Детская проза

Но огни останавливались где-то на полпути к небу и начинали падать вниз, постепенно тускнея. И гасли, не достигая земли. Замирали, вытянувшись вверх, прожекторы. Возвращался вечер. Но сейчас же из-за крыш взлетал новый разноцветный букет, и мальчишки на площади жадно следили: вдруг хоть один огонек долетит…

Эльвис внимательно прислушивается к словам мамы, он хочет, наконец, понять, почему так опасно разбивать свадебные подарки. Ах, вот оно что, оказывается, за подарки заплачено много денег! Теперь всё понятно. Это он уже знает. Мама часто толкует с папой о деньгах, которые вот-вот кончатся. В семье…

Если бы в самом деле существовала футбольная команда с такой вот формой, называлась бы она, скорее всего, «Рыцарь» или «Айвенго». Потому что на рубашке была разноцветная, размером с кулак эмблема — голова в шлеме с поднятым забралом и надпись готическими буквами: «Ivanhoe». Надо сказать, что этот вышитый…

— Кто такой? Что-то раньше среди ваших слуг я не видел эту мордаху. — Да так один, — небрежно махнул рукой хозяин. — Недавно взял в услужение. Помогает мне в мечети и по дому. — Грамотный? — В Бухаре учился, в медресе. Думаю со временем приспособить его к нашему делу. Они ещё немного поговорили…

Я кивнул головой. — Я директор завода и главный инженер. — А я кто? — Ты рабочий класс. Я хихикнул и принялся отгонять от себя пчелу. Далее Колька взял с меня клятву, что я никому не проболтаюсь, так как наш завод секретный. Только после этого я был впущен на секретный…

- Знаешь, Алена... — грустно сказал Сергей. — Ты зря стараешься. Перельман математически доказал, что в четвертом поколении так и так все люди братья. - Да? — строго переспросила Алена. - Да, — подтвердил Сергей, давно сообразивший, что Алена ставит перед собой задачу доказать не наличие родственных…

Виксен сочувственно залаяла, и ее пронзительное тявканье слилось с отчаянным воем бультерьера. Мне было очень неприятно, ибо я знал, что одно дело, когда человек вообще любит собак, и совсем другое, когда человек любит одну единственную собаку. В большинстве случаев собаки — просто бродяги, кишащие блохами,…

Лампы под потолком раскачиваются. Классная доска вспотела от напряжения, чтобы удержаться на стене. О вазонах с цветами, которые перед этим стояли на полочке, и говорить нечего: они давно на полу. Хрустят, разламываются на мелкие черепки. Топот, вой, победные выкрики. В центре событий…

Вот тогда-то парижские рабочие и объявили, что отныне Францией будет управлять не император, не республиканское правительство, а Совет Парижской коммуны. И новое, первое в мире рабочее государство получило название — ПАРИЖСКАЯ КОММУНА. Всего 72 дня рабочие удерживали власть в своих руках. Но за это…

– Значит, бабушка в угол поставит за то, что поздним вечером по улице шляешься, или отец накажет. – Я живу одна, – объяснила Пошлавон. Жаб скрестил передние лапы на груди. – Сколько тебе лет? – Не знаю, – пролепетала Пошлавон. – О боже! – воскликнул Густав. – Спрошу по-другому. Сколько раз…

Например, все трое сутулились, все они подергивали правым плечом и одновременно головой в правую сторону. Но самое главное, все они внимательно наблюдали за передвижениями грузовика и при этом делали вид, что заняты чем-то другим. Первый из них решил вдруг завязать шнурки, второй – почитать газету прямо…

Жень-чу радостно заулыбался, с готовностью вытащил из-за пазухи знакомую круглую лепёшку — такие печёт в своих тиглях наша лаборантка Майя, — разломил и протянул мне большую часть. — Чудак… — смущённо сказал я и достал из-за спинки сиденья свёрток с бутербродами и отличный термос, купленный в Урумчи.…

– Вон сидит одетый, что-то делает и даже купаться не идет. Может, тоже нарисованный? Кота разобрало любопытство. Он тихо подкрался к мальчику и внимательно осмотрел его на предмет нарисованности. Мальчик как мальчик, только не купается. Сидит что-то складывает из бумаги. Тимка вытянул шею, пытаясь…

– Ну, куда теперь? – устало поинтересовался кто-то. Заиграла мелодия из фильма «Миссия невыполнима», Ванечка выудил из кармана телефон и стал односложно отвечать: – Алло! Да, Виталик. Понял. Давайте. Отсоединившись, он объявил: – Сказал, чтобы мы садились в вагон. – Кто же нас пустит без…

Стоило Лене подумать о Боре, как ее сердце до краев наполнилось щемящей нежностью. Все же какое оно – наше сердце – необъятное и щедрое в своих чувствах! Только что ему хотелось, чтобы весь мир проникся к ней жалостью, а теперь вот пляшет от радости, что у Лены появился такой сердечный друг. Надежное…

На улице было уже темно. Из окна веяло приятной прохладой. Ярко горели окна витрин, лебедеобразные фонари вдоль улицы, мягко шуршали колеса троллейбусов и машин. Зина смотрела и думала, как же они жили всю эту долгую жизнь. Хорошо жили. Никогда никаких сцен, никаких недоразумений. У отца были золотые…

На этот раз чтению помешал громкий смех папы. – Должен заметить, твоя сестрица позволяет себе быть вульгарной, – скорчив скорбную мину, проговорил он. – Перестань, Фрэнк! – взмолилась жена, которая и так едва сдерживала слезы. – А то мы никогда до конца не дочитаем. – Прости, прости, продолжай, –…

— А где ж то наш Степан? И весь народ на поле — некому будет и встретить приезжих… — беспокоится она. — Спасибо, хоть ты, Татьянка, забежала! А ну, сходи, доню, за холодцом! Проголодаются диты с дороги! Татьяна, председателева жена, хватает полотенце и бежит в погреб. Разогретая солнцем…

Лампы под потолком раскачиваются. Классная доска вспотела от напряжения, чтобы удержаться на стене. О вазонах с цветами, которые перед этим стояли на полочке, и говорить нечего: они давно на полу. Хрустят, разламываются на мелкие черепки. Топот, вой, победные выкрики. В центре событий — братья…

И Симон ушел, насвистывая, а Люк еще долго стоял посреди аллеи и никак не мог опомниться. Как это похоже на Симона! Вдруг ему что-то взбредет в голову, и он развивает такую зверскую энергию и действует с таким напором, что и оглянуться не успеешь, как уже бежишь за ним следом, даже не зная, хочешь ты…