Детективы

– Не хотите пообедать со мной? Дарья не стала себя спрашивать, зачем она это делает. Ответ ей давно был известен: она зарабатывает на жизнь. – Может быть. – Тогда давайте оставим это и поедем заниматься чревоугодием. Они вышли из музея, где выставлялись экспонаты из Гохрана России, и сели в серебристый…

У нее были темные волосы и темные глаза, излучавшие бешеную энергию. Ее ум и журналистская одержимость, такие непривычные для провинциального городка, озадачивали и вдохновляли ее коллег по редакции. Редактор Сэм Тренч был особенно очарован ею. Это был опытный газетный волк, который с первого взгляда…

Но почему же, боже мой, он должен пойти на это, когда ему так спокойно и хорошо живется. Так рассуждал ночной сторож типографии «Ричардсон и компания» в Корби, делая свой первый обход. Он не торопился, к чему это? Опыт говорил ему, что тридцати минут ему будет как раз достаточно, чтобы сделать полный…

– Пусть так. Тогда это будет программа с высшим приоритетом. Но представьте себе, что человеческий мозг способен, как и антенна, принимать 12 разных каналов, идущих по разным диапазонам. Но одномоментно – только один, и на другие мы попасть в это же время не можем. Пусть это и будет наш с вами восьмой…

— Пусть так. Тогда это будет программа с высшим приоритетом. Но представьте себе, что человеческий мозг способен, как и антенна, принимать 12 разных каналов, идущих по разным диапазонам. Но одномоментно — только один, и на другие мы попасть в это же время не можем. Пусть это и будет наш с вами восьмой…

Мона снова взялась за свое. — Роки, когда же вы наконец решитесь признаться мне в любви? — Никогда, Мона… Я не хочу видеть вокруг себя тысячи несчастных женщин. Она, должно быть, немного выпила: обычно она не так настойчива. К счастью, к нам направлялись Кларк и Берил, и мы сменили тему разговора.…

– Мам, я уже ее как-то встретила. – Которая потом убежала при первых признаках твоей беременности?! Вот так любовь! – Ну, мы с ним нормально разошлись. – Детка, нормально – это когда отношения еще не зашли так глубоко. Вот это, я считаю, нормально. А то, что сделал он… Мужчина…

Звонить графу Ломбарди я не стал. Убедил себя, что его тоже наверняка нет в городе. Обычно все, кто может себе это позволить, с наступлением летней жары покидают Рим. Однако всякому самообману есть предел, когда-то человеку приходится встретиться с действительностью лицом к лицу. Так случилось и со…

— Вы на следующей не выходите? — Я попыталась повернуться, но сумела только шевельнуть головой. — Нет, но я вас выпущу, — услышала я хрипловатый голос. Проделав ряд хитрых движений, сделавших бы честь самому Гудини или Копперфилду, я сумела повернуться лицом к выходу, а соответственно…

А кто же у нас в героях? С горечью узнаем, что среди них оказываются самые отпетые и проклинаемые во все времена и везде, не только на Руси, предатели и изменники — сладколюбцы, готовые ради личного блага продать за «тридцать сребреников» мать родную. В этих «героях» сегодня ходят и Пеньковский, и Гордиевский,…

Две такие образины сидели как раз напротив меня. Два молокососа в крахмальных воротничках, этакие принарядившиеся приказчики. Другая половина этого вагона была второго класса, и они не отрывали глаз от стекла, разделяющего обе части; время от времени они совершенно по-деревенски подталкивали друг друга…

– Тогда я полью сад, – прикинув размеры предстоящей Лесе работы, произнесла Кира. – Иначе ты и до ночи не управишься. Но благим намерениям Киры не суждено было осуществиться. И не успела она даже взяться за садовый шланг, как в ворота их коттеджа неожиданно позвонили. – Кто там? – недоуменно переглянулись…

Закрыл глаза, и сознание завертелось в веселом водовороте. С полезным трансом сегодня явно не ладилось. Возникла картинка на экране монитора. Она преследовала его постоянно, во сне и наяву, мешала жить. Заснятое на камеру лицо убийцы Листового и двух его телохранителей. Эту рожу, небритую, с безжизненными…

– Хорош... – прохрипел рябой, держась за голову. – Ищите бабки и бумаги... – Мы пойдем? – нервно дергая губой, спросила якутка. – Стоять, – процедил рябой. – И молчи, мочалка. – Валет, имей совесть, – надула губы блондинка. – Вы поймали нас на лестнице, прикрыть просили – мол, с парнями потереть…

— Если закуски маловато, я принесу. — Хватит. — Нет, пожалуйста, вы не стесняйтесь, у меня в палате запасов много. Жена накупила, а мне сейчас, кроме каши, ничего и нельзя. — Хватит, — повторил я. — Well. [1]  — Дмитрий Сергеевич разлил виски по стаканам. — Я с содовой так и не привык пить,…

В том месте, где двор выходил на дорогу, зиял большой проем. На земле валялись проржавевшие стойки ворот. Самих ворот он нигде не увидел. И отсюда его драгоценный «мерседес» виден как на ладони. Дорогая машина в таком жалком окружении… Каждый обратит на нее внимание. Лучше загнать машину в укрытие. Но…

Значит, просто знакомые? Но просто знакомым не звонят за тридевять земель и не просят срочно приехать! Настолько срочно, что… Элка торопилась – как только он позвонил, она тут же сорвалась и, бросив все дела, рванула в Москву. Но – не успела. Валерка погиб. Наверное, «просто знакомым» не делают последние…

— Мне не все равно, кто победит: Ельцин или парламент. Поэтому я, Потемкин, решил развеять тьму в Доме Советов и купил в подарок депутатам передвижную электростанцию. Он взмахнул номером «Дня»: — Вот вы тут расписываете, как маются в парламенте без света. Лично меня это не волнует. Заседают депутаты…

– Никак нет, – ответил Старостин уставной формулировкой. Толстячок недовольно поморщился: – Оставьте официоз, Андрей Михайлович. Сейчас, когда страна катится в пропасть, не до уставщины. Попробуем поговорить как старые добрые знакомые, люди, которые доверяют друг другу во всем. Пожилой прошелся…

Отгоняя от себя мрачные мысли, Степан переоделся в спортивные штаны и футболку, сунул ноги в шлепанцы и пошел на кухню готовить ужин. В холодильнике стоял плов, который он сам приготовил, и борщ, оставшийся с прошлого визита Татьяны. Она была ярой сторонницей идеи, что желудку обязательно требуются супы.…