Детские

Он переворачивает крышку бенто. С обратной стороны прикреплены палочки для еды и маленький клочок бумаги с надписью «Приятного аппетита!» и нарисованной улыбающейся рожицей. Постаралась Оби, ничего не скажешь. И вообще в последнее время она просто лапочка лапочкой, вся сияет как будто. И с Чон Джа общий…

- Я ли его не кормила, не обшивала, а вот в офицеры за войну вышел, и ему швея простая - неграмотной дурой стала! А он знает, паразит, что я все семь классов на пятерки тянула? На золотую медаль меня готовили?.. А он... эх, кобель! - И мама становилась некрасивой и плакала. Мишка тогда незаметно выскочил…

Боня сделал вид, что туговат на ухо, и разлил кипяток по кружкам. Выходили из храма осторожно, по очереди. Первой на всякий случай вышла Эйя. Убедившись, что вокруг все спокойно, она вполголоса подозвала к себе Хозяйственного и что-то долго шептала ему на ухо, тыча клюкой в сторону далекого дворца-многоэтажки…

На кухне все было в порядке, ничего не подгорело. Алиса расспросила Ирию, как живет и чувствует себя ее семья, а Ирия поведала ей о том, что у Тадеуша вчера был насморк, Вандочка по недосмотру этого Гай-до оцарапала коленку, а сам Гай-до подвергся нападению стаи голубей, которые его всего изгадили. Алиса…

И мама упорхнула. Даша сначала почитала валявшуюся на заднем сиденье газету, потом попыталась задремать, и вдруг ей захотелось еще разок взглянуть на новые сапоги. Она развязала веревочку и открыла коробку. Не сапоги – мечта! Именно то, что надо! Она взяла в руки сапог, понюхала его, пахло замечательно…

– Получай, что заслужила! – сказала бабушка Вьюга и подала девочке веретено, то самое, которое упало когда-то в колодец. Тут ворота закрылись, и девочка оказалась в родной деревне возле своего дома. Радостно побежала она домой, а когда пробегала мимо колодца, их петушок запел:…

Волчара пересек кабинет, чуть задержался на пороге: – Я думаю, мне долго не придется ждать вашего приглашения. – И вышел, нагло стуча каблуками. – Что, батя, наезд? – Костик с ногами уселся в кресло, вытащил из-за пояса мешавший ему пистолет, положил на журнальный столик. – Пусть только попробуют! –…

Но замок продолжал бродить в холмах, и вот стало известно, что на самом деле Болотная Ведьма тут совсем ни при чем: замок принадлежит вовсе не ей, а чародею Хоулу. Хоул был очень злой чародей. Хотя он пока вроде бы не собирался покидать холмы, все знали, что излюбленная его забава – похищать юных девушек…

– И чем более ценный у тебя товар, тем скорее тебя ограбят, а еще, чего доброго, пожар может приключиться, и всему конец, – ты об этом думал? – проворчал сын дяди первой жены отца Абдуллы Ассиф (этого человека Абдулла ненавидел сильнее, чем первых двух, вместе взятых). Абдулла заверил Ассифа, что всегда…

Тим. Найдется. Просто ушла по своим собачьим делам. С собаками это бывает. Не грусти. Соня. Какая у вас сумка смешная! Тим. Сама сшила. Соня. Надо же! А мы по труду компот проходим. Тим. Ну и как? Соня. Компот? Легкотня! Вот алгебра с физикой – это да… Тим. А что? Соня. Я когда эти цифры…

– Не понял? – Нам что приказали? Потопить «Звезду Фаула». Тебе нужно было просто взорвать трюм. Судно-то не маленькое. Взрываем трюм, и оно тонет. Но нет, великий Васикин решил влепить ракету прямо в корму. А добивать-то и нечем, второй ракеты нема. Вот мы теперь и мерзнем здесь, ждем, вдруг кто спасся.…

Трудно не согласиться с этими мыслями. А согласившись, следует принять и ту истину, что культура создается творческими людьми. Культура же — это основа цивилизации. А цивилизация — это сфера существования человеческого сообщества, тесная причастность к которому и дает человеку ощутить себя в какой-то…

Полюбовавшись этим зрелищем, Вася пропал в общей сутолоке и вскоре протиснулся к самой вешалке. Смуглый, подтянутый, в очень опрятном форменном костюме подросток пригладил свои черные, зачесанные на пробор волосы, едва заметно улыбнулся и спросил у Васи: — Пришел? — Конечно. Слово — закон! — ответил…

Всегда, когда что-то бахает или грохает, папа произносит: «Ники, немедленно прекрати!» Честно говоря, чаще всего он прав, но на сей раз это был не Ники. В кухне снова загрохотало. Ники заканючил, что это не он, Мартина выловила из кофе яйцо, а мама, которую все еще била дрожь, сказала: «В кухне, в кухне…»…

Потом зачерпнул супа и добавил: – А она что, двойки уже ставит? Или орет на учеников? – Пока что нет, – сказала Люба. Но, не теряя убежденности в своей правоте, поспешила заявить: – Ладно, шут с ней, с классной. Но народец подобрался тут, скажу я вам! – Ну, ну, – заинтересовался папа. – Любопытно,…

Фенечка, конечно же, последовала за мной, точнее, она взлетела и, преодолев некоторое расстояние между нами, уселась ко мне на плечо. На кухне я обследовала холодильник. – Это что? – спросила Фенечка. – Продуктовый склад? – Вроде того. – Бр-р, холодно... – Фенечка забралась под воротник моей…

— Ну да, конечно, — сказал самому себе Снусмумрик. — Под каждым кустом всякая мелюзга. Знаю я их… И почему они всегда такие беспокойные? Чем меньше, тем непоседливей. Он вытащил сухой пень и немного сухих веток и, не торопясь, разложил походный костер в излучине ручья. Костер сразу же занялся, ведь…

Я тут первый раз услыхал, что у них голос есть. Все пошли вниз, и я за народом. Мальчишки ко мне, кричат грубым голосом: "Ты заклепки не перепаливай, дяденьке скажем, клепальщику, он тебя научит. У нас раз - и готово". И показывают мне дяденьку. Здоровый, страшный такой мне показался, в бороде.…

Через три дня дом был готов. Это был очень прочный дом с круглой крышей и двумя дверями, как маленькая муфта. Теперь Остропёру оставалось только залучить в дом хозяйку. Но тут приключилась беда: с крутой горы на полянку поползла тоненькая струйка песку. Струйка становилась всё шире…

— Что ж ты, мать твою, Карпуша, наделал! Ты ж меня так подвел, так подвел! Выблядок ты злокозненный! Они ж меня два часа по бане кидали, все кости перемололи, перещупали. Веришь ли, вверх ногами подвешивали, порты спускали, голубей заставляли голой жопой ловить. Уж какую муку принял через тебя, сучье…