Детская проза

О чем повести Магомеда-Расула? Не буду предварять ваше знакомство с героями даргинского писателя, которые, хоть и «литературные», но шагнули на книжные страницы из самой жизни. Скажу лишь: это знакомство будет интересным и очень полезным! Потому что все творчество писателя устремлено к одной высокой…

Был у Граббе еще один сын, тоже Николай, но младенец не прожил и года, а следом скончалась и его мать – первая жена Граббе. Вера Михайловна Скоропадская, из рода гетмана Запорожского, оставила супругу богатое имение в Харьковской губернии. Он женился на ней нечаянно, ошалев от счастья, когда его выпустили…

empty-line > — Как поживаешь? — спросил скворец. — Вот эт-та пассажир! Го-го-го! — загоготал шофер. — Вот-та пассажир! Эх, ладно! Бери свои лягушачьи лапы, поедем. — Хитрый. Я слезу, а ты газанешь — и был таков. Сам принеси. Что оставалось делать шоферу. Конечно, принес ласты. Взял клетку со скворцом…

Когда-то Андрей Евгеньевич сам играл в одной из лучших столичных команд, но однажды вмешался злой рок: он поехал отдыхать куда-то в горы и, катаясь на лыжах, сломал ногу. Перелом оказался сложный, с профессиональной спортивной карьерой, разумеется, пришлось распрощаться. Но Горин не сдался. Он закончил…

Гриша, спрятавшись за вешалкой, разглядывал красавца — мундир с двумя рядами часто посаженных ясных пуговиц, русую голову, чуть подкрученные кверху усы, треугольный кустик волос на гладком подбородке. Он так и простоял у вешалки не двигаясь, до тех пор пока снова не зазвенел колокольчик. Но вот и звонок…

По всей комнате валялись стариковские вещи. Баночки с пилюлями и флакончики из-под микстуры от кашля, за которые никто и гроша ломаного не даст. Отрыжка на всякий случай все же распихал их по карманам. — А если это сердечные пилюли, Отрыжка? — прошептала Мэг. — У деда приступ случится, когда он поймет,…

Весть эта ошеломила и ребят и взрослых. До сих пор здесь можно было обучиться грамоте только у отставного солдата, старичка Прокофия. Этот грамотей за меру пшеницы брался в одну зиму научить читать и писать. Ходил к нему и Костя. День, когда он в двух палочках, нарисованных шалашиком с перекладинкой…

Это было похоже на чудо. Кругом лежал снег, простуженными голосами кричали вороны, мороз покусывал лицо, а серебристая струйка всё текла и текла, напевая наперекор зиме, наперекор стуже песенку, которую обычно можно услышать только весной. Так Владик Ваньков открыл на Красной Пресне незамерзающий родник.…

Мальчик вместо ответа кивнул головой, отчего шапка сдвинулась ему на глаза, взял в руки узел и твердой, неторопливой походкой вышел из комнаты. – Деньги-то, Илюша, получи! Да не потеряй! Спрячь за пазуху да рукой придерживай! Смотри, голубчик, не потеряй! Да дорогу-то ты хорошо ли знаешь? – кричала…

И вот один за другим на площадку начали выбегать мальчики. Попадая в полумрак коридора из залитых светом классов, они, должно быть, не замечали Галину Андреевну, как будто она была в шапке-невидимке. Но сама она видела всех очень хорошо — больших и маленьких, вихрастых и стриженых, худеньких и коренастых.…

— Гвардейцы не выпускают людей из города… — Почему же их не выпускают?.. — Чтобы они не помогли тем, которые уже вышли из города и пошли ко Дворцу Трех Толстяков… — Я ничего не понимаю, гражданка, и прошу меня простить… — Ах, да неужели вы не знаете, что сегодня оружейник Просперо и гимнаст Тибул…

В этой книге представлена лишь малая частица того, что написано Борисом Комаром почти за четыре десятилетия его работы в детской литературе. Кроме уже названных книг, его перу принадлежат повести «Ключи», «Странствующий вулкан», сборники рассказов. Многие его произведения издавались на русском и других…

– Вот и снежок пошёл! Таня подбежала к окну: – Где снежок пошёл? За окном густо падали и кружились снежинки, так густо, что сквозь них даже соседнего двора не было видно. Таня схватила платок и выбежала на крыльцо: – Снег идёт! Всё небо и весь воздух были полны снежинок. Снежинки летели, падали,…

Мать взглянула на ногу: подошва сбоку до крови была расцарапана гвоздем. – Что ж ты молчала? – Это как-то не сразу… Сначала я не обращала внимания. – Помой, возьми да завяжи… И чулок совсем новый. порвался, вздохнула мать. Она взяла ботинок, просунула руку, долго щупала. – Ничего нет! – Он…

Он показал на покрытый папоротником откос Холма Пока, который начинается подле мельничной реки и кончается дремучим лесом. Дальше, за лесом, почва снова все поднимается и поднимается, доходя в высоту до пятисот футов. Еще выше громоздится обнаженная, крутая вершина Маячной горы, с которой открывается…

Тут, видимо, было отверстие, сквозь которое он и свалился в подвал. Но отверстие это перегородила широкая каменная плита. Он был бы засыпан и убит кирпичами и известкой, если бы эта плита не легла поперек отверстия. Павлик уперся в плиту руками, но она не шевельнулась. – Нет, здесь выйти нельзя, –…

На другой день комсомольцы из восьмого класса вывесили в коридоре плакат: Третий, решающий, год пятилетки наш колхоз встречает ударным трудом. А мы? Ребята предлагают: 6-й класс — посадить деревья на машинном дворе, 4-й класс — вырастить овощи для колхозной столовой, …

— А вы, любезнейшая, у детей спросите, какой ход черный и какой — парадный! Они вам объяснят! А по мне вот как: который им интересен — тот и парадный! Тогда душа участвует, понимаете? Вы тут насчет таблицы Менделеева иронизировали… Зачем же так упрощенно все представлять? Я вам сейчас еще об одном…

— Ну как, прибавилось жизни? — спрашивает Самюэль Элиас. — Ты уж постарайся не нервничать и не переживать. Папа лежит на спине и смотрит на потолок, а на его руке лежит Самюэль Элиас и тоже глядит в потолок. Иногда он прикладывает ухо к папиной груди, чтобы проверить, что сердце там внутри продолжает…

 Жалко мне было расставаться со слесарными тисочками. Но революция в опасности — надо брать винтовку!  Пошёл я на призывной пункт.  На улице перед дверью уже очередь.  Подождал, добрался до начальника.  А за столом и не начальник вовсе — рабочий сидит в кепочке.  Подхожу, называю себя:  —…