Ужасы и мистика

– Я буду учиться, – серьёзно ответила Даша, – я буду серьёзно учиться. К тому же, кажется, я уже поняла, что мне дано быть знахаркой. Ведь, если бы это было не моё, я бы не сумела Пашке кровь остановить. Вдруг она услышала в телефонной трубке частые гудки и ей почему-то показалось, что это бабушка…

– За наследство, – спокойно ответила Глафира Арнольдовна. – Вы с Ваней – мои единственные наследники. Ваня заказал мое убийство, продал мою квартиру, вложил деньги в бизнес. Сейчас он – бизнесмен. – Я не верю! – Илья взъерошил волосы. – Такого не может быть. – Ты не веришь, что я мертва?– Бабушка…

Она щелкнула обоими выключателями, и гостиная резко озарилась разноцветным светом елочных гирлянд, а также обычного верхнего светильника. Дженни сразу же поняла, что что-то изменилось. Сначала ее внимание привлекла елка: украшения, которые они с Нессой повесили на прошлой неделе (пока Маркус играл…

Обратное проникновение легенды о вампирах из литературы в массовое сознание происходило с ошеломительной скоростью. Поистине, «мертвые скачут быстро», как сказано в одной из первых баллад на эту тему, процитированной также и Брэмом Стокером. Особенно быстро скачут они в массовой культуре. Наиболее…

Разные Лица. Они всегда что-то хотят, требуют, указывают. Они даже имя мое иногда путают с другим… Но на самом деле им плевать, они просто жрут! Жрут нервы, силы, здоровье и душу. Зачем им мои мечты, желания и надежды? Для них, это даже смешно! Почти за каждой их улыбкой, за каждым ухоженным и глянцевым…

Камилла Сойлер подчинялась матери и верила ей, потому что любила, но с каждым годом доверять ей становилось все сложнее. Выполняя очередные просьбы, Ками чувствовала себя марионеткой, и это порой сводило с ума, поэтому она сбегала в самые темные уголки города. Ей было плевать, насколько они опасны, ведь…

Три года назад Венди хватало одной работы — администратора в «Шератоне», и они жили в двухэтажном доме в центре. В одну случайную субботу она несла корзину с бельём вниз, к стиральной машине. Ковровая полоска на верхней ступеньке съехала под её каблуком, и падение с шести ступеней разорвало все связки…

Поднялся страшный шум, но толком ничего выяснить не удалось. Несколько усталых детективов обшарили комнату вдоль и поперек, назадавали массу глупых вопросов, составили несколько протоколов и затем передали дело на откуп следователю и похоронной команде. Трепаниди не имел родственников, значит, никому…

Я рассматривал набросок Невероятного Лазерного Человека. На нем был крутейший суперкостюм для прыжков. Сквозь легкую ткань выступали его огромные мускулы. Полосы мощных ярких молний пересекались на его массивном торсе и зигзагом спускались по мускулистым ногам. Я пририсовал ему волшебные темные очки,…

Я придвинулся ближе и понизил голос: – Когда оборотень выходит в полнолуние, на его лице начинает прорастать шерсть. Зубы становятся острее и длиннее. Они увеличиваются до тех пор, пока не коснутся подбородка. Все тело покрывается мехом, как у волка. И вместо ногтей вырастают когти. Я вцепился в футболку…

– Кофе, – только и вымолвил Джейсон, когда, наконец, вышел из ванной. Его лицо позеленело; сам он двигался так, словно был болен. – С тобой все в порядке? – спросила я, не зная, ответит ли он на мой вопрос. Я налила кофе в кружку. – Да, – ответил Джейсон, спустя несколько минут, но ему требовалось…

Свою внешность Софья любила и холила. Едва узнав цену своей красоты и почувствовав дарованные ей силы, Софья сбежала из деревни в город. О своем происхождении девушка постаралась забыть. Теперь она – внебрачная дочь, появившаяся на свет в результате адюльтера знатного человека и служанки. Мать-служанка…

Тишина пробудила от раздумий стоящего у доски доктора Китса. Он обернулся: — Что случилось? — Ничего. — Доктор Нолет снял очки. — Вот этот тип решил перекрыть эксперименту кислород. — Ты в своем уме, Берт! — Кусок мела в руке доктора Китса рассыпался на крошки. —…

— Тьфу ты, падаль! — Джим раздраженно сплюнул под ноги и, перехватив ружье поудобней, зашагал к загону. Лайл, до этого разглядывавший среди туч луну, перемахнул через перила и заторопился вслед за отцом. — Чертова ночь! Ты взял фонарь? — Паркер обернулся к сыну. — Па, но ведь ты сказал, что возьмешь.…

В широко раскрытых глазах стоял ужас: лицо перекосилось, он чуть не плакал. Мне стало жаль его. — Пойдемте в мою каюту, — сказал я. — Там вы будете в безопасности. Но скажите, что напутало вас? — Люди без костей — прошептал он, и было что-то такое в его голосе и глазах, отчего волосы на моей голове…

— Как бьется сердце! — задыхаясь, устроил руку на левой груди. — Перестаньте, — отстранилась она. Румянец стал еще крепче; пальцы теребили платье. — Вы же сами того желали. — Никогда… — Будет, Лиз. Будет!.. И впредь запомните: стоит только пожелать со мною встретиться… * * * Теплый безветренный…

Хорошо помню тот день. Небо обложено тучами, и хотя не холодно, так и чувствуется, что осени просто-таки не терпится дожить до холодов и устроить нам заморозки с порошей или мокрым снегом. Поля лежали голые. Точно одурелая, скотина бродила как в полусне. По дому бесцеремонно разгуливали сквозняки. …

Только когда мы с Амброзом уединились в его кабинете, он впервые заговорил о предмете, занимавшем все его мысли. Кабинет и лаборатория находились на задней половине дома; в центре располагались кухня, столовая и гостиная, а спальные комнаты почему-то были размещены в передней части здания. Как только…

7. Холм Замана Зеленый склон лесистого холма Взметнулся над старинным городком В том месте, где шатаются дома И колокол болтает языком. Две сотни лет — молва на всех устах О том, что на холме живет беда, О туловище, найденном в кустах, О мальчиках, пропавших без следа. Стоял на склоне хутор,…

Я безмолвно слушал и по мере того, как его дребезжащий голос все больше завладевал моим сознанием, ощущал невольный озноб. Не раз мне приходилось помогать рассказчику находить потерянную нить повествования, связывать воедино обрывки научных постулатов, слепо сохраненные его слабеющей памятью из разговоров…