Подростковая литература

Вдруг Катя споткнулась о какой-то сучок и упала. Лежит ни жива ни мертва и думает: «Вот сейчас все собачки подбегут ко мне, покусают, да ещё бантики на туфлях отгрызут». А щенки остановились, не понимая, почему с ними больше играть не хотят. Подошли к девочке, обнюхали, один щенок её даже в нос лизнул.…

– Так что мне ему говорить? – Ты сам прекрасно знаешь, – вздохнула мать. – Скажешь, что не спишь. Никуда не выходишь. Сидишь и играешь на компьютере. – А он мне скажет: займись чем-нибудь еще. Мать и сын переговаривались осторожным шепотом, словно в приемной лежал тяжелобольной, который долго мучился…

– Офигеть ты умная! – парень снял шлем и посмотрел на девушку своими пронзительно голубыми глазами. Ольга даже ахнула и сделала шаг назад.  Он был удивительно красив. А с такими она предпочитала не связываться, одни проблемы от них. Молодой человек же наоборот шагнул к ней. – Что молчишь, совсем…

- Я переписывалась с Пешковым до двух ночи, - призналась я. - Так долго? Ведь ты решила написать еще днем? - Я написала в шесть вечера, но он то был в сети, то не был. - И что? Я вытащила телефон и протянула его подруге для ознакомления с содержанием переписки. Прочитав сообщения, Ада вернула…

Перед вами сборник новелл про шестиклассников. Не сборник рассказов для шестиклассников. А новелл. Про. Почти каждая новелла состоит из нескольких частей. Каждая часть – особый взгляд, отдельная точка зрения на проблему. «Банальные истории» про то, что банальных историй не бывает. Все, что с нами…

Я бреду во мраке, пытаясь нащупать хоть что-то. Я вижу чьи-то руки. Много рук. –  Сюда! Сюда! Руки хватают меня со всех сторон. Я пытаюсь вырваться, но ноги словно повязли в болоте. Теперь меня куда -то несут. Я больше не вижу даже зеленого свечения. Тело больше не слушается, я не могу ни закричать,…

– Входите, – Анна Дмитриевна смотрела на меня строго. На доске была написана уже какая-то формула: – Ты опять опоздала! Садись на своё место! Положив портфель у ног, я достала учебник и тетрадь. На самом дне портфеля лежали карандаш и ручка. – Дарья! К доске! Задача №127, – сказала учительница и…

– Не волнуйся. Мы поняли правила. – Я успокаивающе погладила бабушку по руке. Мама принесла чай. Вообще-то я хотела газировку, но у бабушки её не бывает. Придётся привыкнуть к чаю. Мама с бабушкой стали обсуждать нашу поездку. Я не слушала, уже морально готовясь к завтрашнему дню, первому в новой…

В такие моменты я позволяю себе думать, что свободна от всех обязательств. Что я сама могу выбирать свою судьбу. Что ни у кого нет власти надо мной. Жаль, что это не так… Выпускной класс. Я потерялась среди рутины будней. Я живу словно на автопилоте, редко включаясь в реальность. Ужасно, когда ты мечтаешь…

– Ты, ты… – она тяжело дышит после пробежки по сугробам. – Ты чего тут валяешься? – Тебя жду, – я снова перевожу взгляд на бледно-голубое небо и солнце, спрятанное где-то там за лохматыми облаками. – В снегу?! – А что? Ты же любишь природу, а это, – я хлопаю ладонями по снежному покрову вокруг…

Я изо всех сил делал вид, что не волновался, хоть желудок и сжимался в спазме. Парней беглым взглядом я насчитал штук десять, понятно, значит здесь основная масса класса – это девчонки. Пацан, за парту к которому я сел на литре, выглядел не шибко разговорчивым, перекинувшись парой слов я понял, что…

«Что же ты всё-таки любишь больше всего?». Задумавшись на секунду, Анатоль уверенно ответила мне: «Сгущёнку». Глава VI, в которой мы ищем кошку Однажды утром Анатоль заявила мне: «Сегодня мы ищем кошку». К тому времени я уже окончательно привык и к возвращению Анатоль, и к её странным затеям вроде…

– Марлон, – сухо поприветствовал он того самого черноволосого парня, который наблюдал за ним. Марлон Тейдж был невысокого роста, но смазливым и прекрасно знал это. Черные волосы были идеально уложены гелем. Школьный синий галстук завязан тоже, черт возьми, идеально. Пиджак без единой пылинки сидел…

Она встала, повернулась к оскорбителям и, горько рыдая, тихо побрела в комнаты. – Пойдём, Колька, – сказал сочинителю памфлета один из его клевретов,  [2] – а то эта плакса пожалуется ещё – нам и влетит. Войдя в переднюю и усевшись на сундук, Ниночка с непросохшим от слёз лицом призадумалась. Итак,…

Не то чтобы я подозреваю Жеку во вранье или не доверяю ему, – просто любопытно. Он часто уходит один, и я замечаю его высокий силуэт на крыше полуразвалившегося фабричного цеха. Жека может по полдня стоять там истуканом. Иногда он будто спит с открытыми глазами у ночного костра – острый подбородок упирается…

– Ты сумасшедшая! – проворчала я, сев на кровати и разминая плечи. – А ты скучная! С тех пор, как Ревков уехал, тебя от дивана и сериалов не оторвать! – с укоризной бросила Ада, собирая темные волосы в высокий хвост. – Посмотрела бы я на тебя, если бы вы с Муслимовым не виделись каждый день! У тебя…

Ветер закружил гладь времени, перематывая вперёд дни, недели и месяцы. – Жители Оазиса, у нас радостная новость! У Верти-сана родилась дочь! Разнесите весть и отблагодарите поселение, откуда мы привезли прекрасную девушку, что сделала нам такой подарок, – вещал согбенный старичок, верховный служитель.…

Поджав под себя ноги, села в кресло-качалку, стоявшее рядом с кроватью. Взяла стопку листов с тестами и начала проверять. Механическая работа отвлекла от мыслей. Сын тихо вышел из комнаты, подошёл к матери: – Мам… Аня перевела взгляд на Влада, вопрошающе посмотрела. – Я рассказ тут один написал.…

Он видел, как стайка десятилетних мальчишек, загримированных не то под зомби, не то под Франкенштейнов, позвонила в дверь дома напротив. Как только дверь открылась, они задорно прокричали какое-то приветствие (разумеется, «Сладость или гадость», что же еще?). Спустя пару секунд в подставленные мешочки…

Следую за ней в прихожую и прислоняюсь плечом к стене. – Я только на пару минут. – Что-то случилось? – Вик, у тебя кто-то есть? – я задаю вопрос спокойно, надеясь на честный ответ. Она на мгновение застывает, а потом расправляет плечи, скрещивает руки на груди и смотрит мне в глаза, подняв подбородок.…