Фантастика

Штауфманн вновь неприязненно поморщился. Вот и еще один штрих к портрету благородного разбойника, жизнь кладущего задруги своя... Меж тем доподлинно известно: Клаус фон Алкум хищничал на морях почти треть века, самых молодых и красивых пленниц без затей превращал в своих наложниц – и к концу карьеры…

Блонди тогда прожигал отпуск в обществе обворожительной по человечьим меркам блондиночки, от которой невыносимо несло невидимкой. Ну, людям-то этого не учуять! Мы столкнулись случайно, в парке возле аттракционов, и провели вместе неделю. Самую веселую неделю в моей жизни! Уж очень забавно было наблюдать,…

— Есть, — вдруг заорал кто-то в толпе, — есть кровь! Но князья и сами видели, что кожа на шее, натянутая между двумя позвонками, рассечена короткой царапиной, кровь выступила и лежала жирным, набухшим червяком. Однако ни одной капли не пролилось на землю. Князь Чегор восхищенно цокнул языком и, как…

Перумову удалось добиться потрясающей реалистичности в описании обыденного ужаса и ощущения безнадёжности борьбы, ибо оккупанты действительно навели в стране порядок, добившись лояльности большинства населения (позднее тема лояльности оккупантам была развита автором в дилогии «Череп на рукаве» и «Череп…

За пролетевшие годы Аль Браско приобрел в купеческой среде определенную репутацию. Наемнику-одиночке в Пайрогии теперь ничего не светило, если только он, конечно, не обладал выдающимися способностями. Но и такие редкие исключения предпочитали не мыкаться и сразу шли наниматься к благородному месьору…

И вновь тишина поразила песчаный клочок степи — остался один Стрый. Момент был давно упущен: даже если он шагнёт сейчас за черту, никто за ним не последует — все уже откупились от Чаги. И всё-таки Стрый упрямо не двигался с места — стоял, опустив в раздумье тяжёлую седеющую голову. — Стрый!.. — Испуганный…

Прохожие, возжаждавшие покушать, глянув на кожаную спину второго и недружелюбную физиономию первого, покорно дрейфовали мимо. Но не все. Рослый сутуловатый мужик в брезентовой робе и таких же штанах, заправленных в резиновые сапоги, остановился в паре шагов. Лицо мужика украшали грязевые разводы, а…

– Я? – робко переспросил Ефан. – Ты! – твердо ответила девушка Тень ее вибрировала в лучах заходящего солнца. Ефан почувствовал себя маленьким, незаметным и непонятно что тут делающим человечком. Тем не менее, сглотнув комок, он оторвал взгляд от неровной дырки в левом лапте и произнес: – Понимаете……

– Я тебе сочувствую, – сказал Младой уже Ястребу, постукивая ногтями по столешнице в такт словам. – Больше того: жалею. Но помочь не могу совершенно никак. Ну совершенно. – Пожалел волк кобылу, – пробормотал Ястреб. Вероятно, он еще не пришел в себя как следует: в разговоре с Младым подобные реплики…

– Чего? – Я говорю – «Гаобан» правильно говорить. Ладно, пойдем, что ли, отметимся. 2 В большом регистрационном зале Биржи занятости стоял ровный гул десятков приглушенных голосов. За длинными, словно для пикника составленными столами рядком сидели агенты биржи, а напротив них, разбившись…

Простившись с кормщиком и матросами, юноша быстро сошел на берег. Налетевший ветер трепал его золотистые волосы, а шерстяной плащ, выкрашенный дубовой корой в желто-коричневый цвет, развевался за плечами парня, словно крылья исполинской птицы счастья. Сделав несколько шагов в сторону небольшого городка,…

И еще ей не дает двигаться страх. Чудовищный, выворачивающий все внутри страх, из-за которого Цири уже не слышит стон раненого коня, рев пожара, крики убиваемых людей и грохот барабанов. Единственное, что существует, с чем приходится считаться, что имеет значение, это страх. Страх в обличье черного рыцаря…

Машка сделала круглые глаза. – Да ты что, не знала, что Вайнек работал у нас? – удивился Панкратыч. – Ах, ты думала, он американец? Он такой же американец, как я эфиоп. Это был человек без родины. По-моему, никто не знал наверняка не только его национальности, но даже его подданства, если оно у него…

Но и дискотека бесконечной не бывает. Попрыгали – и по домам. Если бы почтенный домовой дедушка Лукьян Пафнутьевич проведал, чем его подручные по ночам балуются, – ой! И подумать страшно, чего бы он натворил. Места лишил бы сразу. И рекомендации не дал. А быть безместным без рекомендации… И ладно…

Нет, Неферт не была очень обрадована. Какое ей дело до этого знаменитого брата? Зато вчера отец пообещал ей прочитать папирус о том, как двигаются по небу звезды. Неферт всегда думала, что звезды днем вообще исчезают – ведь исчезает же огонь, когда в плошке кончается масло? Но оказалось, что звезды существуют…

Бояре уже собрались от стола отходить вслед за князем, но тут вбежал сотник Смур с худой вестью. Князь Авсень как его слова услышал, так враз с лица спал. Да и мудрено было остаться спокойным, когда на земле такие страшные дела творятся. – Побили посольство асов на самой границе Сколотии, – вскричал…

Нужно было как-то успокоиться, отвлечься, переключить мысли на что-то другое, но не думать о медведе он не мог. Поняв это, Семен решил сочинить по свежим следам новую байку, которую будет рассказывать ребятам в курилке: как к нему – спящему – подкрался медведь. «Впрочем, сколько ни насыпь подробностей,…

Шел уже третий день, как мы перестали быть хозяевами. Толпы десантников ворвались к нам на Прионе, куда мы причалили по приказу космоцентра. Случайность! – мы оказались к цели ближе других, и доблестные отпрыски генерала, прозванного когда-то и кем-то Командором – вероятно, за каменную неподвижность…

В этот теплый июньский вечер мы возвращались уже затемно хороший был клев, не оторваться. На полнеба раскинулся бледнеющий золотистый закат, предвещающий на завтра отличную погоду. Июньские ночи на Селигере светлые, и Эдик не включал фары: все равно встречных машин в такой глуши нет, без фар видно дальше.…

Подружка Вернона была типичной совой. Она училась в колледже на отделении английской литературы и сама писала стихи, посвящая долгие ночные часы ожиданию музы либо проводя время на своем рабочем месте в кафе, открытом круглые сутки. Вернон подстроил свои биологические часы к ее привычкам, и должность…