Детективы

Гонщик вел машину аккуратно, опасаясь привлечь внимание сотрудника ГАИ и засветиться. Ребят он высаживал по одному у каждой очередной станции метро. Сыщик вышел последним и чуть замешкался, глядя с неясной тревогой на кроваво-красный отблеск удаляющихся от него габариток. Как бы то ни было, но на три…

Мисс Лемон возмущенно подняла брови. — Времени у вас в обрез, — сказала она. — К чему такая спешка? — Спросите что полегче! Мне она ничего не сказала. — Вот странно. Интересно, почему? — Почему… — задумчиво произнес Пуаро, — потому что боялась, что ее могут подслушать. Она довольно ясно дала мне…

"И станешь вершителем". А это - еще большая редкость! Ангел, который влияет на жизнь людей, на ход человеческой истории. Ангел, который повергает в развалины крепостные стены, возжигает факелы побед и поражений! Участвовать во всем этом! (Нам этого очень недостает ангелам, чье сознание пробуждается…

– О, дело вовсе не в этом! Это совсем личное. – А по-вашему, замужество – не личное? Даже чересчур личное, вот в чем беда-то. Так вот, если ваше дело займет не несколько минут, а несколько часов, то на восемь у меня назначена встреча: тем не менее я знаю тут за углом одно местечко, где подают коктейли…

– Вполне успеем. – Извини, что успеем? Она достала из блестящей черной сумочки кожаный портсигар, извлекла из него короткую толстую сигару, протянула портсигар мне. – Хочешь? Брунейские. Я покачал головой и достал из кармана «Кент № 4». – Спасибо. Здоровья осталось только на сигареты супер-лайт.…

Дверь отъехала до конца, и я увидел, что на улице действительно дождь. Мелкий, как роса. Бесшумный. В пелене дождя в мокрой куртке стоял Мурабаяси. Как я и думал, никакой это был не полицейский. Передо мной стоял мой бывший начальник, еще с тех времен, когда у меня был начальник. Насколько я помню, раньше…

— Вы там на юге, — сказала миссис Скутчингс за завтраком из яичницы, вкусом напоминавшей резину, — все переворачиваете с ног на голову, лишь бы представить Квинсленд глухой и опасной провинцией. Джорджия молча жевала яичницу. С ее точки зрения, газеты писали сущую правду. Ближайшим городом здесь был…

Они помолчали. Поглядывая на доктора, Джейс Коннерли прикидывал: этот Вайт очень молод, должно быть, ему не больше тридцати, но, ясное дело, голова у него варит здорово, раз такая отличная репутация, да и гонорары, видно, немалые, отсюда и роскошная загородная клиника, великолепный дом, ухоженный сад...…

— Преступник Ёсидо Ганзаэмон виновен в измене, — объявил он мрачным официальным тоном. — В измене? — Самурай перестал вырываться. Потрясенный, он побелел как полотно. — Я не изменник. Я всю жизнь честно служил сёгуну. — От отчаяния его голос стал громче. — Я самый усердный чиновник среди патрульных…

Другие деревья, может быть, превратились в музыкальные инструменты, даже в виолончель! Тут она втихомолку рассмеялась. Прислушалась, ожидая уловить потюкиванье, но оно прекратилось. Она следовала за плывущим впереди мужчиной. Она могла бы догнать и перегнать его. Она была сильнее, чем могло показаться,…

На верхнем ярусе второй шконки выводил затейливые рулады носом еще один обитатель этой камеры. Это был Степа – молодой здоровенный парняга, приблизительно двадцати лет от роду, обладавший огромными пудовыми кулачищами и каким-то до невозможности детским и наивным лицом. Степа, совсем недавно дембельнувшийся…

Всеволоду Петровичу было известно: в Болотовске творились странные дела. Тамошние руководители, зная, что в столице у них имеется всемогущий патрон, окончательно распоясались, партийные чиновники погрязли в мздоимстве, руководители нескольких крупных и важных для обеспечения обороноспособности страны…

Высоты он не боялся, и вскоре две фигуры стояли на коленях друг возле друга, в то время как лучи занимавшегося рассвета постепенно заполняли пространство под куполом. — Благослови тебя Господь, и да облегчит Он твой путь, — прошептал посетитель. — И пусть свет очистит твою веру, —…

Но сегодня она надела лучший костюм и вышла на балкон, хотя там лежал снег, и пришлось долго возиться с дверью, прежде чем та открылась. Шпингалеты за зиму заржавели, старая краска давно пошла пузырями и теперь сыпалась на ее красный замшевый костюм, седая словно рыбья чешуя. Высокие каблуки туфель мгновенно…

Надежды одноклассников на успехи Билла отражали его жизненную философию. Если работа была бы забавой, ее бы назвали игрой. Я всегда была серьезным ребенком, а Билл всегда был ребенком, который знал, как хорошо провести время. Два года назад Билл сказал прощай Балтимору и здравствуй Майами. Ему пришлись…

Внезапно со скрежетом открылись двери лифта, и из кабины медленно выплыла высокая стройная женщина. Умелый макияж и тотальный уход за внешностью лишал наблюдателей возможности определить ее настоящий возраст. И лишь мельчайшие морщинки вокруг глаз и губ, замеченные внимательным оперативником, выдавали…

Семь лет назад, после смерти бабушки, Питер, единственный оставшийся в живых брат отца, отдал тете Элине свою часть дома в Норвуд-парке [1] с условием, что больше она ни на что претендовать не будет. Тетушка, не раздумывая, подписала все документы. А через четыре года лишилась дома, — не сказав ни…

Таран, конечно, повякал малость, что просто руку не сдержал и вообще увлекся, но разве Егорычу докажешь? Фиг, если он сказал, что считает подлецом, значит, мнения уже не поменяет. Наверно, можно было бы подождать малость, пока тренер Егорыч остынет, подойти с повинной головой, покаяться… Может, и простил…

– Я достаточно хорошо его изучила, – возразила она. – В отличие от тебя, я не строю обманчивых иллюзий. Ты даже не представляешь, на что способен этот подлый ублюдок! – Конечно, Угрюмый довольно-таки порядочная сволочь! – согласился я. – Но у него есть одна слабость… – Он неисправимый бабник! – подметила…

– Умоляю, приюти нас на денек. Стоим на улице с маленькими детьми и двумя стариками. А теперь оцените положение. Я в тот момент жила одна в огромном доме в поселке Ложкино. Основная часть моей семьи, вместе с собаками-кошками, перебралась во Францию, где у нас в небольшом местечке под Парижем есть…