Эро литература

Но потом я увидела ствол пистолета, направленный прямо в его голову. Мужчина, вышедший из-за спины моего отца, был высоким и мускулистым, его лицо не выражало никаких эмоций. Когда отец и стрелок скрылись в дверном проеме, я заметила еще одного человека. Хозяина этих чертовых марионеток. Генри…

Так протекали наши безрадостные будни день за днём. Без выходных. Мне едва хватало времени перекинуться парой слов с членами своей собственной группы, а с другими ребятами мы разве что успевали поздороваться на ходу. – Знаешь, люди в нашем возрасте по вечерам обычно заняты другим, – сказал я после…

— Она была совсем крохой. Я наклоняю голову в сторону Адди, когда она произносит эти слова. Все это время ее уши были необычной особенностью, и, от выяснения, кто является причиной того, что их кончики были срезаны, у меня что-то екает в груди. Моя челюсть сжимается, и я внутренне ругаю себя. Я только…

Я зеваю, когда стайка птиц взлетает в некотором отдалении, каркая, как будто они чем-то недовольны. И даже не думаю об этом, пока не слышу шум, злобный и животный. На середине шага замираю. Мое сердце подскакивает к горлу один удар за другим, когда я слегка поворачиваю голову, осматриваясь по сторонам…

В трубке раздается короткий смешок Громова, потом какая-то возня на фоне. – Ты после вчерашнего еще и трахнуть кого-то смог? – изумляюсь я. – Завидуешь? – он даже не пытается отпираться. Говнюк. Собачиться так с ним мы можем еще долго, а из прихожей уже доносятся приглушенные звуки голосов и цокот…

Вика села и молча смотрела на свои колени, обтянутые льняной тканью. Мысли в голове скакали, как безумные. Что это? Где это? А еще – куда подевался ее изысканный маникюр? Руки были чистые, но без маникюра. И слишком тонкие длинные пальцы, и белая кожа, не тронутая загаром. Хотелось посмотреть на себя…

Я массировал своим мокрым пальцем ее анус, пока членом терся об ее ягодицы. Ворвался в задний проход без дальнейших прелюдий и просто долбил ее, что есть мочи, вжимаясь в ее аппетитные бедра и оставляя красные следы от своих пальцев на ее коже. Да! Намотал ее волосы на кулак и притянул к себе.…

Я прикусила нижнюю губу и повернулась, чтобы осмотреть свою спальню. Она соответствовала стилю дома. Мама предпочитала строгий и изысканный дизайн: белоснежные стены, мебель в основном белая или окрашенная в пастельные тона, и очень сдержанная. Моя кровать, сделанная на заказ, была застелена белыми простынями,…

В его глазах, больших, черных, как самая беспросветная безлунная ночь, загорается алчный огонек. Только сейчас до конца понимаю, почему меня нарядили как шлюху. Хотели привлечь гостя. Вызывать этот похотливый блеск в его глазах. – Очень… – честно признаюсь, и ответ, похоже радует бандита. – Так…

– Нет! Я не выйду за тебя, Асад! Ты не можешь заставить меня! Он усмехается, но в этой усмешке нет ни тени веселья. Только усталость и принятие. – Заставить? – повторяет он, подступая ближе. – Ты уже перешла ту черту, где у тебя был выбор. После того, что ты сделала, я либо беру тебя в жены, либо…

– А я тебе не верю! Лишь ему верю… Надула губы на ее фразу. И ведь не только от нее слышу. Еще бы! Кто откажется верить такому красавцу? Он у нас самый лучший и красивый. Все девочки детского дома были влюблены в него. Как сопливые, так и прыщавые. Кроме меня, конечно. Я его ненавидела. Он все грехи…

Я почти не слышу собственных мыслей среди рева музыки и громких голосов. Поднимаю руки над головой и танцую, грудь покачивается под топом с глубоким декольте. Слышу, как кто-то посвистывает и точно знаю, что это адресовано мне. В толпе пахнет, сладким алкоголем, парфюмом,. Вокруг — танцующие,…

— Ох… может быть, я не встану, — мечтательно произнесла она. — Может быть, мне захочется устроить тебе веселую жизнь. Я буду лежать здесь, и попробуй меня отсюда вытащить. Может быть, даже поселюсь у тебя. Может быть, я начну сейчас визжать и орать, пока кто-нибудь из соседей не вызовет полицию. Или…

Он смолк, и Карлсен вдруг осознал глубину его страданья. Вот почему, оказывается, Мэдаху по нраву выдавать себя за монаха и рядиться в коричневую сутану: это единственный способ выразить протест. Он считает себя аддиктом, безнадежно порабощенным наркотиком похоти. Эти слова открыли и кое-что еще. Теперь…

Поэтому Каролине не оставалось ничего другого, как взять инициативу в свои руки и довести начатое до логического конца. – Мне нужно переодеться, – промолвила она, томно потянувшись. – Может быть, мне лучше уйти? – спросил Джейсон. Такой реакции Каролина от него не ожидала. Неужели она не в его вкусе?…

Конечно, расстояние, разделяющее их, было огромным, но он славился среди своего народа как человек, часто совершающий то, что для других было бы невозможным. Доказательством этому был превосходный корабль и высокое звание, дарованные ему за образцовою службу. Благодаря уникальной конструкции и исключительным…

29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88…

эпизоды, запечатлевшие фантазии героини, не отличаются ни изображением, ни звуком от тех, где объективно изложены отношения между персонажами и эволюция этих отношений».] На общем плане лесной аллеи наплывом идут титры. Долго и медленно приближается открытое ландо, доносится цокот копыт и позвякиванье…

- Да куда бежишь-то? - Дерьмо! - из-за слез я уже еле видела, куда шла и поэтому со всей дури вписалась в твердокаменного Димку. - С дороги, смертник! - Да, погоди ты... - без труда перехватив меня за плечо и снова развернув к себе, хотя я уже почти удачно обогнула его по касательной, вампирюга-недоделок…

14 апреля Дюбю вновь обыскивает владения мадам д'Аленвиль, и на этот раз ему крупно повезло. В комнате незадачливого священника Нурри он находит пять экземпляров пресловутого романа, сорок оттисков с гравюр, а в потайном шкафу — ещё шесть пачек книги, множество вклеек с иллюстрациями и несшитых листов…