Мистика

Стройная и юная лицом, но седая и немного сгорбленная, она тянула руки к Оливеру, как бы пытаясь покинуть пределы стекла и оказаться с ним рядом. – Мам? – Сынок, мне страшно… Призрак заплакал. В отражении было видно, как слезы капают вниз на пол. Оливер чуть не спятил от страха. – Ну, знаешь…

Однажды она вручила мне перочинный ножик, чтобы если что, я смогла ащититься. Старый такой, полуржавый. Говорила, что он ещё со времен войны у неё остался. Ножик подарил бабушке какой-то солдат, когда она была примерно моего возраста. Он то поесть ей откуда-то приносил, то из тёплой одежды что-то… Правда,…

Теперь куда? Я снова посмотрела на табличку. Секции, лифты, туалеты. Где же выход? Я поправила очки и тяжело вздохнула. Вот так всегда: всё везде укажут, а указатель на выход не сделают, а это, между прочим, самое главное. Ладно, принято. Найду сама. Со всех сторон всё пело и сверкало. Я всё шла…

Четыре столика из семи пустовали. Возле барменской стойки с большой кофемашиной и витриной для свежей выпечки тоже никого не было. – Мне кажется – я схожу с ума! – громким шепотом заявил Саня, облокотившись на стол и пододвинувшись к Владу. – Она приходила ко мне четыре ночи подряд!.. Страшная, как……

– Так не должно быть! – зло выкрикнул кто-то. – Это неправильно! – Пожалуйста, позовите мужа! – девушка слабела с каждой минутой. – Это очень важно!.. Для меня… для него… для дочери! Виктор метался по коридору, не находя себе места от беспокойства. Его мучили нехорошие предчувствия, хотя врач уверил…

Работа психиатра – тяжкий труд, хоть и обывателю так не кажется… Тот, кому вверяют душевнобольных, вкалывает не меньше шахтера и находится в схожей опасности. Он тоже в любую секунду может оказаться под завалами… Завалами чистого делирия. И все же риск – дело благородное, а еще неизменно увлекательное.…

Теперь сажусь на кровать, наполняю шпиц веществом, затягиваю жгут, вены появились на руке, теперь аккуратно ввожу иглу, ввожу вещество, вынимаю иглу, прикладываю спиртовую салфетку. Готово. Ну что же, осталось подумать о чем-то хорошем. Не хочу же я, что бы первый в истории записанный сон был скучным.…

– Ваш посадочный талон и паспорт, пожалуйста. После этих слов я уже стояла в маленьком автобусе, который отвозит пассажиров к трапу самолёта. Пути назад нет. А я о нём и не думала. Глава 2: когда часы не дремлют Я забежал в аэропорт на легке, не имея при себе даже багажа. Всё, что у меня было…

– А можно побыстрее? – нетерпеливо спросил, постукивая пальцами по столу. Доминик ненавидел опаздывать. А тем более на такую важную встречу с инвесторами. – Да, уже почти готово. – Девушка в черной форме растянула губы в вежливой улыбке. – Пожалуйста, ваш американо, – протянула ему стаканчик с кофе.…

– Прекрасно вот и он! – вскрикнул мужчина и, сбавив скорость, медленно свернул на узкую дорогу. Через несколько минут по неизвестному пути у Эдвина снова разорвался телефон. На ощупь, не отвлекаясь от дороги, правой рукой он быстро нашел девайс. Пробежавшись глазами по экрану, снова увидел имя своей…

И все же это имя всегда привлекало его; это было так странно, встретить настоящую женщину, которую звали Флоренс Фланнери, — он помнил это имя с детства, когда обводил его пальцем на стекле. — Ты никогда не рассказывал мне о ней, — сказала миссис Шют. — Потому что ничего о ней не знаю. Она родилась…

Вот так, как с тем яблоком, и у Марины с Никитой вышло. Не представляла она, глядя на них с Настей, что он такой ревнивый собственник. Ревность без всякого повода. Навязчивое и постоянное внимание, переходящее от заботы к тотальному контролю. Скандалы. Обиды. Всё это поведение Никиты легло обратной стороной…

Все попытки вырваться из капкана были напрасными. Мне казалось, что уже не корни, а сами мертвые хватают меня за лодыжки своими трухлявыми пальцами. – Люди вежливо называли отшельника Хозяином. Он впервые улыбнулся и посмотрел мне в глаза. – А еще Лесником. Притворись мёртвой – Кошмары меня…

Девушка взяла лукошко, схватила из него крупную горсть рассыпчатых зёрен и прикрыла глаза. Она представила, что Вышемира нет рядом, что она одна, наедине с природой и богами. Дарёна попросила покровительства и помощи у Матери Сырой Земли и поднесла к лицу сжатый кулачок, из которого пшеница норовила…

– Я хотела… – Что хотела? – Ладно я согласна… Но с одним условием… Ты не будешь ко мне приставать… И… – Ещё чего? Правило номер один… Это святое… К тебе не приставать и защищать… Какое ещё и… – Если будет клёв… – Будет клёв… Только большая рыба… Я буду как водолаз запускать и прицеплять к твоему…

– Нет ничего. Голяк. – Пойду тогда в гараж, у водил по-любому найдется. А то не усну, все перед глазами Марат в крови стоит. Фу… писец…. После Михиных рассказов в голову ничего не лезло, и я пошёл в роту и завалился спать. – … тянули за язык тебя, тянули… – сквозь сон я услышал вопли командира…

Петя лег на кровать и погрузился в себя под бубнеж ведущего с «Первого» и фырчание деда. Идеальный для него досуг: под передачи центрального телевидения сам гниль источает и чужой с экрана подпитывается. Мысли приходили разные. Сегодня снова вспомнил маму. Нет, не ту – наркоманку, ее он почти не знал.…

Кружка с горячим кофе едва не выскочила из рук, обливая кипятком незадачливого хозяина. — Господи! Так и до инфаркта недалеко! Отец оглянулся вокруг. Тьма сгущалась все быстрее и быстрее. Скоро она скроет от его глаз всех дочерей. — Давайте-ка закругляться, девочки! — голос Андрея командой прозвучал…

– Как что? Приводить в чувства Кобэма! Я уже было передвинулась в сторону мирно “спящего” Адриана и протянула к его лицу руки с капсулой, как Эйлдару вдруг приспичило меня одёрнуть. – Я бы не стал так спешить. Думаю… ему нисколько не помешает хороший, а, главное, долгий отдых. – Боюсь, он и без…

– Натаха, нам с Васьком как обычно – Привет, Егор! А мы всё ждали, ждали когда вы там уже проголодаетесь. Остывает уже. – Так мы это с Васей не виделись давненько, а тут пересеклись таки, надо было как говорится перетереть… – Ну ладно кушайте, давайте.Подано. У нас даже гость вон проездом.…