Чтение онлайн

Минут через пять случается самое интересное, сверху падает валун, охрана выбегает и пытается определить, кто и что так громко бросил. Тут и настает твое время.

– Я прохожу в собор, – кивнул Дмитрий. – И, прикинувшись рабочим, высматриваю, где эти парни будут прятать свиток.

– Главное, не опоздай. – Алексей, отправил в рот таблетку болеутоляющего, запил её минералкой. – Сразу после падения валуна, пяти минут не прошло, со стороны набережной Корс появился второй персонаж. На это, я тебе скажу, стоит посмотреть. Блестят на солнце, бряцают оружием, и такие важные, что рядом и стоять неудобно. Твоя задача вписаться в промежуток между падением камня и приездом короля Фридриха. Думаешь, получится?

– Думаю да, – кивнул Дмитрий.

Вновь проскочив Кутузовский проспект, протолкавшись по Можайке, Дмитрий свернул на уже знакомом повороте на Сколковское шоссе и, выскочив на ровную свободную полосу асфальта, погнал внедорожник навстречу новым приключениям.

– Пистолет брать будете? – Леонид положил на прилавок увесистый черный ствол и придавил его сверху широкой ладонью.

– Нет, – покачал головой Дмитрий, несколько отстраненно смотря на оружие. – Мне бы что-нибудь попроще. Скажем, шокер подойдет.

– Шокер тоже можно, – легко согласился оружейник и, нырнув под стойку, выложил на ровную деревянную поверхность цветастую коробку. – Батарея заряжена под завязку. Правила использования и техника безопасности в буклете. Перед хронопрыжком можете ознакомиться.

Дмитрий открыл коробку и, вытащив маленький пластиковый агрегат, вдавил кнопку. Крохотная голубая молния, искрясь и играя между двумя электродами, сухо щелкнула и тут же затихла, как только Прокопенко убрал палец.

– Кожаную куртку, конечно, не пробьет, – пояснил Леонид, – но если в шею или по рукам, то я противнику не завидую. Опять же доспех железный. Очень интересный может эффект получиться. Что с одеждой? Ваш предшественник выбрал образ бенедиктинца.

– Все это мне не подходит, – Дмитрий в замешательстве закусил губу. – Самую обычную робу, без меха и прочих изысков. Любая дерюга и боты моего размера подошли бы идеально. Еще заплечный мешок и тридцать ливров серебром на мелкие расходы.

– Сделаем, – прикинув в уме сумму, на которую набирает хронотурист, оружейник удовлетворенно потер руки и, кивнув Дмитрию в сторону примерочной, устремился к бесчисленным рядам костюмов и доспехов, в изобилии висящих на длинных кронштейнах в глубине зала.

Взвесив маленькую жалящую игрушку на ладони, Дмитрий улыбнулся и, дождавшись, пока оружейник принесет все затребованное, принялся выкладывать наличность.

Стоя в хронозале Дмитрий держал в руках маленькую, похожую на пилюлю, капсулу-кристалл с запрятанной в нем платой.

– Готовы? – спросил оператор с верхнего этажа.

– Почти. – Прокопенко зажал в кулаке хитрый агрегат и, закрыв глаза, попытался сосредоточиться. Допустить малейшую ошибку означало крах очередной попытки, а за ним и непоправимые финансовые потери. То, что Солодов не смог выяснить местонахождение тайника с первого захода, Дмитрия особо не удивило. Легкомысленность партнера и излишняя уверенность в своих силах не редко щелкали авантюриста по носу.

Дмитрий решил вести себя как можно более осторожно и рассудительно. Под пристальные взгляды не соваться, да и вообще не выходить на открытое пространство, пока не начнется выверенная и отрепетированная временем цепочка событий. Раскрыв ладонь, он, наконец, закинул капсулу в рот и, с усилием проглотив, стал забираться в узкий проход в прозрачном колпаке.

– Три, два, один, – эхо в ушах создавало впечатление торжественности момента, но Прокопенко было не до этого. Он скорчился на белой круглой площадке, сжимая в руке коробочку шокера, и, дождавшись, когда яркие всполохи молний начнут окутывать его тело, плотно закрыл глаза.

Та же деревня, тот же разбитый и грязный тракт и тот же извилистый заболоченный берег. Теперь, после первого захода Алексея, Дмитрий знал направление и сразу после приземления уверенно влился в бесконечную череду груженых телег и крестьян, спешивших в город по своим делам.

Ощущение ирреальности, ролевой игры и фантастической авантюры все-таки присутствовало. Сама переброска прошла без каких либо проблем, но привыкший к реалиям двадцать первого века мозг Прокопенко отказывался осознавать происходящее.

Конечно, он ловил на себе удивленные взгляды особо внимательных французов, различивших в общей серой массе темноволосого здоровяка со злым прищуром и странным предметом на широком кожаном поясе. Но это было лишь полбеды. Достигнув пристани, Дмитрий столкнулся с другой проблемой. Требовалось нанять лодочника, а хозяев суденышек в ближайших окрестностях не наблюдалась.

Решив, что цель оправдывает средства, он проворно сбежал с пригорка на дощатый настил и, прогрохотав по неплотно подогнанным доскам пирса, принялся отвязывать ближайшую лодку. На удивление легко справившись с мудреным узлом, он услышал за спиной невнятную брань и, обернувшись, увидел, что к нему спешит невысокий толстый мужик с грязной бородой.

Решив не дожидаться хозяина, Прокопенко перемахнул через борт, мощным пинком ноги отогнал судно от берега и налег на весло. Раз-два, раз-два, раз-два. Когда владелец лодки выбежал на пирс, Дмитрий уже выходил на середину реки и, оторвав руку от весла, позволил себе издевательски помахать неповоротливому толстяку. Хозяин пускал пену изо рта и в гневе носился по берегу, ругая вора последними словами, а Дмитрий налегал на весло и вскоре потерял бедолагу из виду. Из-за поворота показался первый остров. Пропустив Сен-Флер по правому борту, Дмитрий несколькими сильными гребками загнал суденышко в камыши и, перевалившись за борт, по пояс в холодной грязной воде поспешил по направлению к суше. Набережная Окс-Флер встретила его чахлым леском, мелким колючим кустарником и прошлогодней листвой, в изобилии покрывающей землю мягким серым ковром.

Время поджимало. Нужно было торопиться, чтобы успеть к началу веселья.

Узкие парижские улочки были забиты народом. Едва разъезжавшиеся на перекрестках, груженые камнем телеги стопорили движение, создавая стихийные пробки. Продираясь сквозь шумную и пеструю толпу, Дмитрий отчаянно работал локтями.

Наконец, отделившись от общего потока, Прокопенко поднял воротник кожаной безрукавки, придал лицу выражение безразличия к происходящему и, прислонившись к стене, принялся осматривать место предстоящей операции. Алексей не соврал. Стены собора, практически достроенного, действительно изрядно возвышались над фундаментом. С крыш соседних зданий, даже имея в руках самый сильный бинокль, разглядеть хоть что-то внутри строения было невозможно.

Тут со стороны набережной послышалась звонкая дробь копыт, и на площадку ворвалась кавалькада кожаных плащей, пинками и затрещинами разгоняя зазевавшихся рабочих. Спешившись, плащи рассредоточились по всей территории, но уже через несколько секунд сомкнули плотное кольцо вокруг стоявшего без движения экипажа. Дверь его распахнулась, на землю ступил изящный, почти женский сапожок, а вслед за ним появился и сам Морис де Сюлли.

По всему было видно, что слуга господень пребывал в приподнятом настроении. Легкий румянец, полуулыбка в уголках губ и цепкий взгляд, и вот уже Морис плотнее запахивает полы плаща и уверенным шагом направляется к зияющему порталу собора.