Детские

– Блин, там мама пришла. Я тебе перезвоню. – То есть мы не пойдем никуда сегодня? – предпринял последнюю попытку договориться Денис. – Нет, сорри. Давай в другой день, пожалуйста. Майские длинные, сегодня вообще никак. – Ясно. Ок, – он положил трубку. Ника взяла тарелку и поспешила в коридор, чтобы…

– И куда эта мелочь торопится! – ворчал старый Селезень, не любивший себя беспокоить. – В своё время все улетим… Не понимаю, о чём тут беспокоиться. – Ты всегда был лентяем, поэтому тебе и неприятно смотреть на чужие хлопоты, – объяснила его жена, старая Утка. – Я был лентяем? Ты просто несправедлива…

Подъехав к подошве Койшаурской горы, мы остановились возле духана. Тут толпилось шумно десятка два грузин и горцев; поблизости караван верблюдов остановился для ночлега. Я должен был нанять быков, чтоб втащить мою тележку на эту проклятую гору, потому что была уже осень и гололедица, – а эта гора имеет…

Лягушка попробовала сделать так же, но у неё ничего не получилось. — Послушай, как это ты глазами вертишь? — Очень просто! Вращай, и всё! — Чёрные глазёнки-вишенки весело закрутились во все стороны. — Нет, у меня не получается!.. — вздохнула Лягушка. — Давай лучше поедим. Ты что будешь? — Я?…

— Видишь ли, матушка дорогая, люди теперь осторожнее стали. Они завели себе мудрую стражу, чтоб следить за всем, что исходит из твоего царства, великая царица Фантазия! Все и всех должны они осмотреть и испытать. Чуть появится кто не по их вкусу — сторожа тотчас поднимают крик, гонят, убивают пришельца…

— Пусть исполнится твоя воля, господин, — отвечал Селим, низко кланяясь. Он долго рассматривал таинственную надпись и вдруг закричал: — Это латинский язык, о господин, или пусть меня повесят! — Раз это латинский язык, скажи, что написано на этой бумаге, — приказал халиф, и Селим начал переводить:…

А полагалась мне за такие дела хорошая порка. Отсчитав шлепков сколько следует, отец сказал: — Теперь слушай внимательно. И он рассказал мне историю Маленького Мука. Отец Мука (на самом деле его звали не Мук, а Мукра) жил в Никее и был человек почтенный, но небогатый. Так же как Мук, он всегда…

— Милостивый господин и повелитель, — отвечал визирь, — у большой мечети живёт один человек по имени Селим Премудрый, который знает все языки. Пошлите за ним — может быть, он сумеет прочесть эти таинственные буквы. Мудрого Селима сейчас же привели, и халиф сказал ему: — Селим! Ты, говорят, очень…

А полагалась мне за такие дела хорошая порка. Отсчитав шлепков сколько следует, отец сказал: — Теперь слушай внимательно. И он рассказал мне историю Маленького Мука. Отец Мука (на самом деле его звали не Мук, а Мукра) жил в Никее и был человек почтенный, но небогатый. Так же как Мук, он всегда…

А полагалась мне за такие дела хорошая порка. Отсчитав шлепков сколько следует, отец сказал: - Теперь слушай внимательно. И он рассказал мне историю Маленького Мука. Отец Мука (на самом деле его звали не Мук, а Мукра) жил в Никее и был человек почтенный, но небогатый. Так же как Мук, он всегда…

А полагалась мне за такие дела хорошая порка. Отсчитав шлепков сколько следует, отец сказал: – Теперь слушай внимательно. И он рассказал мне историю Маленького Мука. Отец Мука (на самом деле его звали не Мук, а Мукра) жил в Никее и был человек почтенный, но небогатый. Так же как Мук, он всегда…

— Что с вами? — вскричал всадник в ответ на столь воинственную встречу. — Неужто, по-вашему, один человек вздумает напасть на ваш караван? Пристыженная стража отвела копья, а ее начальник подъехал к незнакомцу и спросил, чего он желает. — Кто хозяин каравана? — спросил всадник. — У него не один…

Памятник Вильгельму Гауфу Раннее детство Вильгельм провел в компании троих братьев и сестер, а также кузины по имени Луиза. Когда мальчику исполнилось 7 лет, Август Фридрих неожиданно ушел из жизни, и Ядвига перевезла детей в имение собственного отца, находившееся в Тюбингене и…

Наконец та, перерыв всю корзину, пробормотала: – Дурной товар, дрянные коренья! Нет ничего, что мне нужно! То ли дело пятьдесят лет назад… Дурной товар… дурной. Слова эти рассердили маленького Якова. – Ах ты, бесстыжая старуха! – вскричал он с досадой. – Сперва рылась своими безобразными пальцами…

Человек, сидевший в нем, оказался маленьким, сморщенным, старым карликом, одетым в желтое льняное платье, в красный торчащий кверху ночной колпак, с закрытыми глазами и неподвижный, как высохший труп. Напрасно окликнув и толкнув его, Вильгельм уже хотел прикрепить к лодке веревку и отвести ее, как человек…

Так говорил Бенезар из Бальсоры, отпуская своего сына. Взволнованный Саид простился с отцом. Надев на шею цепочку и сунув свисток за пояс, он вскочил на коня и поехал к тому месту, где собирался караван в Мекку. В непродолжительном времени собрались восемнадцать верблюдов и несколько сот всадников.…