Мистика

Телефон у неё ещё оставался, а вот баланса не было. Край. Исчезновение телевизора только с непривычки шокировало. Тогда она ещё не могла вообразить, что чувствуешь, когда исчезают даже шторы на окнах. Когда в холодильнике нет даже молока. Но баланс на телефоне оставался до последнего… – Так ты будешь…

Табло в салоне показывало «23:13». Если и задремал, то на какую-то жалкую минуту. Я повернулся назад. Мужчины действительно не было. Женщина сидела одна, прижимая ребёнка. Она не испугана, не удивлена. Но он же был здесь, могу поклясться, чем угодно. Тяжелый рабочий день, бессонная ночь с друзьями, и…

– Июль через десять дней, а я еще кости ни разу не грела, – думала Елизавета. – Лето зачетное, нечего сказать, то моросит… то не моросит иногда, – и прыснула смехом, потешаясь над своими мыслями. Пляжный сезон она никогда не пропускала, и несмотря на безобразное родимое пятно на правом бедре, захватившее…

Стояла ночь. И эта ночь была совсем не такой, как её предшественницы. Отличала её вовсе не беспроглядная, леденящая душу темень или порывистая, сбивающая с ног непогода. Эта ночь потрясала своей тишиной. Настолько тихо в глубинах городских кварталов не было ещё никогда. Даже самые изобилующие, самые…

Ночь удивительное время. А если это летняя ночь, то еще и прекрасное. И если вы проводите это время в хорошей компании и вам совсем немного лет, то мир кажется маленьким чудным место. И нет ничего за пределами яркого круга света от костра. И компания молодых людей проводила длинную летнюю ночь, сидя…

Зима в тот год в Орловской губернии выдалась теплая, малоснежная. А в уезде N и подавно, даже на святочную неделю не было ни снега, ни положенных для этих мест трескучих морозов. Обычные развлечения уездных помещиков – охота, да катания на санях и салазках, что очень любили барышни – сделались невозможными.…

Она была прекрасна. Ее спящее лицо не портила даже точка лазерного прицела на лбу. Обычно черты лица в этот момент искажаются. Услужливое сознание людей старательно стирает все, что может напомнить о последних минутах того, кого ты убил. Для меня это было уже неважно, поэтому я всего лишь наслаждался…

Я кинулся на землю, чтобы перевернуть мужчину, но как только прикоснулся к нему, ощутил прилив брезгливости. Его тело было слишком мягким и слишком легким. В нем не было жизни. Я отдернул в руку и в следующую секунду услышал шорох. Что-то стремительно приближалось ко мне в высокой траве. Голодный страх…

Сон всегда кажется реальным ровно до того момента, когда вы проснетесь, реальность же не зависит от того спите вы или нет, а иногда она кажется сном…уверены ли Вы в данную минуту, что не спите? Глава I . Спор. Бой часов разогнал густоту ночного воздуха и заставил тело одинокого путника…

«Интересно, как она могла увидеть у нас свет?» – мелькнула мысль, но вслух я сказала: – Конечно, а что случилось? – Меня зовут Эка. Я ваша соседка напротив, – она кивнула на противоположную квартиру, настежь открытую, в её прихожей было абсолютно темно, – Моему мужу плохо. – Так нужно вызвать «скорую», –…

– Вчера на "Гиганте" тряхнули двух чуваков, - – На "Гиганте" сека повязала Шуню… При мероприятиях районного масштаба, когда шли район на район, скажем, "Гигант" на охтинских, ввиду большого количества участников одна из сторон выворачивала пиджаки, чтобы не бить своих. Кистени и кастеты обычно использовались…

После школы я работал в автомастерской своего дяди. Работа мне нравилась, я всегда любил чинить сломанные вещи. Этому меня научил отец. Его не стало, когда мне было двенадцать – скончался от сердечного приступа в 57 лет. Казалось бы, не было никаких предвестников, вел обычную жизнь, работал слесарем…

"Нет, не сон". Помещение вокруг напоминало то ли гараж, то ли подвал, заставленный всяким ненужным хламом. Старая микроволновка на полу справа, рядом старинное зелёное кресло с прогрызаной в спинке дырой. Тусклый свет от висящей на проводе лампочки доставал до деревянной лестницы в дальнем конце, верхняя…

IV Я пересек Карлов мост с его бесконечными туристами, налегающими на каждый из его постаментов в надежде на красивый кадр, и пошел в самый центр этого древнего мира. Он был достаточно стар, чтобы стать романтичным, чтобы стать тем далеким краем, в котором я смог бы потерять себя. Мне захотелось…

– Так много людей тут жило? – удивилась Люси. – Да, этот дом много раз менял владельцев, – ответила девочка. – Мне дедушка рассказывал. – Нет, ты не поняла, – сказала Люси. – Я хотела спросить, все они умерли… тут? В этом доме? – Наверное, да. В этом доме из-за… этого… уже давно никто не живёт.…

Я сделал несколько шагов вперёд и снова вернулся. Экран загорелся снова. – Я рад Дима, что ты решился проверить то, что я сказал про датчики движения, – дядя подмигнул, – но этот монитор выдаёт первое видео только один раз. Ступай дальше, там ещё очень много интересного, а на этом экране будет идти…

Небольшая часовая мастерская пана Якуба пряталась в запылённом подвальчике недалеко от Вацлавской площади, в самом сердце Праги. Из узкого окошка почти под самым потолком иногда можно было разглядеть стены Национального музея, но чаще дорожная грязь заливала стекло, а солнечные лучи превращали её в потрескавшуюся…

Если бы Вику спросили, какое пробуждение в ее жизни было самым поганым, то она бы, не задумываясь, по пальцам перечислила его признаки. Первое – мокро. Второе – адски болит голова, как будто сию минуту рассыплется на тысячу осколков с острыми гранями. Третье – чудовищно затекла рука. И нога. Да всё…

– Павел Андреевич – это вы там на стене в церкви? Вострецов в страхе отступил от рабочего места Сидорова. В офисе стало еще тише. – Ты, это…ты пьян? Сидоров ты пьян, или может ты чего принимаешь? Как это по вашему…ширяешься? Выстрецов с опаской наблюдал за подчиненным. Коллеги вжались в поверхности…

Ее дыхание. Жаркое, неотвратимое, оно оставляло капельки влаги на душе, отгоняло прочь неспокойные мысли, оседая поверх каждого, поднятого морозом на дыбы, волоска, выраставшего из лица моего. Ладошки в перчатках кожаных, обхватившие руль мотоцикла, потными становились. В моем взгляде не было ничего.…