Книги о войне

Того резвого красного дня Что любил показать как по картам Как по небу сочится игра Подгорая в завистливом мире Ты стремишься быстрей и быстрей Прислониться как в детском обилье Прислониться к блаженству судьбе Потеплее укутавшись пледом Ты сидишь и глядишь в темноту Поджигая блаженства…

– А как же регулирующие и надзорные органы? – спрашиваю я. – Куда смотрели они? – Они? Они считали банкноты, щедро льющиеся в их карманы. Неужели вы думаете, я не позаботился о таких вещах?! Поймите, – снисходительно говорит мой собеседник. – Все были в деле. Все были довольны. В колониях больше всего.…

Но скоро деревьев стало меньше, и Волга тоже совсем скрылась. Вместо них появились высокие величественные здания, широкие проспекты, полные машин, пешеходов, трамваев – их поезд въезжал в центр города. Держа друг друга за руки, семья начала протискиваться к выходу. Скоро уже подъехали к нужной станции,…

Все, что мне удалось унести с собой из старого домика, было на мне: плащ-палатка не по размеру, в полах которой я то и дело запутывалась, нож, большой вещевой мешок из палаточной ткани, старая фляга в нем, небольшой походный котелок, несколько обрезков ткани, какие-то неважные мелочи, джутовая веревка,…

Враг коварен и очень силен, Но настойчиво бьются морпехи, Забирая себе каждый дом. С каждым часом редеют отряды, Вот уже командира несут, Вражья сила прорвалась на флангах, Скоро всех в окруженье возьмут. Слышен клич: «Где же наша подмога? Эй, комбат, ну давай поднажми!» И врываются…

Цветов ухмыльнулся. – Уж больно мрачно судишь – ведь живём ещё в начале пути. А оберег – это не Бог. Это всего лишь символ. Бог – это нечто большее, модно говорить, экзистенциальное. Он душу ваяет. Из человека-сырца личность делает… Собеседник с подоконника взглянул на него, как сова. – Ты идейный,…

Глава 1 Утро было серым и мутным, как давно немытое стекло. Тусклый, больной свет, проникая из окон, выпивал из предметов краски. Размытые пятна черноты расплылись по углам, как капли туши случайно упавшие на влажную салфетку. В гулком пустом коридоре пахло мелом, застоявшимся табачным дымом и…

На сон грядущий мы это обсудили: – А если к нашим перебежал? – Как его фамилия? Перов? – Пегов. Не могли мы вспомнить такого, а ведь командовали даже не одним отрядом и о многих слышали. – Он, наверное, был совсем шпенделем, потерялся в канаве – и не нашли… Дочка – такой клоп. Все загоготали.…

Когда Таточке исполнилось семь лет, в их семье появился новый член. У Анны Фёдоровны была хорошая знакомая, которая однажды не вовремя, и совсем не к месту пропагандировала свои взгляды на правительство. Добрые соседи быстренько донесли на неё. И вот, с утра пришла комиссия забрали под белы рученьки.…

Едва грохот разрывов затих, Саша встала во весь рост. Широко расставила ноги, чтоб устоять на скользком дне – вода доходила почти до колена. Вытерла ладонью лицо, отбросила назад грязный ком волос. Сплюнула ил. В тишине ударил льюис – разведкоманда пятьдесят первого полка вела бой на подходе к мосту.…

Эмильен кивнул, сжимая ладонь отца. Он чувствовал, как хочется снова услышать его мудрые слова, но сейчас нужно было прощаться. Младшая сестра расплакалась, обнимая его так крепко, что казалось, её не отпускает страх. Эмильен понял, что уходит в неведомое, и, возможно, не вернётся. «Я обязательно…

Вечером в столовой, после спагетти, которые все ели торопливо и сосредоточенно, поднимая на вилке так, чтобы концы отделились от тарелки и можно было опустить их в рот, или же отправляя их сразу в рот, а затем просто втягивая, и запивали вином из галлонной бутыли в соломенной оплетке, что болталась в…

От этой мысли Федор фон Бок скривился как от зубной боли. И если солдаты в Германии еще найдутся, то о пополнении техникой можно и не мечтать. Понадеявшись на легкую победу над Советами, фюрер германской нации перед самым началом похода на восток резко сократил производства панцеров. Мол, и тех, что…

Бегма понимал, что сейчас везде так, на всех фронтах. Германия собрала огромную силу. К тому же напала внезапно. У немцев превосходство в самолётах, танках, пушках. В людях, наконец. Красной Армии требовалось время, чтобы собрать свои силы. И он видел, что постепенно всё налаживается, что люди готовы…

– Эй, малец, – окликнул приезжий одного из пробегающих мимо любопытных мальчишек. Лет восьми пацаненок резко остановился, шмыгнул носом, вытер его засаленным рукавом длинной рубахи. На босых, покрытых грязью ногах короткие штаны, плутоватые серые глаза смотрят настороженно, соломенные волосы подстрижены…

Так вот. Село было зажиточное и большое – дворов в сотню с лишним, с католической церковью, со школой, с большим трактиром, с гончарной мастерской, двумя кузницами. Дома там, в отличие от наших деревень, не лепятся друг к другу, а разбросаны далеко, вольно, словно горсть карамелек по полу рассыпали.…

Война – вещь жестокая и циничная. В условиях, когда сходятся миллионные армии, такую группочку, пожав плечами, непременно спишут в неизбежные потери. Конечно, окажись среди них серьезный генерал или важный секретоноситель, что наши, что немцы в такой ситуации обязательно самолет бы послали – но какую-нибудь…

В небо смотрят солдаты и, прощаясь, молчат, С журавлями любимым отправляют привет, Чтобы милые знали только мирный рассвет. На втором куплете запнулся, раз и другой повторял первый, дабы разогнаться, заставить память по инерции воскресить стёршиеся слова, достать из глубин памяти, зацепиться…

– Ты давай под танки не бросайся! – сказал Артём другу. – Чё я больной! – Больной не больной, а в Тулу мы должны к тебе съездить, и в Москву, покажешь мне столицу! А ты ко мне на Курейку обязательно прилетишь, покажу тайгу. Хариуса половим. Глядишь – тайменя хорошего возьмём. Отец в прошлом году…

С первой парты поднялась худенькая девочка с косичками. – Елена Сергеевна, мне страшно на войне. А помочь нашим солдатам хочется. Ведь на войне можно умереть? – Конечно, можно. На то она и война. Но у нас весь класс готов умереть за Родину, а одна Кривницкая нет. Давай, я верну сочинение и ты исправишь…