Детская проза

Ивча подошла к столу, но мама прогнала ее, потому что Ивча не умылась, разве что глаза протерла. А дядюшка сказал: — Пожалуй, хорошо бы снова забетонировать ступеньки к воде. Да и мостик хорошо бы продолжить. — Вот они, твои разговоры, — заметила бабушка. — Только и знаешь — надо…

Разворачивает свёрток, а в нём… поросёнок. Все засмеялись, и Ленка тоже. Только Федьке не до смеха. Рассердился Федька, в драку полез. Да на арену его не пустили. А Мишка позвал: — Топтыгин, ко мне! — и из-за занавеса выскочил настоящий медведь. — Ой! — испуганно крикнула Лена. А…

Вот мама смазывает меня детским маслом после купания. До сих пор помню его лавандовый запах. Потом она заворачивает меня в пушистое полотенце с капюшоном. Папа снимал на видео, как меня кормят, переодевают, даже как я сплю. Он все ждал, когда я научусь переворачиваться, сидеть, ходить. А я так и…

Четвёртый пассажир, мой друг Андрей Незыба, молча выходит в коридор. Я понимаю: не Лёня тому виной. Ночью мы проедем станцию Матово, откуда идёт ветка к тихому, затерявшемуся в лесу разъезду. У Андрея многое связано с этими местами… Я давно и хорошо знаю его, и, конечно же, сейчас он снова переживает…

Всем было ужасно весело. Мы брызгались и громко кричали. И учитель кричал тоже, только из-за шума ничего не было слышно. Первым устал кричать учитель. Потом мы все тоже выдохлись, и учитель велел выбираться из бассейна. Мы вылезли и столпились вокруг него. Все, кроме Сампы, который искал свои плавки…

Дежнев мотнул головой. Точно, он — Большой Каменный Нос. Никто еще не обходил того носу. Оглянулся Семен. На последнем коче Герасим Анкудинов с людьми. Воровские люди. Бил челом Семейка перед походом — не пускать Герасимко Анкудинова с ним на далекую Анадырь-реку. Всего от таких людей ожидать можно.…

— Вот ты удивилась, правда, бабушка? — кричит Фридер и мчится ей навстречу. Огромный букет он крепко прижимает к себе. — Нет! — стонет бабушка. — Да! — ликует Фридер. — Это всё для тебя. Ты рада? Он впихивает огромный букет бабушке в руки и весело прыгает вокруг неё. Бабушка стоит, прижимая букет…

— Угадай загадку: сорок одёжек и все без застёжек! — Подумаешь, — говорю я, — конечно, капустка. — Ха-ха-ха, это Алик, а не капустка. — Это почему? — спрашиваю я его. — А я все пуговицы расстегнул. Мама посмотрела на Алика и говорит: — Неправильная загадка, потому что хороший…

Тут немцы выкопали глубокий блиндаж. Из Малаховой хаты они сделали стены и накат, а смородину пересадили на насыпь для маскировки. Из-под наката выведена жестяная труба, из которой валит сизый дым и летят искры. Хотели мы с Санькой заглянуть в амбразуру — кто там поселился? — но ничего не увидели:…

Мы с моей младшей сестрой Таней тоже очень хотели, чтобы у нас дома жили разные звери, а особенно, конечно, собака. Потому что собака – умная и с ней интересно. С ней можно дружить и играть и дрессировать ее. Для меня это было особенно важно, потому что мне уже исполнилось тогда лет семь или восемь и пора…

— Он в твоем кармане, — произнес продавец. И шарик на самом деле был там! — Сколько он будет стоить? — спросил я. — За стеклянные шарики мы денег не берем, — вежливо ответил продавец. — Мы получаем их, — тут он достал еще один шарик из-под локтя, — даром. Третий шарик он вытащил…

— Вам надлежит сегодня же явиться в штаб партизанского движения, к товарищу Строкачу… Начальник штаба партизанского движения — высокий, широкоплечий, с красивым, но несколько суровым лицом — Тимофей Амвросиевич Строкач, в упор глядя на меня, спросил: — Не боитесь в тыл, к немцам? Если вы, фотокорреспондент,…

Их лучший друг Фентон, низкорослый полнощекий толстяк, вечно потел и задыхался, пытаясь не отставать от Билли с Кэролайн. Такой смешной в своей маленькой круглой шапочке ярко-красного цвета, которую мать заставляла его надевать в качестве средства от перманентного псориаза. Фентон всегда напоминал остальным,…

— Давай всех позовём сюда играть, — предложил Замби. — Подожди, — остановил его Понго. — Хочу тебе рассказать. Я разговаривал с папой… И он пересказал другу папины слова. — Ты хочешь, чтобы у тебя была серебристая спина? — изумился Замби. — Тебе надоело с…

— И вчера… — старик попытался вывести девочку из задумчивости. — И вчера, когда она сказала, что уйдет, я крикнула, что не люблю ее, пусть сейчас же уходит и не возвращается, оставит нас в покое. И вот она ушла, навсегда. Из-за меня. Талья в который раз заплакала, уткнувшись в промокший…

— Скажите, девочки, как учится мой дядюшка? По арифметике опять двойку схватил? Санька узнал Зойкин писклявый голос. Все в классе зафыркали, учительница оглянулась на дверь, а Санька не выдержал и сорвался с места. За дверью стояла Зойка и хихикала, зажав рот ладонями. Санька схватил её за плечо…

Старая песенка не годится Может быть, на эту картину и залюбовался летчик, аппарат которого остановился над самой крышей. Иначе что ему было тут делать? Ребята бросили игру, подняли головы к небу. Кто-то запел: Аэроплан, аэроплан, посади меня в карман! А в кармане пусто. — там растет…

— Бабушка, смотри, смотри, — в восторге закричала Галя, — суворовец ведёт за руку девочку! — А тут пионер — видишь, трубит в горн, — сказала бабушка, указывая на другую фигурку. Вот сказочная царевна в золотом сарафане, вот храбрый витязь сражается с драконом, а там целый зоологический парк: белые…

Маме легко так говорить. А если отходить некуда? Кулаки у Геры потверже, чем школьный пол. Да тут еще Вика прикрывается ладошкой. Филя посмотрел на Викин затылок и вздохнул. — Будешь извиняться или нет? — крикнул Гера. Филя не ответил. Он никогда не извинялся перед Герой. Может, поэтому Гера…

– Вы так долго живете на свете, столько всего видели и, наверное, вы очень многое понимаете. Скажите, когда, наконец, я буду знать все, и мне не надо будет больше учиться? – Стремиться к новым знаниям ты должен всю свою жизнь, малыш. Но никто не сможет тебя ничему научить, если ты сам не будешь стараться…