Современные любовные романы

Двигатель умер. Бас репчика затих. Я улыбнулась себе в зеркало, поправила волосы, и подняла глаза. И только тогда заметила, что у меня были зрители. * * * На крыльце стояли трое мужчин. Не один. Не два. Три. Костюмы, ботинки за всю мою магистратуру, осанка такая, будто их в раннем детстве учили…

У меня сводит спину, щеки горят. Мало того, что этот незнакомец вломился в мою квартиру посреди ночи, так теперь он еще и трахает мои подушки. Оскверняет их. Порочит. — Сэр, только не мою любимую подушку! — Я подкрадываюсь к дивану, стараясь не разбудить похотливого бессознательного незнакомца, и осторожно…

А пока сумерки только завладели набережной, зажглись фонари и всё вполне пристойно, приглушённо, робко, почти трезво. Возле дверей ресторанов украинской кухни официанты – юноши и девушки в национальных костюмах, тут же, напротив их – конкуренты в национальных татарских костюмах. Над ночными барами…

— Оставьте нас. Голос. Мужской. Низкий, грудной, обволакивающий. От него мурашки побежали от шеи вниз по позвоночнику, туда, где ложбинка спины переходит в поясницу. Я замерла. Дверь за моей спиной мягко закрылась. — Не бойся, — в его голосе промелькнула усмешка. — Я не кусаюсь. Без причины. Шаги.…

Не знаю, чего он там видел, конечно, в интернете писали, что месячные младенцы нифига не видят еще, но Мишка явно что-то различал. — Не знаю, — раздраженно ответила я, подходя ближе к мужику, — сам спроси! Я попыталась решить проблему, то есть, скинуть мелкого на другие руки, но бесполезно, конечно.…

Одно останавливает, что за столом я не один. Сегодня сбор нашей большой шальной компании. Здесь детки только богатеньких родителей, с безлимитными картами и минимумом забот. Нет, мы не друзья по жизни, просто вместе тусуемся. Только здесь, в клубе, у нас общие интересы: спиртное, кальян, девочки и…

Я сказал одно слово. — Гущина. Не «здравствуйте». Не «зайдите». Одно слово — имя, которое она десять лет прятала под материнским. Она остановилась. Я много лет читаю лица и видел на людях всё: страх, ложь, блеф, мольбу. На её лице не было ничего из этого. Было узнавание. Спокойное. Как будто…

— Нет, — осадила их Алина. — Обойдетесь. Парни заулюлюкали, а главный вышел вперед и наклонился над ней. Алина еле сдержала злость – она ненавидела, когда высокие так делают! Будто общаются с ребенком… — Нет уж. Теперь нам всем интересно, — произнес он под одобрительные кивки. — Показывай сама или…

Я игриво цокаю языком, качая головой. Я аполитична. Пребываю в блаженном неведении. Просто пытаюсь разобраться с собственным дерьмом. И понятия не имею, каково нынешнее определение феминизма, но уверена: тот, кому нужны одновременно и жена, и горничная, вряд ли разделяет идеи феминизма. Впрочем, сомневаюсь,…

Я вышла в коридор, бережно прижимая к себе торт. В квартире стоял густой коктейль из маминых духов, свежего хлеба, маринованного мяса и этого специфического, приторного запаха латекса от шаров. — Осторожно с торшером! — мама едва не влетела в меня, когда я обходила угол. — Это хрупкая вещь! — Мам,…

которую нужно решить. Первый был в правом боку, у самой печени, опасно близко. Второй — в мышце бедра, глубоко, но чище. Третий — в плече, раздробил часть лопатки. Он несколько раз падал с нами в давлении. Несколько раз я слышала тихий, длинный, плоский почти неслышимый сигнал монитора. И каждый…

Я оглядела его с чисто профессиональной оценкой: тремор пальцев, одутловатость лица, слабость в мышцах. Это было уже далеко не начало. — Врач, — он усмехнулся, и это было жалкое, горькое подобие улыбки. — Отлично. Можешь выписать мне что-нибудь... чтобы не так тошнило по утрам? — Я не для этого здесь.…