Приключения

Бегать я люблю, даже не помню, когда начал. Виною всему стал отец. Всю жизнь, сколько я его помню, был сердечником. Вот и меня для укрепления сердечных мышц он заставлял по утрам бегать. В детстве, помню, я это дело терпеть не мог, отлынивал, насколько возможно. Потом уже бег стал для меня само собой…

Вождь знал, когда он совершил роковую ошибку, которая теперь будет стоить им всем жизни. Не надо было приходить сюда. Не надо было нападать на людское стойбище. Не надо было разорять его, убивать женщин и детей, уносить орудия труда и оружие… И, наверное, не надо было красть этих животных. Все равно…

Племянник же никак не желал считать себя русским – он был немцем и старался окружать себя немцами. Дошло до того, что образовалась маленькая немецкая армия, хотя в нее попало немало и русских – пехотный полк Нарышкина составили из русских служителей Ораниенбаумского дворца, придворных охотников и местных…

Капли лопались о холодный ствол пистолета, время буксовало, противник не издавал ни звука, нервы натягивались все сильнее. С каждой минутой желание вылезти из укрытия и подкрасться к трансформатору подмывало все напористее. Ну уж нет! Я обозлился сам на себя, сжав рукоятку до белых костяшек. Я не двину…

– Ты только не ори об этом так громко – шикнул на него Виталик. – Да, ты прав, пошли лучше спать, а то опять завтра тащиться за этой черепашкой по имени Маришка! – они дружно рассмеялись и ушли. А я как стояла столбом, так и осталась стоять на месте осмысливая услышанное. И этот парень мне ещё нравился!…

– Налетай! – дал Фёдор команду и минут десять на кухне слышались звуки голодных зверей, поедающих мясо. Набив желудок, я решил, что настало время моего рассказа. – Ух, хорошо, с чего начать? – С самого начала, разумеется! – заявил Фёдор и приготовился слушать. – Понимаешь Федя, в чём дело, как…

Чьи-то руки куда-то тянули его. Он подумал, что сейчас разыграется спланированная драма, ему озвучат вымышленные обвинения и вынесут заранее определенный приговор. Он выслушает все это со стойкостью и презрением. Встретит свою судьбу с высоко поднятой головой. У него уже готов достойный ответ, если спросят,…

Всё, словно на фотопленке, до мелочей запечатлелось в детском сознании. Колокольня, купол с крестом, притвор храма, полумрак внутри и запах ладана. Красивые песнопения и мягкий баритон священника звучали, словно из другого мира. Да это так и было. Это был не тот мир, что за церковной оградой, здесь было…

Мартин, помощник хирурга, тоже не берсерк. Частично, наверное, из-за принадлежности к служителям церкви, хотя он и не имел прихода, а сейчас — и сана, отказавшись от него для невероятно длинного, возможно кругосветного плавания в роли ассистента Мэтьюрина. Но большую роль в этом играло то, что ярости,…

Он встал во весь рост сбоку от остатка стены. Наблюдатель от оврага не мог его не видеть. И он увидел. Зашевелился еще один куст, и на вершине также поднялся человек. Это был русский. Видно, он узнал Савельева, а может, ему хватило увидеть соплеменника. Как бы то ни было, он быстро пошел по полю к крепости.…

Встав утром, приготовила завтрак. Накормила мужа и, отправив его на работу, уселась на пуфик у зеркала. «Чтобы устроиться на хорошую работу, надо иметь подобающий вид… Надо придать себе товарный вид. Так, думая о предстоящем походе на предприятие по трудоустройству, она наносила макияж по всем правилам…

Он вводит код на панели, а затем сканирует сетчатку глаза – по слухам, самая надежная мера защиты. Но ему профессия не позволяет верить слухам. Дверь легко открывается, будто и не весит с десяток килограммов, и перед мужчиной оказывается другая лестница – вниз, в подвал. Тот самый нулевой этаж, которого…

– На, курица… Он сунул тете Вале связку ключей и, не взглянув на соседа, удалился. Тетя Валя отсоединила от связки ключей знакомый ключ и передала Дмитрию. – Урод участковый все ключи забрал, один этот остался. Зойка, когда сердечко прихватило, сама мне передала… Ой, а что ж я тебя в дверях-то держу?…

– Знаешь, я никогда не влюблялась, – Джулия с сомнением покачала головой. – Даже в учителя в школе – и то нет! А теперь и вовсе не до того, как я могу думать о любви сейчас, когда Марчелло в тюрьме! – А я всегда говорила тебе не доверять брату дела компании, – тут же вставила Мария и улыбка сбежала…

Через некоторое время включается воображение. Принимаюсь визуализировать. Наверняка, самый мощный гул издают грузовики. Ведь у них самый дальний путь, а значит и тоски по дому у этих громадин больше… От представления того, как много «видит» дорога и сколько «хранит» историй, почему-то становится грустно.…

Всё нормально, Санька и раньше проводил у них много времени. Пришлось ставить чайник, и под одобрительные кивки доставать из холодильника сыр и колбасу и резать батон. Полина уже заварила свежий зелёный чай и наполнила свой бокал, когда в комнате запиликал телефон. Пока она дошла до него, звонок прервался.…

– И твоему отцу даже не пришло в голову обратиться ко мне? – Пришло! Он просит вас пожаловать во дворец. – Голос у Рамзеса дрогнул и сорвался. – Как вы думаете, Амон исцелит ее? Верховный жрец шагнул вперед: – Кто может знать об этом? – Но я ведь преклонил перед ним колени и пообещал ему все,…

Мать шла за солдатом к распаху вагонной двери, оглядывалась, и, вымучивая улыбку на восковом лице, помахивала кистью руки. В дверном проёме виделось вечернее небо. Солнце уже опустилось за горизонт. Последние лучи его щедро обливали облака густым багрянцем. В родной деревне, такой теперь далекой и…

Нарвей заводит малозначительный светский разговор. Киваю ей, как болванчик с восточного материка, и стараюсь к месту вставлять комплименты. Наконец, Нарвей удовлетворена, и я с позволения Лорелей могу отправиться восвояси. – Ещё кое-что, – говорит наставница мне вслед. Оглядываюсь на неё. – Завтра…

Царь Моруании выдержал паузу, обдумывая мои слова. – Что же. Раз вы, принцесса, находитесь на моруанской земле, я с радостью позволю вам погостить. Во дворце достаточно комнат. Мы выделим личные апартаменты, где вы ни в чем не будете нуждаться, – с широкой улыбкой ответил он. Мой взгляд все чаще…