Жена светлейшего князя
Шрифт:
— Откуда я знаю, Ла Ренн? — огрызнулся король. — Замок в принципе пуст, если ты не заметил.
— Но, Ваше Величество!..
— После.
Бальдоэн стремительно вышел из комнаты, и будь он простолюдином, это наверняка назвали бы «сбежал».
— Расползлись, как тараканы, — брезгливо заметила я словами Крис. И поспешила продолжить, чтобы отвлечь внимание: — Скоро ведь и сюда доберутся, да?
— Не успеют, — хладнокровно отозвался Геллерт. И заглянул мне в глаза: согласна ли?
Души коснулась печаль об искорке новой жизни, которую вновь не удастся сберечь. Впрочем, есть ли она, не погасил ли её Родник, призванный поддерживать узор перехода?
Я спрятала лицо у Геллерта на груди.
— Конечно.
— Мы погибнем.
Я едва заметно шевельнула плечами: пусть.
Муж тихонько вздохнул.
— Ну хорошо. Только мне снова понадобится сила Родника — сам я сейчас не смогу заставить даже штукатурку осыпаться.
Я согласно кивнула и в последний раз расстегнула замочки браслетов.
Мы снова были замком — каждым его камушком, трещинкой, раствором между камнями, черепицей на крышах. Целиком, от остриёв шпилей до глубочайшего из подвалов, от донжона до внешнего кольца крепостных стен.
Невзятым замком, несмотря на сновавших по его галереям и переходам чужаков.
— Кристин. Простите за всё.
— Давно простила.
И ворота с лязгом захлопнулись — сами собой.
Крепость содрогнулась, будто просыпаясь от многовекового сна. По её толстым стенам побежала паутина трещин, опоясывая башни и галереи. Посыпались камушки, заметались попавшие в ловушку люди и кони. Не обращая на них внимания и поднимая в воздух облака серой пыли, замок начал медленно оседать, и за его оглушительным грохотом невозможно было расслышать многоголосый вопль отчаяния.
— Люблю вас.
— И я.
А потом мой мир окутала тьма.
Эпилог
Мириады серебристых искр над головой — столько я видела только здесь, в горах, где земля тянется к небу каменными пиками, а оно склоняется к ней бархатным пологом.
— Почему серебристых? Они разноцветные, и не искры, а шарики.
Пузыри. Радужные пузыри, величаво движущиеся сквозь предвечную темноту.
— Красиво.
— Очень. А теперь взгляните туда.
Я обернулась и совсем по-детски, как когда-то у Безмолвного водопада, ахнула:
— Источник!
Я видела его дважды, но таким — впервые. Многоцветное тёплое сияние, не имеющее формы, но с ослепительной сердцевиной. Восторженный, радостный хорал, от которого увлажняются глаза и неровно бьётся сердце. То, что дарует жизнь всем мирам.
— Выходит, мы умерли?
Мы с Геллертом переглянулись, и он с сомнением ответил:
— Как-то не похоже.
А затем наклонился и поднял лежавшие у моих ног браслеты из алюминиума. Надел их мне на запястья, и я наконец осознала, что до этого сквозь меня полноводно текла сила Источника. Мимоходом удивилась, что совсем не чувствую истощения, и задала новый, более важный вопрос:
— Тогда что случилось?
«Лёгкого вам пути через Источник!»
— Думаю, нас выкинуло наружу, — муж говорил, будто сам не верил этому до конца. — Всё-таки мы были в месте, где Источник пробивается в наш мир…
Мы дружно посмотрели на переливающийся Источник, и в его мелодию вплёлся весёлый смех.
— То есть, — медленно начала я, — мы живы и находимся в пространстве между мирами? И, если захотим, можем вернуться?
Один из пузырей вдруг приблизился к нам. В его цветах было больше синих оттенков, а в музыке — виолин и цимбал.
— Или можем отправиться вслед за нашим народом, — подхватил Геллерт, и к нам подплыл другой пузырь, переливающийся оттенками от изумрудного до малахитового. Он звучал трубами и свирелями.
«Или в мир Крис».
Я не сказала этого вслух, но к нам всё равно подлетел третий пузырь — ярко-голубой. Его инструментом был орган — величественный и потрясающий душу.
— Или вообще куда угодно, — закончил Геллерт. Повернулся ко мне и широко повёл рукой: — Выбирайте, Кристин. Куда бы вам хотелось?
Я недоумённо моргнула.
— А разве вам не надо вернуться к обязанностям светлейшего князя?
Муж хладнокровно коснулся воротника рубашки, который больше не скреплял Знак Правителя.
— Уже нет.
И усмехнулся:
— Знаете, Кристин, иногда, в минуты слабости, я представлял, что было бы, если бы род де Вальде не был княжеским. И, кажется, — он взглянул на Источник, — эти фантазии услышали.
Под ноги легла дымчатая дорожка, приглашая в путь.
— Так что вы выбираете, Кристин?
Я скользнула глазами по бесчисленным мирам и наобум указала:
— Давайте туда.
Потому что: какая разница? Главное, теперь были мы вместе. До самого конца, когда бы он ни настал.
***
Легенды рассказывают, что однажды с севера в земли будущего княжества пришли мужчина и женщина на сносях…
Конец