Зона затопления
Шрифт:
В основу планировочной структуры положены положительные стороны сложившейся застройки, взаимоувязанное размещение нового строительства с сохраняемой застройкой и требования организации единого архитектурно-планировочного комплекса, отвечающего современным принципам планировки и застройки.
Селитебная зона выполнена компактно.
Вновь застраиваемая жилая зона предусматривается в западной части села на свободных территориях.
Жилую зону предлагается застраивать индивидуальными жилыми домами с приусадебными участками. Планируется проложить новые улицы в проектируемой зоне жилой застройки.
Коттеджная застройка в современных условиях – самое перспективное направление строительства, т. к. при низких темпах жилищного строительства дает возможность населению самостоятельно решать проблему обеспеченности жильем.
Планируется упорядочение сложившегося функционального зонирования территории, сети улиц и проездов».
Ольга читала, цеплялась взглядом за строчки и чувствовала, что словно бы уносится куда-то, проваливается и выныривает… Бывало с ней подобное и раньше – идешь по тротуару, и он вдруг становится мягким, как матрац, и куда-то съезжает. Но это случалось от усталости, от жары. А сейчас…
«Так как общественно-деловой центр села развит достаточно хорошо, проектом сохраняется существующее его положение и предусматривается строительство поликлиники и дома культуры.
Вне территории села расположится пассажирский и паромный причал к северу от села (0,674 га).
В основу планировочной структуры положены положительные стороны сложившейся застройки, взаимоувязанное размещение нового строительства с сохраняемой застройкой и требования организации единого архитектурно-планировочного комплекса, отвечающего современным принципам планировки и застройки.
Предлагается вести застройку малоэтажными зданиями в капитальном исполнении с полным благоустройством. Вдоль жилой застройки проектом предусмотрены скверы для отдыха и прогулок. Основное внимание уделяется повышению уровня социально-экономического развития, повышению комфортности проживания».
– Что за бред-то такой?! – не выдержала Ольга, и тут же за спиной – голос Надежды Антоновны:
– А? Что случилось?
– Да нет-нет, ничего… Так.
«И кто это автор? – Ольга покрутила колесико мышки. – “Крайлеспроектстрой”. Интересно…»
Документ оказался огромным, в нем не только про Большаково, но и про остальные почти уже уничтоженные села района: Кутай, Пылёво, Проклово, Усово… В конце «генерального плана» Большакова – жизнеутверждающее заключение:
«Градостроительная стратегия направлена на формирование Большаковского сельсовета как развитого социально-экономического поселения. Стратегической целью развития Большаковского сельсовета является повышение качества жизни населения, развитие его экономической базы, обеспечение устойчивого функционирования всего хозяйственного комплекса и социальной сферы».
«Но, может, – пришла Ольге мысль-спасение от подступающего помутнения, – это какой-нибудь старый план? До возобновления строительства ГЭС».
Нет, за заключением – длиннющий список: «Нормы законодательства, используемые при разработке Генерального плана». Почти восемьдесят ссылок. И – главное – даты: есть кодексы, законы, правила, постановления, в том числе 2007-го, 2008-го и даже 2009-го. 2009 год, когда в Большакове начали рушить дома!
Свернула план, набрала в «Яндексе»: «Крайлеспроектстрой». Мельком отметила абсурдность названия организации. «При чем здесь “лес”? Как сочетается “лес” и “строй”?»
Первая ссылка была «Краевой бизнес-портал».
Так, что там… ОАО «Крайлеспроектстрой»… Ниже какие-то явно рекламные анонсы: «Топографо-геодезические работы», «Продажа земли от 1 га», «Песни Михаила Круга»… Это вряд ли от «Крайлеса»… А вот и контакты. Телефон, электронная почта, веб-сайт, адрес.
Кликнула веб-сайт, и выскочило: «Ошибка 502. Сервис не отвечает».
– Ясно. – Ольга стала искать, кто руководит этим ОАО.
– Приветик! – влетела в кабинет молодая журналистка Саша. – О, Оль, приехала? Как делишки?
– Так… Привет… Тянется.
Захотелось поделиться новостью – что вот появился такой генплан развития затопляемых деревень. Удержалась. Пока будет рассказывать, время уйдет. Тут надо быстро действовать. Еще возьмут и уберут этот план, и будет вместо него тоже висеть: «Ошибка такая-то».
Скопировала генплан на «рабочий стол». Продолжила искать фамилии руководства «Крайлеса».
– Информашки нужны, а то на вторую полосу совсем ставить нечего, – усаживаясь, говорила Саша. – И как назло, никаких особых событий… Все утро радио слушала.
Так, кажется, нашла. Директор – Александр Григорьевич Конев.
Городской телефон был в кабинете один на всех. Находился на столе Надежды Антоновны. Специально поставили ей – вроде как уважение старейшей сотруднице, а на самом деле спихнули на нее бремя отвечать на звонки. А отвечать Надежде Антоновне, кстати, нравилось – она разговаривала солидно, как начальница, старалась вникнуть в проблему, обещала помочь, но чаще всего тут же переключалась на другое, забывала об обещании. Впрочем, если звонок касался ее любимой социальной защиты и звонил пенсионер, Надежда Антоновна загоралась всерьез…
– Разрешите? – Ольга взяла аппарат, перенесла к себе. Набросала на бумажке несколько вопросов, подготовила диктофон и набрала номер.
– Да-а? – приятный женский голос.
– Здравствуйте! Вас беспокоит Ольга Семенихина, газета «Голос рабочего». С Александром Григорьевичем можно связаться?
– А по какому вопросу? – голос стал не таким приятным.
– По вопросу одной публикации.
– Гм… А что за публикация?
Говорить в лоб, что ее интересует генплан, – значит практически распрощаться с возможностью встречи с директором. И вообще надо было по-другому начинать… И Ольга несколько неловко, но все-таки вывернулась:
– Хотим сделать публикацию в газете – интервью с Александром Григорьевичем о «Крайлеспроектстрое». Такая заметная организация…
– По-моему, вовсе незаметная, – не согласилась женщина на том конце провода. – Скромно делаем свое дело.
– Да, конечно. Тем интереснее узнать…
– М-м… Я даже не знаю… У Александра Григорьевича сейчас совещание…
– А когда примерно он освободится?
– Освободится… – Женщина явно замешкалась. – Часа через два, думаю.
Ольга чувствовала, что теперь нужно давить: