Ужасы и мистика

Он запер гаражные ворота и, заметив за стеклами входной двери супругу, поспешил домой. Жена поставила на стол бутылку вина, что случалось нечасто. Она наполняла его бокал дважды. — Прости меня, — сказала она наконец. — Но ведь и ты должен меня понять. Он уже никогда не вернется. — Замолчи! — воскликнул…

— Опять разбила, — проворчала ее сестра, такая же преступница. Хоть они и были близнецами, Бьянка и Кайя, а различались во всем. Кайя была обладательницей насыщенных рыжих волос, почти красных, и серых, испещренных золотыми прожилками, глаз. Пониже, чем Бьянка, красота ее более утонченна. — Я днями —…

И только маленький полноватый человечек с большими залысинами, одетый в дорогой серый костюм, смотрел на пастора спокойно и даже почти скучающе. Малькольм Фэнли вдохнул и выдохнул сладковатый воздух своей «кельи». «Что-то устал сегодня», — подумал он, расстегивая верхнюю пуговицу сорочки. Пастор через…

Дана двинулась вслед за ним. Она с грустью смотрела на то, как родители одеваются, открыла им дверь, поцеловала на прощание мать. Её не оставляло странное ощущение, что всё это уже было и в прошлый раз закончилось паршиво. Выходя, отец слегка потрепал её по плечу. — Спокойной ночи, пап, — с улыбкой…

Однажды он застал сына, склоненного над ведром воды; время от времени мальчик прикасался пальцем к водной глади, заставляя ее морщиться и разбегаться правильными кругами. На недоуменный вопрос, что это значит и неужто он пропадал над этим ведром весь день, Гильем совершенно серьезно ответил, что разговаривает……

Именно в это я и верю. Правда жизни заключается в том, что с каждым годом каждый из нас уходит все дальше и дальше от той сущности, с которой все мы были рождены внутри себя. Мы подставляем плечи под самые различные ноши, некоторые из них приятные, некоторые — не очень. С нами происходят различные…

— Так что тебя останавливает? — Не могу подступиться к ней. Перепробовал все. Старался очаровать, не замечал, дарил подарки, писал письма. Никакого эффекта. И, прежде чем отступиться, решил обратиться к вам. Вдруг вы знаете что-то такое, что заставив ее заметить меня. — Между прочим, знаю, — неожиданно…

— Ми-си-эр. — Привет, — женский голос. С придыханием. Мелодичный. Теплый. — Могу я чем-нибудь вам помочь? — Это Расти? — Нет, это звукоинженер. Он сейчас занят. Вы хотите заказать любимую песню? — О, — разочарование в голосе. Расти почувствовал себя виноватым. — Ну… Как насчет «Ватеринг Хейтс» Кейт…

– Продемонстрируйте ее в действии. В действии, о да! В любое время. Я пробежался пальцами по меню. – Все очень просто, сэр. Клиенты любой службы знакомств делятся на тех, кто ищет, и тех, кто ждет. Среди ищущих больше мужчин, среди ждущих – женщин, хотя бывает по-разному. Те, кто ждет, предоставляет…

Движение прекращается. Андрей стоит возле железных ворот, некогда выкрашенных светло-зеленым и простоявших под дождем и снегом не один год. Он поднимает взгляд, но бесконечная улица меж заборов уходит, кажется, в бесконечность. Он оборачивается на пройденный путь, но там улица выглядит точно так же.…

Но я думаю, есть вероятность — хотя и небольшая — что Детвейлер действительно собрал материал для книги. Ее нужно будет переписать — его письмо прямо говорит об этом — и название дерьмово, но у нас есть несколько писак, готовых выполнить эту работу баксов за 600 (Я вижу твою реакцию — за 400 баксов.…

— Да вот отвлеклась. Извини, сейчас новый сделаю! — Не надо, мне уходить скоро. Остатки злосчастного омлета полетели в помойное ведро. Витя уселся за стол и уткнулся в газету. Он всегда читал за завтраком, но сейчас Ирина почувствовала себя обиженной. Хоть бы слово сказал… — Витя, тебе бутерброд…

Мы с Марти переглянулись. Думаю, мы оба чувствовали себя полнейшими идиотами. По крайней мере, у меня было такое ощущение. Мы, словно по команде, опустились в кресла. И принялись смотреть, как Волкокраб гонится за маленьким мальчиком на трехколесном велосипеде. — Что с тобой, Эрин? — прошептал Марти,…

— Успеется — хохотнул Колька. Он вообще говорить спокойно не умел. Только с прихохатыванием и всякими прочими смеховставками. Есть такие натуры — шило в жопе и всегда всему рады. Дом гореть будет — картошки напечёт. Колька был из таких. — А хочешь, реально поправлю? — вдруг выдал он. — Нее, мне…

Спасения не было. Ночью ему снилась она, тот год, что они провели вместе, то, как они спали спина к спине. Он до сих пор помнил, как пахли ее волосы после душа и как в уголках ее глаз собирались морщинки, когда она улыбалась. По утрам, проснувшись, он был словно зомби, вялый и беспокойный. Она ушла всего…

Но что делать? Делать нечего. Что мы имеем, то мы имеем, как говаривал предатель Данила. Нужно одеваться и тащиться на рынок – зарабатывать хлеб насущный. Колготки теплые, носки шерстяные. Штаны простеганные, на байке. Шерстяной свитер – полинявший, зато теплый и родной! Пуховый платок взять с собой,…

Рыбоголовый был частью этого окружения. Он подходил ему, как желудю подходит его шляпка. Всю свою жизнь он прожил в Рилфуте, в одном и том же месте, в устье густой трясины. Там он родился, отец его был негром, а мать — индейской полукровкой, они оба уже умерли. Говорят, перед его рождением мать испугалась…

"Лавка древностей и ломбард Никербокера" 118-я восточная улица, Испанский Гарлем Четверг, 4 ноября. «Зеркала — мастера на плохие новости», — думал Авраам Сетракян, стоя под зеленоватой лампой дневного света, укрепленной на стене ванной комнаты, и разглядывая себя в зеркале. Старый человек, смотрящий…

— Познай Пирующих, — заявил господин Гликсман под хохот набитых ртов, — и ты познаешь Сотворившего их. В земном кинотеатре на этой стадии фильма пора было зрителям определяться в своем отношении к героям. К мужу — неоднозначно. Его шея чуть длинновата, из-за чего он порой кажется похожим на солидное…

Влад подошел и обнял меня. Я прислонилась к нему, но продолжала любоваться видом на гавань. – Стас мне сказал, что в отеле есть крытый бассейн, – прошептал Влад мне на ухо. – Если хочешь, то можно поплавать. – Вот как? – улыбнулась я и повернулась к нему. – Это ты к чему? – Помню, что ты раньше…