Фэнтези

От грянувшего хохота листья с тополей посыпались. Кузнец побагровел. – У вас товар, у нас кузнец… тьфу… купец, – дружок его лучший, Ромаш, не дал опростоволоситься. – Погодь, Ромаш, – обрел голос кузнец. – Сам разберусь. Отодвинул друга и ступил во двор. – Замуж за меня пойдешь, шутница? Рушника…

– Дошли, – тихо сказал Балам-Акаб. – Вот оно, место, которое зовут Холодной Дырой. Махукутах почувствовал, как по позвоночнику проскребли маленькие острые коготки. Холодной Дырой называлось место из бабушкиных сказок. У колдунов ведь тоже бывают бабушки, рассказывающие сказки, в том числе и страшные.…

Когда веселье достигает пика, центурион «мулов» — лет сорока, седой и коренастый, резко поворачивается на пятках и идет к всадникам. — Девятнадцатый? — спрашивает он. За его спиной слышатся удары — завершающие. Тук, тук — прибивают ноги. Германец замолкает, ему не до риторических построений.…

— Некогда мне тут с вами болтать. — Я отбросила с лица мокрую прядь и медовым голосом пропела: — У меня жаркое свидание с красавцем-фавном, надо хорошенько подготовиться. К сожалению, красавец-фавн был мой начальник, а жаркое свидание сводилось к обычной работе, но, когда оказываешься лицом…

— Ты кто? И зачем тебе ухват? — Ты что, меня видишь? — на печеном личике удивление. — Да, вижу. А вы тут в заповеднике живете? — Я тут под печкой живу. Хозяева уехали, а я остался. Хворый был… И малыш, хотя какой он малыш с такой-то седой бородой, громко хлюпнул носом. Скрипнула калитка, и я повернулась…

— ЭдФарт дает сегодня праСТничный уШин, — пояснила немка, видя, что я не прониклась пафосом момента. — Ага, а я думала сеанс одновременной игры, — но истинная арийка не приняла моего сарказма. — Мы, так понимаю, приглашены в качестве закусок? Или кто-то из нас на горячее сгодится? У меня не было…

Когда, наконец, раздалось заветное " На обед!", как обычно, всех хорошенько обыскали, и по одному проводили в общий зал. Столовая! От одного этого слова на душе становилось тепло. Нет, не потому что я обжора, а скорей из-за того, что именно здесь происходит большинство интересностей, и именно тут можно…

Вот и получилось, что менее, чем через год, как я появился на Аркурии, мне пришлось почувствовать себя в роли отработавшей своё ступени ракеты-носителя, которая вывела на самую высокую орбиту спутник, и покинуть этот мир не по своей воле. Хотя нет, для Аркурии это слишком уж отсталое сравнение. Но всё…

Крылья и спина были будто бы объяты пламенем, но осенний воздух от этого теплее не становился. Напротив, стало как-то холодно — тем более что селяне, вооружившись вилами, выстроились напротив огненного дракона, смотрясь при этом на редкость жалко. На крыше дома старосты, оседлав конек, уселся единственный…

В узком и довольно глубоком каньоне Дилас привязал к деревцу свою железную лошадь с запасом еды. До города было совсем недалеко, он мог бы дойти и пешком — но зачем же так надрываться, если можно доехать с комфортом?.. Мотоцикл был старенький, облупленный, слабенький, да еще и б у. Дилас купил его…

…Хорошее начало кошмара. Вишу вниз головой. Ноги, захлестнутые тугой удавкой, глядят в высоту босыми пятками. В низу под макушкой жадно клацает ржавыми ножами гильотина. Возряюсь на окружающее что баран на новые ворота. Стены и стеллажи незнакомого помещения украшены огромным количеством пыточного инструмента.…

– Прекрасная незнакомка, – продолжил между тем мужчина, проникновенно заглядывая богине в глаза, – я предлагаю выпить за вас, самую совершенную и самую восхитительную женщину из тех, которых я когда-либо видел! С таким незамысловатым тостом трудно было не согласиться, и Элия, подняв бокал, пригубила…

— Славные были деньки… — Да, конечно. Но я хочу попросить тебя съездить к госпоже Циале вовсе не за лепешками. — А зачем? — Проклятье, Джереми! Про лепешки ты помнишь, а про добрый подарок, который госпожа Циала вручила мне перед отъездом? — Ах, вот ты о чем, — я нахмурил брови. Помнится, ведьма…

— Дьявол! Только не это! — А что? — поинтересовались у него за спиной. Виктор повернулся так резко, что ноги его заплелись, и он едва не сел на пол — пришлось опереться на забастовавшую плиту. Напротив него верхом на табуретке сидел некто. Именно так определил для себя Виктор существо, несмотря на…

- Господи, ну за что ты забрал его у нас, за что? Он же был такой талантливый мальчик, никому никогда не делал зла! Он и Джордж - это же сердце нашей семьи, Минерва! Такое чувство, словно сердце разорвали пополам... - Молли, не надо, дорогая. Ты должна быть сильной. Нам всем понадобится сила теперь.…

И пришло время, когда Илуватар созвал Айнуров и задал им тему, величием превосходившую прежние. Красота вступления и великолепие финала восхитили Айнуров, и в восторженном благоговении склонились они пред Илуватаром. И тогда Он сказал: — Я создал вас от Вечного Пламени, Я дал вам тему и хочу, чтобы…

И для вампиров, и для обычных людей эта комната казалась полной таинств, как каморка алхимика: такую устроил для себя несчастный Гарри Перси, будучи против своего желания гостем Мартиновской башни. Вероятно, леди Кармилла не усматривала большой разницы между работой ремесленника и короля духов. Всегда…

Наконец мы протиснулись к Дару. Друзья совместно закрыли трон с правителем своими широкими спинами, куда и я не замедлила спрятаться, чтобы подготовить адекватное заклинание. Выплетая кружевной узор заклинания, я очень старалась сделать его таким, чтобы не навредить никому из своих, поэтому добавила…

Девушка вновь рассмеялась. Сашкино сердце вздрогнуло. Болотноглазая фея, словно почувствовав это, оборвала смех и ответила вопросом на вопрос: – А как бы ты хотел называть меня? «Моя любимая!» – хотел заорать Сашка, но спохватился и ответил просто: – Любовь! Ну, то есть, Люба... – Хорошо, – тряхнула…

- Знаете, - начал он. Компания хором ответила: - Знаем! Эльф покачал головой. - Все-таки это ненормально. Другие кровники наращивают такую связь до слышимости ненаправленных поверхностных мыслей хорошо если лет за двести. А мы всего за шесть! Это ненормально! - Да ладно тебе, Вир, - Лея потянулась…