Детективы

Анжелика поежилась и снова залезла под одеяло. Ей было страшно. Впрочем, как и всегда по ночам. Ей почему-то казалось, что ночью все в доме оживало. И хотя она прекрасно понимала, что это всего лишь ее воспаленное воображение, страх не отпускал. Она всегда была девушкой впечатлительной, а старые дома…

Вместе с тем в годы войны в результате мобилизации десятков миллионов мужчин в армию, ухудшения материального положения населения, роста неуверенности за будущее произошло сокращение рождаемости. Всего за годы войны количество рождений было почти на 21 млн меньше, чем оно могло бы быть при сохранении…

– Слуги? – Питт отвернулся наконец от пожара и посмотрел на Мёрдо. – Кажется, та часть дома пострадала менее всего. – Да, сэр. Все слуги успели выбраться, но у дворецкого сильные ожоги, он сейчас в больнице. В лазарете Святого Панкраса, это сразу к югу от кладбища. Кухарка в шоке, за ней присматривает…

Из подбитых автомобилей валил густой черный дым. По цепочке рвануло трижды и блеснули три сполоха пламени — взорвались бензобаки. Никто не пытался выйти наружу, да и некому было выходить. Константин зябко поежился, представляя, каково там, в салоне, после попадания «панцеркнакке». Адский ад… Послышался…

Снег не баловал южные и юго-восточные территории. Хотя пацаном Кондрат еще застал и морозы, и заледенелые тротуары родного Новошахтерска, и снежные сражения за звание Царя Горы. Но теперь зима превратилась скорее во время года, этакое, как учили в школе, безликое имя существительное, и по погоде ничем…

Но меня это не радовало. «Скучно, — думала я, вяло отвечая на пылкие Лешкины поцелуи. — Господи, как же мне скучно!» Справедливости ради стоит заметить, что Лешка тут ни при чем. Он отличный парень, мой хороший друг с самого детства. Лет примерно с пяти. — Ирка, когда в ЗАГС пойдем? — спросил Лешка.…

Однако на мое сообщение о порче и предложение снять с себя золотой запас, чтобы «очистить металл», розовая глупышка неожиданно сверкнула глазами и гневно сказала, ускоряя шаг: «Отстань, дура!» После чего мне только и оставалось, что отстать. Понурив голову и опустив плечи, я стояла в своем дурацком…

Так что, глядя на подрастающую Наташу, отец улыбался и думал: «Такое наследие все няньки и гувернеры мира не изменят!» Первый раз натановские гены проявились еще в Наташином младенчестве. Девочка, оставленная нянькой одна, раскачала кроватку и вывалилась из нее. В несколько минут освоив передвижение…

Как большая пчела, он заботливо заглядывал в середину чудных гроздей, не замечая, как бежит время. Вдруг открылась дальняя дверь оранжереи, и он услышал голоса и звук шагов двух людей. Вошел Хейтер в сопровождении высокого стройного человека с внешностью типичного испанца. Гость приблизился к лорду…

– Конечно. Я не работаю вхолостую. Бретон достал из кармана флеш-карту: – Держи, шеф! На флешке практически вся информация по планам поставки нового наркотика из Афганистана в Европу. Весьма, кстати, любопытная информация. Наши боссы в ЦРУ, думаю, будут не в восторге от нее. – В наркотрафике замешаны…

Свое решение начать операцию «Цитадель» он обосновывал правильно тем, что мы не можем больше ждать, пока противник начнет свое наступление, возможно, лишь зимой или после открытия второго фронта. Быстрый и полный успех наступления желателен также в связи с тем влиянием, какое он окажет на наших союзников…

Некто не переставал удивляться еще одному свойству людей: бесконечным попыткам находить повсюду тайны и раскрывать их. Увы! За одной тайной тут же, как чертик из коробочки, выскакивала другая – и так до бесконечности… Некто еще некоторое время любовался тонкими и печальными красками осени, синим…

– И что происходит в таких случаях? – мужчина улыбнулся приятной, но немного надменной улыбкой. – Вы на что-то намекаете? – Олеся напряглась. Этот репортер из непонятного журнала порядком ей надоел, делая вид, что знает о йоге больше, чем она. – Нет, что вы! – журналист облокотился на спинку кожаного…

– Да, что они, ослепли, скоты?! – Помнишь? Под Карамахи тоже своих раздолбали. Летуны хреновы! – Эти-то тут ни при чем. Штабисты бляди! Скоординировать совместные действия не могут. – Кому-то явно звезд захотелось! – Суворовых развелось как собак нерезаных! Мудаки штабные! Привыкли игрушечные…

– Смерть! Сигнальный свисток заглушил его голос, и ему пришлось повторить: – Смерть… И опять взвизгнул свисток. – Смерть, – раздался голос у меня за спиной. – Смерть – дело одинокое! Мне почудилось – он сейчас заплачет. Я глядел вперед на пляшущие в лучах света струи дождя, летящего нам навстречу.…

Дама, вероятно, слышала, что к слуге я обращался по-английски, и потому тоже заговорила на моем родном языке. При этом она так восхитительно коверкала английские слова благодарности, а голосок ее был так нежен, что я еще больше возненавидел черную вуаль, скрывавшую от меня предмет моего романтического…

— Прошу извинить меня за вторжение, мистер Холмс. Наша гостья оказалась чрезвычайно привлекательной дамой двадцати с небольшим лет. Длинные золотисто-каштановые волосы ниспадали ей на плечи, а лицо выражало сильную тревогу. — Пожалуйста, садитесь, мисс… — Холмс, как и я, успел заметить, что на пальце…

— Значит, вы получили изрядное вознаграждение? — Пожалуй, да. Вполне достойное. — Неудивительно. — Да нет же, Холмс, вы ошибаетесь, к моим услугам обратились вовсе не из-за моей безупречной репутации, если таковая вообще у меня имеется. Да и этот слуга оказался в моем районе Лондона случайно, он…

— Вы сохранили спичку? — резким тоном осведомился Холмс. — Сохранил, мистер Холмс, и, зная ваши методы, захватил с собой. — Лестрейд извлек из жилетного кармана свернутую бумажку и протянул Холмсу. Тот тщательно изучил находку, держа большим и указательным пальцем, после чего вернул. — Она мало…

Может, передо мной ужасный преступник, настоящий убийца, которого Холмс выслеживал, разыскивал, преследовал много дней или даже недель? Последнее время я не так часто видел Шерлока и не принимал участия в его делах. Но убийство… Только не Холмс! Какое бы злодеяние ни совершил этот человек, оно не может…