Любовные романы

«Никто не узнает – шепнул похотливый дьяволёнок внутри. – Пусть это будет новым опытом. У тебя же никого, кроме мужа, не было. Интересно же, как это бывает с другим. Иди. Это будет твоей тайной». Тряхнув головой, Елена бросила ключ в ящик стола. В десять вечера заселив последнюю группу гостей, вернулась…

Утро было чудесным: морозным и звонким. Вчера, несмотря на декабрь, была настоящая оттепель, что, в общем-то, для Питера в порядке вещей, а сегодня ветки деревьев покрылись пушистыми кристалликами застывшей вчерашней влаги и под белым светом фонарей казались сделанными из елочной мишуры. Украшенные натеками…

– Слушай, а может, он друга с собой прихватит? – Для кого? – Для меня, – ответила я уже с некоторым раздражением, – не для тебя же! – Ну, не знаю, я попрошу, конечно... – протянула она в ответ. Ее тон меня обидел: «Угу, отвязаться собирается. Ну и ладно. Мне и не больно-то хотелось...» Весь день…

– Алексей Козаков. А меня Катя. «Катя. Алексей Козаков». Я записала в блокнот его имя и фамилию, чтобы не забыть, пока доберусь до компьютера и Интернета. Будь я знаменитым писателем и мистиком, выбрала бы себе более звучный псевдоним. Но это мое личное мнение, не более того. – Хорошо, Катя, я подумаю.…

Мне нравилось гулять с нашим дворецким Исааком и наблюдать, как он торгуется, покупая рыбу. Исаак выглядел весьма представительно, и даже Джекко с каким-то благоговейным почтением относился к нему. Когда Исаак приносил рыбу домой, миссис Пенлок, наша кухарка, обычно подвергала ее тщательному обследованию…

Через несколько минут Ирис обтерли губкой, смоченной прохладной розовой водой, и надели на нее простую белую ночную рубашку. Малышку, которая громко закричала сразу после рождения, аккуратно запеленали и вручили матери. Тамар взглянула на одну из женщин и резко скомандовала: — Приведите моего господина…

Рафаэлла, я не могу описать тебе, насколько не похож он был на тех мальчиков из колледжа, с которыми я встречалась, учась в Уэллсли. Ему был тридцать один год. В его одежде чувствовались изысканность и стиль, он был утонченно-вежлив и так красив, что хотелось просто бесконечно долго смотреть на него…

— Они все звучат примерно одинаково, разве не так? Валерия воспринимала искусство только с точки зрения необходимости посещения концертов и вечеринок и находила на них более приятные для себя занятия, к примеру, разглядывание драгоценностей и туалетов присутствующих. Светлые глаза Трея мгновенно…

– Тогда зачем?.. Ведь Кэндис-то из тех, на ком женятся. Более того, она самая завидная невеста на всех землях от Аризона-Сити до Эль-Пасо. Кинкейд приподнял ее подбородок. – Ты создана для любви, Кэндис. Ну а брак – это не для меня. – Он крепче сжал ее подбородок. Кэндис вырвалась из его рук. – Ты…

— И энергичный. Я решила взять его на прогулку, чтобы дать его няне немного отдохнуть. У нее меньше проблем с моими двумя другими детьми, чем с одним маленьким Этаном. — У вас есть и другие дети? — Да, девочка на год старше Этана и мальчик младше года. Мы только вчера приехали…

— Думаю, получше узнав Алекса, вы обнаружите, что он — в себе. При всем шарме, которым в избытке обладал кузен Кристоса, он был слаб характером и склонен к злопамятству и интригам. — Вы, наверное, не поняли. Он едва стоит и... — Питер оглянулся через плечо, — и плачет!. Все ясно, молодой англичанин…

Объективно оценивая ситуацию, Отто понимал трагикомичность такого назначения «за пять минут до смерти», тогда как для будущего было важнее, чтобы Шелленберг сохранял в своих руках все бразды правления — ведь именно он владел в полном объеме информацией по операции и координировал всю деятельность. План…

— Вот и неправда, — поддразнивает он. — Волнуешься. — А ты? — О нет! Я готов. Он произносит это твердо, и я ему верю. Ксандер принадлежит к тому типу людей, которые знают, чего хотят. — Ничего, что ты волнуешься, Кассия, — говорит он мягко. — Почти девяносто три процента девочек и мальчиков выказывают…

От удивления большие глаза Джоан стали еще больше. – Правда? Бывшего... хм, друга твоей сестры? Что он делает в Лондоне? – Понятия не имею. Мне не хотелось с ним разговаривать. Ты же знаешь, Бет выходит замуж, Фредо наверняка стал бы меня расспрашивать, что она и как, и разговор был бы не из приятных.…

— Меня зовут Димитри Кастро, — вежливо представился он. — Я дальний родственник вашего отца, Мэтью Николаса, и нахожусь здесь по его поручению. — Он сделал паузу, не скрывая нетерпеливого раздражения и поглядев многозначительно на любопытствующих лиц, окружавших их. — Мы не могли бы где-нибудь поговорить?…

Она беседовала с заключенными, проводила тестирование, анализировала результаты тестов, определяя психологические типы. На основании своих выводов она составляла докладные. Например, о том, на какую работу лучше направить того или иного заключенного, или о психологической совместимости либо несовместимости…

Ноги привели меня к последней, третьей комнате. Две предыдущие были полны молодыми сотрудниками, только что получившими втык и отчищавшими пол от мела и огарков свеч. Бедняги. Я знаю, как отец может отчитать за призвание какой-то пакости в наш мир. Осторожно приоткрыть двери не получилось. Со мной…

Распростертые у его ног люди затравленно озирались по сторонам. Бедняги явно обезумели от ужаса. На мгновение Андреа стало их жалко… но, с другой стороны, чего этих идиотов понесло в бар, где обычно собираются оборотни, сердито подумала она. Поклонники оборотней бесили ее до зубного скрежета. Нацепив…

Внизу, в ворохе причудливого тряпья — остатков прежней роскоши, жила ужасная старая негритянка по имени Кура-н’дьяй, бывшая фаворитка великого черного короля; жила там, среди коз, огромных рогатых баранов, тощих желтых собак и увешанных голубыми стеклянными украшениями маленьких рабынь. Наверху же…

– Ну да, Фукье-Тенвиля я знаю, – с невольной дрожью сказал Сен-Жюст, – мне хорошо знакомы его хитрость и могущество. Что же касается Эрона… – Могу только сказать вам, мой друг, – беззаботно произнес де Батц, – что сила и жадность проклятого прокурора совершенно бледнеют…