Прочие приключения

«Примите наши поздравления…» В конце первой недели занятий первокурсников филфака областного педагогического института попросили собраться в Большой аудитории. Там обычно проходили все собрания. Пришли декан, секретарь факультетского комсомольского бюро, представитель профкома, преподаватели. Декан…

— В это время дня, Анатолий Сергеевич, у меня в отделе нечем дышать, домик каркасный, крытый шифером, на самом солнцепеке… Комов понимающе взглянул на подполковника и, улыбаясь, заметил: — Василий Михайлович, не оправдывайтесь. Раз назначили свидание в «балочке», стало быть, не хотели, чтобы меня видели…

Я, конечно, не был баснословно богат, но не припомню, чтобы я проходил несколько кварталов в поисках супермаркета, где сигареты, которые я курю, были бы дешевле (студенческие времена не считаются, тут и так все понятно). Сейчас я живу в отдельной квартире, которая меня вполне устраивает, езжу на автомобиле…

Я толкнул звякнувшую колокольчиком дверь, вошел внутрь бара. В темноватом низком помещении, уставленном бутылками и горками апельсинов, горбился молодой буфетчик с традиционным полотенцем, перекинутым через рукав его грязноватой накрахмаленной куртки. Ни одного посетителя не было возле высоких круглых…

Качнулась черно-желтая полоса воды на экране, медленно потекла навстречу. Глубина впитывала осторожные вздохи двигателя, на середине залива водитель заглушил его. Речное течение мягко понесло островок туда, где русло пересекала невидимая линия, разделяющая войска двух сторон. Ночные наблюдатели теперь…

— А ты не мог ошибиться? Ведь борода и усы резко меняют облик. — Только фотокарточка на паспорте могла вызвать сомнения, а на военном билете он бритый и молодой. Ошибка исключена. Есть и еще одна примета: на левой руке у Гадохи татуировка: большой синий якорь у кисти и женское имя Нина. …

Я тотчас же узнала говорящую — да и немудрено, после стольких-то лет знакомства: — Миссис Хат, — я попыталась сесть и оглядеться. Голова все еще немного кружилась. Но, благодарение святой Робе´рте Гринтаунской, освободившей женщин от гнета корсетов и прочих ужасов уходящей эпохи — дышать было…

— Да, перед Седым они не таятся, — кивнул Рубцов. — Седого они уже считают своим. Даже в беседах с глазу на глаз Рубцов с Воловиком давно уже отвыкли называть Седого его настоящим именем — таким законспирированным и ценным разведчиком тот был. Пехотный лейтенант, который чем-то понравился Рубцову года…

Отважным патриотам приходится действовать в исключительно трудной обстановке, в условиях безудержного террора оккупантов. В рамки одной повести не укладываются трагедии, которые ежедневно разыгрывались в непокоренной Одессе. О них мы узнаем из материалов чрезвычайных комиссий, из документов партийного…

— Ну, сабіраюць нас, вецеранаў, у бальніцу нашу ўчастковую. А адтуль ужо ў раён разам з медсястрой, ага. А сама вясна, пусціла ўжо. Туман, макрэча. Ждом мы. А таго аўтобуса ўсё няма. Пайшлі мы ў сталоўку. Ну, мы і селі, ці ўжо абедаць, ці і снедаць. Я з Куляшом разам, помніш яго? Ён франтавік. Малады…

Мягкая Лапка посмотрела на толпу. — Приветствую тебя, Рассерженный, и тебя, Мутный. Туманная сегодня с ночи плюет паром и сильно ругается. Предупреждает о беде. Я не смогла понять, о какой. Не вы ли прогневили ее? Мутный Ручей покачал головой. — Я тоже чувствую тревогу, но Белый Броненосец молчит.…

— Вось, знаёмцеся, — старшы групы падвёў незнаёмага мужчыну да крэсла, дзе ўжо сядзеў Радзім Савілін, — ваш зямляк Юрый Сяргеевіч. Хто, выпраўляючыся ў далёкую дарогу, асабліва ў чужую краіну, за мяжу, не быў бы рады чалавеку з родных мясцін! Ды асабліва такому, які многа дзе быў і шмат чаго пабачыў.…

Малышку приходилось прямо оттаскивать от шербета, успокоительных таблеток, мыла, флаконов; она так и норовила выпить, например, духи, которые ей казались душистым нектаром. Но самый большой, не поддающийся описанию восторг неизменно вызывала у чернокожей кокетки рисовая пудра. Бедняжка, разве могла…

— А лет-то сколько вам было, Федор? — Восемнадцать. Двадцать четвертого года… — А выглядите старше, — удивился я, вспомнив, что давал ему сорок. — Жизнь такая. Не молодила. Воевал. Дважды ранило, — и, как бы предвосхищая мой вопрос о том, как занесло его в эти глухие края на тихую лесную работу,…

В начале тридцатых годов приток в банду Джаныбека усилился. Оружия стало не хватать. Английские эмиссары, которыми кишмя кишел Западный Китай, в долг давать оружие не желали, требовали золото. Оно у Джаныбека было в тайнике. Вот достать его и послали Дердеш-мергена. Не одного, не в одиночку, а придали…

— Доктор, а завтра можно будет? — Завтра? Завтра посмотрим. — Завтра командная гонка. Мне можно будет? Врач пожал плечами. — Посмотрим. Володя дрогнул, когда услышал команду судьи на старте: «Марш!» Эх, гонка началась. Без него! Кто же пошел вместо меня? Или никто? Неужели пошли трое: Славка,…

Теперь расстояние между кубинскими кавалеристами и испанскими пехотинцами стремительно уменьшалось. Чаще и чаще раздавались беспорядочные выстрелы. На скаку замертво падали лошади. Стоял невообразимый гам. Даже смертельно раненные, солдаты не выпускали из рук мачете, кричали: — Да здравствует…

Рега прошел дальше, бесшумно ступая войлочными сапогами по вымощенной камнями дорожке. Пока что он не видел ни одного человека: ни солдата, ни монаха. Потом за ревом пожара он расслышал тонкий, жалобный звук. Присев на корточки за одной из громадных деревянных колонн, окружавших главный двор, Рега…

Вернулся Петраков, принес крепкого чаю и карту. — Добре, Паша, — Бахрушев подвинулся к столу. — Почаевничаем. И подумаем. Крепко подумаем. Сейчас важнее всего понять, что им нужно здесь, в калмыцких степях. …За четверть века работы в органах Иван Сергеевич Бахрушев повидал немало. В двадцатых участвовал…

* * * В дверь уже колотили изо всех сил и орали. Мне нисколько не хотелось расставаться со своей негой и куда-либо двигаться. Открыв один глаз, я покосился на светящийся будильник. Медленно пришло осознание, что проспал я никак не более двух часов, стало быть на дворе еще стояла глубокая ночь. Какой…