Чтение онлайн

— Немножко, — улыбнулся я.

Панова, неожиданно, ответила тем же и поспешно отвернулась, тронув прядь волос.

— Должна признать, ваше благородие, ваше поведение меня восхищает. Вы так спокойны и уверены, хотя ситуация к этому совсем не располагает!

— Всё дело в правильном дыхании и медитациях, — прокомментировал я. — Могу научить.

— Возможно, воспользуюсь этим предложением. И всё же, про слепки я спрашиваю не из праздности. Я ведь уже проверила их авторство. Персонаж, который их делал, крайне специфический, но лицензия у него имеется. Поэтому для суда они подходят идеально. Но я не понимаю, как антигерой Петербурга оказался связан с выпускником Академии Зодчих. Не просветите?

Я пожал плечами и предположил:

— Кому-то не повезло? А что за антигерой?

— Раз у вас на руках результат его работы, то и рассказывать про него не стану. Вы ведь всё знаете! — фыркнула Александра.

— Хорошо, не рассказывайте, — охотно согласился я.

— Это Виктор Конычев! — выпалила она. — Конычев, понимаете?

— Простите, нет. Он чем-то знаменит?

— Да как так можно-то, столько иметь и ничего не знать! — возмутилась Панова. — Конычев — это легенда! Его никто не знает! Говорят, он имеет несколько личин, и в каждом городе она у него своя. Ходят слухи, что он сам выходец из криминала! Но всё равно на каждой комиссии ему продлевают лицензию, а проверки там такие, что до них и допускают-то немногих.

— Хм… — заметил я. Керн-Конычев, значит. Это объясняет отсутствие в базах данных. Не объясняет то, как этот человек решил работать на такого ушлёпка, как Игнатьев. Или за деньги можно всё, когда имеется нужда?

Девушка демонстративно отвернулась.

— С вашего позволения, — я сделал музыку громче.

Шибанов позвонил своей помощнице, когда до Минска оставалось три часа. Дорога была приятная, гладка и совсем не загруженная, музыка играла отличная. Я прикупил кофе на заправке по дороге и теперь с удовольствием его потягивал, наслаждаясь видами лесов и полей. Александра спала, но когда заорал её рингтон, то выпрямилась, не открывая глаз, и машинально ответила:

— Панова!

Я не расслышал, что говорит старший комиссар, но по тону общения было понятно — начальство крайне недовольно.

— Есть. Так точно, — отчитывалась Александра. — Конечно, Владимир Тарасович! Никак нет!

Она попыталась держать стойку смирно.

— Да, есть зацепка. Выдвигаемся в Кобрин. У нас есть человек, готовый подтвердить нашу версию, — она скосила на меня глаза. — Мусорщик. Что-то видел.

Бу-бу-бу, ответило ей в трубке чуть удивлённо.

— Что? Почему они вам не отвечают? Ребята, почему вы Владимиру Тарасовичу не отвечаете? — она даже повернулась к пустому дивану. — Хаиров?

Состроив мне страшный взгляд, она продолжила фантазировать:

— Сел телефон, Владимир Тарасович! Не может ответить.

Пауза.

— Передать трубку? Хорошо, сейчас!

Она отключила телефон, а затем выключила его вовсе.

— Здесь ведь плохая связь? — озорно улыбнулась мне. — Кажется, мне удалось его убедить. Как сердце-то колотится!

— Связь здесь отличная, госпожа Панова, — ответил я. — Мы же не на границе с Персией.

— Понимаю. Но вы же не скажете это моему начальнику? — шутливым тоном спросила она. — Вы ведь благородный человек и не подведёте прекрасную даму?!

— Я чуть меньше месяца благородный, — поддержал я лёгкое настроение. Всяко лучше, чем спорить. — Во мне ещё очень много от дикаря. Поэтому легко подведу.

— Может быть, я смогу что-то сделать для дикаря, чтобы он этого не делал?

Прозвучало двусмысленно, и, по-моему, специально. Решила посмеяться над юношей из глубинки? Ну-ну.

— Можете. Сейчас съедем в лес и рассчитаемся, — с каменным выражением лица сказал я.

— Хорошо, — кивнула Александра, и мне стоило больших трудов, чтобы не дать слабину и не пустить на лицо эмоции.

— Вот здесь хороший отворот, — подсказала она. Вот как мы, да? Ладно.

Я молча притормозил и включил поворотник. В машине запиликало, но Панова не дрогнула. Мне даже стало интересно, насколько её хватит. Когда автомобиль, покачиваясь, скатился на просёлочную дорогу, то Александра ткнула пальчиком:

— Вот здесь с дороги будет не видно. Тут и остановитесь.

— Хм, — послушно кивнул я и направил автомобиль за отворот, едва не увязнув в колее. Остановил машину и повернулся к Пановой. Смотрела она нагло, с вызовом. Совсем не похоже на утренюю девчонку. Ну-ну, всё равно не на того напала. Сейчас мы летим друг на друга по встречной полосе и проиграет тот, кто отвернёт первым!

— Ну что, дикарь… — тихо сказала красотка, зрачки которой расширились. — Пришло время расплаты?

Она подалась ко мне и почти коснулась моих губ, а затем резко отпрянула. Смущённо поправила волосы и отвернулась.

— Прости… те. Простите. Кажется, это зашло слишком далеко. Я ведь не собиралась, надеюсь вы понимаете… — она резко повернулась ко мне. — А почему вы меня не остановили, ваше благородие?! Вы же не всерьёз это всё предлагали?!

Фух. Я воткнул заднюю передачу.

— Ваше благородие? Вы же не собирались на самом деле… Это? — настаивалаПанова.

— Я — нет. Но, признаюсь, мне показалось, что собирались вы. Кто я такой, идти против желания дамы?

— Вам показалось, — снова отвернулась она. — Не было никаких желаний!

Когда мы выехали на трассу, то некоторое время молчали.

— А если бы я не остановилась? Вы бы… Позволили этому случиться? — сказала вдруг Панова, уже пришедшая в себя.

Я загадочно улыбнулся, но не ответил. Попутчица же продолжать тему не захотела, уставившись в окно. Однако иногда, всё-таки, бросала на меня странные взгляды.

Билеты в Петербург я взял в автоматической кассе, в общем зале. Панова до конца просила отказаться от неблагоразумной затеи. Пришлось убеждать на практике. Перед тем как пойти на «неоправданный риск», я помог купить билеты одной очень тревожной женщине лет пятидесяти, которая никак не могла пройти не самую продуманную процедуру с оформлением билета.

Взломать такой терминал большого труда не было. И я очень дотошно вбил паспортные данные женщины в программу, просто в момент синхронизации с сетью подменил фамилию покупательницы на Александру Александровну Александрову-Александровятскую, а затем попросил Панову затребовать у своих информацию, есть ли такой пассажир в списках или нет, и едет ли в Петербург некая Сорочко Степанида (как и звали женщину).

Девушка ради этого даже включила телефон. Растерянно сообщила о шести пропущенных вызовах, а потом сделал пару звонков, наблюдая за мной. Я же времени особо не терял и оформил билеты для себя и Пановой, также перехватив отправку имён и заменив их на выдуманные.

— Сорочко в списках нет, а Александровятская едет… — сказала оперуполномоченная, закончив разговор. — Да как ты это делаешь?!

— Магия, — только и ответил я, а потом поспешил за удаляющейся женщиной. Подводить незнакомку мне совсем не хотелось. Она ведь ни в чём не виновата. Так что, когда та подошла к кондуктору в ярко-белом мундире, проверяющем пассажиров на входе в поезд, я уже был рядом. Служитель железной дороги посмотрел документ, навёл сканер на билет. Пиликнул. Я успел подменить ответ из сети, показав мужчине настоящую фамилию, и Александра Александровна Александрова, с паспортом на Сорочко Степаниды, села в вагон. Официально.