

— Глупая. Какая там надсмотрщица? Нешто надсмотрщица с улицы придет, — накидываются на нее товарки. — Стало быть, депеша либо письмо, — говорит Дунечка, которую старые девушки-служанки презрительно называют Дуней-белоручкой за умение сохранять среди самой грубой работы свою природную красоту. Про Дуню-белоручку…

— Матушка! Нам грозит новая беда… — вскричал он испуганным голосом. — Я пас помещичьих свиней на опушке леса вблизи нашего Дагобена… и вдруг… вижу, едет целый отряд солдат… Они направляются прямо в нашу деревню… Я хорошо разглядел их лица. Матушка! Я узнал их!.. Это те же солдаты, которые год тому назад…

— А потому что Талечка никуда не выходит летом из-за своей болезни, и единственное ее удовольствие — иметь все то на даче, что окружает ее в городе. У нас есть все: и рыбная ловля, и игры на воздухе, и лес, и катанье в лодке, и верховая езда, а Таля всю свою жизнь прикована к креслу, как же и не побаловать…

empty-line > Как только увидела старая Илита чернобровую девочку, так и накинулась на нее. — Ах ты скверная девчонка! Опять князька нашего, красное солнышко, прятаться в винограднике научаешь! Опять, не приведи Господи и святая Тамара, он себе личико поцарапает, платье изорвет! Какой я тогда дам ответ…

Хотя Нюша Горелова, закадычная «на жизнь и на смерть» подруга молоденькой сербки Милицы Петрович, могла бы многое что рассказать, но она скорее даст отрезать себе язык, нежели выдаст подругу. Не скажет она, где ее Миля, не скажет ни за что! Потупляются лукавые, бойкие глазки, складываются с самым смиренным…

глупый Огонек!" Второе письмо Огонька к матери "Золотая! Твой глупый Огонек на месте. Ах, мамуля, если бы ты знала, сколько впечатлений зараз! Боюсь, что не сумею поделиться толком ими с тобою. Призываю все свое благоразумие и постараюсь вовсю. Может быть, Золотая…

— Бедный Марк… Бедный Марк. Иначе она и не может шептать, потому что Марк действительно несчастлив, и никто не может ни понять, ни любить его. И в новом приливе отчаяния Марк зарывается в траву и смотрит в сторону, противоположную городу и озеру. Слева шумная, шипящая неугомонными котлами и машинами…

— Из какой губернии? — Из села или из деревни? — Большой приход у вашего отца? — Он давно там священником? — А братья и сестры есть у вас еще дома? — Сколько же вам, однако, лет? — Отчего у вас на руках мозоли? — Вы и зимою такая же коричневая от загара? — Что вы делаете, чтобы быть такой румяной?…

Таким образом, госпожа Симановская сдержала данное Богу обещание. Двенадцать девочек были вырваны из нужды, лишений и недугов. * * * Девочки стояли посреди большой светлой комнаты, называемой классной. Здесь они и занимались, и проводили свободное от занятий время. Незамысловата была обстановка…