Чтение онлайн

– Слушай, а действительно, как живут слепые? Как устроена их жизнь? Что и как едят, пьют? Что их интересует? Что они вообще умеют делать? Откуда берется слепота? Как влюбляются? Это же интересно.

– Пожалуй, ты опять право, мое второе Я.

– Ну, так давай, сойдись с людьми, побывай у них дома, посмотри, узнай их жизнь, залезь в их шкуру. Давай, ты же умеешь, тебя учить этому не надо!

– О’кей, договорились Ваше Дражайшество!

Но! Поистине тысячу раз прав многомудрый Экклезиаст: «Суета сует»! Одолела суета, захлестнула и утопила бы, но…

Но по порядку. Некий господин, из новых, с характерной для новых фамилией Хряпко, а имя и особенно отчество вообще туши свет – Василий Варфоломеевич, задумал в виду грядущих политических баталий свой героический образ и, соответственно, деяния, освещать посредством интернета, для чего учредил новостной портал. Набрал молодых, борзых и пошла чудить молодежь!

Прошу прощения за сравнение, но во времена оны в ШРМ – школе рабочей молодежи писали грамотнее и складнее. Разогнал г-н Хряпко всю эту шатию-шматию, набрал других, а что толку – результат тот же. Как вам такие заголовки: «Работники МЧС отбились табуреткой от пенсионера с ножом», «Пенсионерка чуть не забила молотком компьютерного мастера», «Стали известны причины порки голой женщины крапивой», «Житель города N увидел в окне дома девушку и изнасиловал ее», «Голая женщина покусала сотрудника ДПС»? Как заголовочки? А что под ними – полный абзац! Вот и вышли на меня, и теперь я не только журналист в газете, но и корректор, в чем-то редактор и еще кое-кто на этом интернет-портале. Редактором портала значится девочка, кукольная такая – там, где природа ошиблась, ей ботаксом исправили, реснички подклеили, губки поддули и г-ну Хряпко, по слухам, эти исправления пришлись очень по душе, и теперь пассия Василия Варфоломеевича если в редакцию и запорхнет, то совсем ненадолго. Детишки, я так молодняк редакционный про себя называю, придумали такой ход – дежурный редактор: сегодня ты редактор, завтра я, послезавтра он etc. Вот такой цирк получается. И получается, что пишут эти придумщики, как и что бог на душу положит, а правлю и подчищаю за новоявленными корифеями журналистики, гениями апломба и бездарности я. Да бог с ней с бездарностью, когда у нас пророки были в цене, они же еще и гении безграмотности! Чудовища! В четвертый класс – падежи и спряжения глаголов учить! И получается кто я – правила, и душу мотать, получается! Выматывают меня эти гении до психоза и так плюнуть хочется на все это и растереть, да деньги хорошие держат, а хорошие деньги – это хороший фактор. Нет, ребята они вообще-то неплохие, зря я на них набросился, хваткие, дерзкие, готовые ниспровергнуть все и вся, не то что в наше время, но какие-то… не то что недоделанные – недоученные, вот и приходится их доучивать и, знаете, это не самое плохое, самое плохое, когда переученные. Назвать плохими их не могу, плохими назвать – самое простое. Нет, они не плохие и не хорошие – они не такие, как мы.

Не до слепых мне стало, вечером себя изможденного домой приволоку, пожую чего-нибудь под телевизор, а в телевизоре та же молодежь – сплошной КВН. На всех каналах этот токсикоз. Выключу, внутренний голос, т.е. совесть, зудить начинает: «Тема! Тема! Кто тут больше всех кричал про тему?»

И, правда ведь, тема! Перемогу себя, превозмогу, сяду, начну писать и ковыряю, ковыряю, и ничего – одна вата какая-то. И тону, и задыхаюсь в этой вате, и ничего, нет ничего в написанном – пустота, слова какие-то никакие, бесполые, плоские, вялые, ползут как гусеницы на жаре. Я даже слово для них придумал – плоскота. И мучаюсь, и вязну в этой вате, намаюсь и в конце концов скажу сам себе:

– Всё, не могу больше! В выходные, на свежую голову засяду! Железно! Клянусь!

Но выходные проходят в отупении и апатии, подойду к холодильнику, открою…и закрою – смысл? Никакого – в понедельник опять газета и молодые гении. Всё. Круг замкнулся.

Но, наверно, на такой именно случай нам и придумали советь, и в пятницу она не пошла – ринулась на меня в атаку!

– Ну, так что, товарищ? Нет, господин! Господин Гаврилисяновинский-дун, волчина пера, ты этакий? Сдался, лапки кверху?

– Нет. С чего ты взяла?

– А как, по-твоему, это называется?

– Ну, сама же видишь, когда?

– Отговорки.

– Черт с тобой! Пусть будут отговорки, только отвяжись.

– А какие песни пел, распинался: «Пожить жизнью слепых»!

– Аа.

– Что «Аа»?

– А-а-тстань!

– Так ты говоришь, хочешь побывать в шкуре слепого?

– Ыгым. Говорил.

– Пожалуйста, вот она. Держи!

– Не понял.

– Надевай, давай! Не понял!

– Прямо вот так, сразу?

– Прямо вот так. Сразу! Надел?

– Ну.

– Не нукай! Застегнулся?

– Ыгым. На все что можно.

– И как? Не жмет?

– Да не жмет! Не жмет! Как ты меня достала!

– То-то. Что видишь?

– Ничего.

– Тогда порядок. Переходим в параллельный мир.

– Стой!

– Что еще?

– Куда переходим? Надо же еще выяснить, что они могут, как живут!

– Кто?

– Слепые.

– Так выясняй! Кто у нас акула пера шестижаберная, журналист-ассенизатор? Мне тебя учить находить, выпытывать правду? Это же твоя работа.

– Правду выпытывают, известно, в каких учреждениях, там же и добиваются, и методы этих учреждений тоже известны.

– Ну, тогда завоюй. Ты же у нас боец!

– Завоевать правду? И что же это за правда, если она завоевана? И заполучить – звучит с какой-то ноткой агрессии. Правда, голубушка, продукт деликатный, ее можно только доверить, это как душу раскрыть.

– И что тебе мешает, боишься опуститься до уровня слепого? Как же, королю журналистов и снизойти к каким-то слепым?

– Да ничего я не боюсь! И причем здесь снизойти? Чтобы понять, нужно не побывать и не побыть, а пожить жизнью слепого, пропустить через себя его боль, горе, муку, беду, понять и обрести честную, искреннюю, истинную правду и тем самым возвыситься.

– Возвыситься? Вот это твое! Что былая слава покою не дает?

– Да брось ты! Возвыситься над собой.

– Так чего же мы ждем, тема стынет. Обратись к первоисточнику.

– ?

– К Колтыганову Юрию Константиновичу.

– К Колтыганову – мысль хорошая. Только вот так без подготовки, без собранного материала, полным дураком, взять и прийти. И с порога: «А расскажите, пожалуйста, что Вы чувствовали, когда ослепли, извините, зрения лишились? А что Вы можете делать?»

– Так займись! Узнай, как слепнут люди, каковы причины слепоты, что они чувствуют, потеряв зрение? Замучил ты нас уже совсем!

– Кого это вас?

– Кого? Кого? Меня и читателя!

Что говорить, правда, как всегда, за совестью – тема действительно стынет, и тема довольно закрытая, и не то чтобы ее кто-то закрыл, просто многие из нас вообще не имеют представления о слепых людях, а если и имеют, то весьма отдаленное и, как правило, из художественной литературы. И ринулся я в джунгли интернета и пыльные дебри библиотек рыть и копать. И рыл, и копал, и кое-что нарыл. И, фигурально выражаясь, стряхнув библиотечную паутину и пыль, для начала приведу два факта: