Чтение онлайн

– Для начала куплю клячу на станции, а затем выберу в диком табуне мустанга получше и поймаю его.

– Вы такой хороший наездник, что можете объездить мустанга? И откуда вам известно, что на Виндривер будут табуны диких лошадей?

– Разве вы не знаете, что в это время стада бизонов и мустангов перекочевывают на север?

– Знать-то я знаю, да не уверен, что вы справитесь с мустангом.

– А вы хотите устроить мне экзамен?
– засмеялся я.

– Небольшой, но все же экзамен, - подтвердил он с серьезным лицом.
– Я делаю это с определенной целью.

– Могу я узнать, с какой?

– Немного позже. Сначала вы покажете мне, как стреляете. Принесите ваше ружье.

Конечно, я мог сразу же сказать ему, что я Олд Шеттерхэнд, и поставить его на место, но он меня очень забавлял, поэтому я молча подчинился, поднялся в вагон и взял свои завернутые в одеяла ружья. Пассажиры, издали наблюдавшие за нами, в ту же минуту подошли и окружили нас. Американец, в особенности житель Запада, никогда не откажет себе в удовольствии поглазеть на состязание в стрельбе.

Когда я развернул одеяло, толстяк удивленно воскликнул:

– Тысяча чертей и одна ведьма! Да ведь это настоящий штуцер мастера Генри! Сколько в нем зарядов?

– Двадцать пять.

– Ого! Я о таком и не слышал! Боже, как я завидую вашему оружию!

– А вот я предпочитаю флинт, - ответил я, разворачивая второй сверток.

– Сразу видно, что вы ничего не смыслите в оружии, если предпочитаете новенькую, блестящую от смазки хлопушку, - с издевкой произнес толстяк.

– Не хотите ли вы посмотреть на клеймо мастера, сэр?
– охладил его я, протягивая ему карабин.

Он бросил беглый взгляд на казенную часть и подпрыгнул от удивления.

– Извините, сэр, - вымолвил он растерянно, - это совсем другое дело. Флинты с таким клеймом можно пересчитать по пальцам. Мне даже как-то говорили, что сам Олд Шеттерхэнд пользуется таким же. Но как к вам попал этот шедевр оружейного искусства? А может быть, клеймо подделано? Наверное, так оно и есть, потому что не очень-то похоже, чтобы ваш флинт часто стрелял.

– Давайте испытаем его. Куда мне стрелять, сэр?

– Ну, - протянул он, оглядываясь по сторонам, - пальните-ка дробью вон в ту птицу на кусте.

– Расстояние слишком большое!
– заметил кто-то из пассажиров.

– Посмотрим, большое оно или нет, - ответил я.

Когда я вытащил из кармана очки и водрузил их на нос, лицо толстяка расплылось в широкой улыбке.

– Ха-ха-ха! Так вы собираетесь путешествовать в очках? Где же это видано?!

Остальные тоже засмеялись, а я совершенно серьезно спросил:

– Что вас так веселит, господа? У человека, тридцать лет просидевшего за книгами, зрение становится не таким острым. В конце концов, лучше стрелять метко в очках, чем палить мимо цели без них.

– Вы совершенно правы, сэр, - потешался коротышка.
– Хотел бы я посмотреть на вас, когда вы нос к носу столкнетесь с краснокожими! Пока вы будете протирать и надевать очки, с вас десять раз успеют снять скальп. Ну вот, вам и тут не везет, стоило вам взять в руки ружье, как птица упорхнула.

– Не беда, поищем другую цель, - ответил я хладнокровно.

Полетав над нами, птица села на куст в двадцати шагах от нас, попасть в нее не составляло труда даже плохому стрелку. Но тут высоко в небе послышалось пение жаворонка.

– Вы видите жаворонка, джентльмены?
– спросил я, задирая голову. Попробую-ка я достать его оттуда.

– Бросьте вашу затею!
– воскликнул толстяк.
– Чего доброго наделаете дробью дырок в небе, и оттуда пойдет дождь. Такое не по плечу самому Олд Файерхэнду и старику Сан-Иэру!

– Поживем - увидим, - ответил я, поднял вверх оружие и нажал на курок.

– Я же говорил вам!
– злорадствовал толстяк.
– Птица испугалась выстрела и улетела.

– Сейчас вы увидите, зачем мне нужны очки, - ответил я, откладывая флинт в сторону.
– Жаворонок лежит шагах в восьмидесяти от нас прямо на рельсах.

Пассажиры гурьбой побежали туда, куда я им указал, и несколько минут спустя принесли птицу. Толстяк долго переводил взгляд с меня на мертвого жаворонка и наконец воскликнул:

– Черт возьми, вы действительно попали в него, к тому же не дробью, а пулей.

– Вы хотели, чтобы я стрелял дробью? А мне говорили, что вестмены не опускаются до стрельбы дробью, для них это детские игры.

– Простите, сэр, - начал извиняться коротышка, - но я еще никогда не был свидетелем подобного выстрела. А может быть, это случайность?
– и он хитро посмотрел на меня.

– Укажите мне на другую цель.

– Не стоит. Я верю вам, сэр. Наверное, вы хотели подшутить надо мной и прикинулись гринхорном. Ну что же, смейтесь на здоровье, я человек необидчивый. Прошу вас, давайте отойдем в сторону.

Он потянул меня за собой, к тому месту, где мы осматривали следы, оставленные шайкой. Там он достал из кармана лист бумаги и приложил его к одному из отпечатков копыт гнедого жеребца, принадлежащего главарю.

– Все сходится, - задумчиво произнес он.
– Сэр, скажите мне честно: вы можете распоряжаться своим временем? Не согласитесь ли вы отложить путешествие в Титон?

– В настоящее время я свободен и могу делать все, что мне заблагорассудится.

– Прекрасно. Вам когда-нибудь приходилось слышать про Фреда Уокера? Его еще называют Толстяком Уокером.

– Да, говорят, что он опытный вестмен и хороший следователь, к тому же знает несколько индейских диалектов.

– Так это я и есть, сэр.

– Я так и думал. Вот вам моя рука. Рад с вами познакомиться, сэр.

– Надеюсь, что скоро мы познакомимся поближе. Дело в том, что у меня есть веские основания искать встречи с неким Геллером. Его совесть и раньше была нечиста, а теперь он возглавил шайку беглых преступников. На этой бумаге вы видите отпечаток копыт его коня, он в точности совпадает с найденными нами следами. А так как Геллер хромает на правую ногу, я совершенно уверен: здесь побывал он, и никто другой.

– Геллер?
– переспросил я.
– Вам известно его имя?

– Его настоящее имя Сэм, но он пользуется разными именами.

– Сэмюэль Геллер? Кажется, я слышал о нем. Не он ли служил бухгалтером у нефтяного короля Реллоу? Говорят, он сбежал от хозяина, прихватив целую кучу денег.

– Да, это он. Мерзавец уговорил кассира открыть сейф и бежать вместе с ним, а потом пристрелил его, чтобы не делиться. В погоню за ним пустились двое полицейских, но он убил их. Его схватили в Новом Орлеане, когда он садился на судно, уходящее в Мексику. Геллеру чертовски везет - накануне суда он задушил тюремного сторожа и бежал. На Востоке ему уже нельзя было оставаться, и он подался на Дикий Запад, где до сих пор безнаказанно грабит и убивает. Пора показать ему, что у закона длинные руки.