Чтение онлайн

Я положил фотографии на стол.

— Нет. Это не мой брат.

— Я рад. Может быть он еще найдется среди живых. У нас эти случаи — повседневная работа, и репортеры сюда не слетаются. Вот если бы кого-то уложили в «Хилтоне» или на пляжах Ориентале — это другое дело.

Лейтенант протянул мне протокол.

— Распишитесь. Мы оформим ваш визит, как протокол опознания. Лишняя галочка.

Я расписался и ушел.

Не знаю, почему, но я решил пойти в тот кабак, куда направлялся с деньгами Тибс. Я шел по ночной улице и не видел драк, насилия, резни. Лейтенант преувеличивал. Шлюх и сутенеров здесь хватало, но они были безвредны. Фотография трупа, которую мне показал Клеменс, совсем не походила на Тибса. Их схожесть заключалась в плаще, шляпе и машине. Скорее всего убитым был обычный бродяга из чужого района, которого подкупили для передачи портфеля человеку в ресторане.

«Красный петух» не зря так назывался. Здесь вертелись мулаты в ярких гавайских рубашках и девицы в обтянутых шелковых юбках, едва прикрывавших трусики, если они на них были. За столиками сидели типы с мордами гангстеров из старых голливудских лент и пили шампанское. В такой шарашке опасно интересоваться чужими делами. Чужаков здесь чуют за милю.

Я сел за стойку и заказал джин.

Не успел я получить свой заказ, как ко мне подсела красотка с пышными формами. Ее перекрашенная физиономия могла вызвать только отвращение, но шикарные черные волосы и высокая грудь компенсировали недостатки.

— У меня есть райский уголок на соседней улице, красавчик. И джин у меня имеется не хуже этого и в обилии. Бесплатно.

— Бесплатно?

— Он входит в тариф обслуживания. Я осмотрелся по сторонам. Возле колонны, пытаясь удержать ее от падения, стоял мулат в белом костюме и косился в нашу сторону.

— А мне голову не проломят в райском уголке?

Девица загоготала низким голосом. Нет, красавчик! Я держу марку. Ты останешься довольным.

— И во что мне это удовольствие обойдется?

— За раз — десятка, за ночь — четвертной.

— Ты местная?

— Странный вопрос. Из Вашингтона на ночь прилетела с тобой повидаться.

— Ладно, пойдем.

Она провела меня сквозь несколько подворотен, где я спотыкался обо все подряд, и так мы ушли на целый квартал. Возле шатающиейся лачуги она кивнула мне на открытую лестницу, и мы поднялись на самый чердак. Здесь все были такими, и я не стал возмущаться. В ее понятии это могло называться раем. Само гнездышко представляло собой комнату, в которой с одной стороны, где мы вошли, находилась дверь, с другой — окно, остальное занимала кровать. Обойти ее можно только боком, вдоль стеночки, и рассчитана она не на одну пару.

— Ныряй, котик!

Красотка закрыла за собой дверь и задвинула щеколду.

Я сел на край кровати, достал бумажник и вытащил две десятки и пятерку. Положив деньги на кровать, я сказал:

— Ты моя на всю ночь! Не успел я и рта открыть, как блузка и юбка полетели на пол.

— Не торопись, красавица. Еще вся ночь впереди. Это я заплатил за беспокойство. И ты получишь столько же, если…

— Ты что извращенец?

— Сядь рядом. Мы с тобой будем разговаривать. Меня интересует совсем другое.

— Ты что легавый? — ее глаза вспыхнули, а ноздри раздулись.

— А что, похож?

— Нет.

— Что тебе надо?

— Меня интересует парень, которого зарезали три месяца назад в двух кварталах к югу. Меня интересует парень, который зарезал того парня. Я плачу за информацию. Разборки я буду устраивать в другом городе, никто тебя или кого-то еще не заподозрит. Я, как и ты, даю гарантии, если имею с кем-то дело.

— Но ты кого-то держишь на крючке. Иначе не пришел бы в наш кабак?

— Высокий, крупный тип, лет пятидесяти, с крашенными волосами. На галстуке булавка с черной жемчужиной. В Южной Азии можно такие достать за большие деньги. Возможно, что он бывал там, выправка осталась офицерская. При нем холуй есть. Носит усы в ниточку. Думаю, что эти ребята имеют отношения к убийству-Что скажешь? Знаешь, о ком идет речь?

— Знаю.

Девица скрипнула зубами.

— Вижу, что и тебе от них досталось?

— Не твое дело. Но кое-что рассказать могу. За риск возьму сотню. Деньги вперед. После этого ты смотаешься из города. Навсегда! Или попадешь в морг!

— Круто! Согласен!

Пришлось выложить сотню. Хозяйка, блеснув браслетами, смела деньги и сунула их в бюстгальтер.

— Зовут его Брамма. Дэвид Брамма. Где он воевал, я не знаю, но шрамов у него на теле хватает. Он переспал со воегли шлюхами города. Шестерку его зовут Большим Дэ. Он содержит здесь несколько плавучих борделей, которые никто не может вычислить, и крупную банду пуэрториканцов, с помощью которой обложил налогами всю южную часть города. Его прикрывает лейтенант Клеменс из полиции округа. Влиятельная сволочь. В паре они творят, что хотят. Мэр в их дела не лезет. В свое время он по недомыслию вручил Клемеису «Золотой значок» лучшего полицейского, и теперь ему глупо обвинять Клеменса в коррупции. Так в свое время они с моим парнем расправились, а меня пустили на панель.

— У Брамма есть дочь?

— Была, да вся вышла. Умная девка. Обвела папашу вокруг пальца и упорхнула. Большой Дэ до сих пор кусает локти. Ищет ее по всей стране. Но плохо ей будет, если он ее найдет. Сибила — его слабое место.

— Он мог давать кому-нибудь деньги под проценты, в долг, на дело? — Шутишь, дружок? Брамма за цент удавиться готов. Он снимает огромную дань, но ему мало. Теперь он отлавливает нелегалов и торгует ими.

— Ты права. Это похоже на выкуп?! Это не долг.

— О чем ты?

— Что ты знаешь о покойничке, которого нашли с ножом на улице?

— Про нож могу тебе рассказать. Большой Дэ хотел забрать нож у лейтенанта, но тот не отдал. Дэ предложил ему тысячу баксов, но тот только разозлился. Все знают, что люди Браммы носят такие номси. Он привез их из армии. Оружия у него хватает.

— Откуда ты знаешь?

— Разговор слышала. Лейтенант и Дэ вели переговоры в «Красном петухе» в отдельном кабинете. А Сэм послал меня подслушать. Рядом есть каморка со слуховым окошком.

— Кто такой Сэм?

— Хозяин кабака! Он давно зуб точит на Брамму. Брамма тянет с Сэма немало зеленых. Короче говоря, Врамма решил забрать нож у лейтенанта. Он не хочет, чтобы легавые имели улики, а Клеменс ему сказал: «Ты цапнул двадцать штук, а мне предлагаешь одну. Я еще сам хозяин на своей территории. И передай Крикету, что он у меня на крючке.»

— Крикет? Это кличка убийцы?

— Наверное. Он утверждал, что Крикет снял большой куш, а Брамма все себе захапал. Брамма вяло оправдывался, что кто-то окрутил Крикета. Однако Клеменс не поверил ему. Разговор ничем не кончился. Сэм остался доволен. Он давно хочет рассорить их. Но Клеменс не дурак. Он знает, что один ничего не сделает. А Сэм что-то знает о Брамме и готовит ему ловушку. Но Сэм знает, что ударить он сможет только один раз. Промах — это смерть. Сэм ложится спать, а его охраняет дюжина мордоворотов. Отставники из морской пехоты. Он воевал в Корее. Я даже видела у него мундир с медалями.