Чтение онлайн

– А каким ты видишь своё счастье?
– поспешил он перевести разговор на саму зелтронку.

– Мне нравится помогать окружающим, - с искренней, непривычно-открытой улыбкой призналась зелтронка.
– Помогать им понять себя, свою суть, обрести цельность, возвращать в жизнь радость. Мне вообще нравится понимать других, узнавать, что они думают, что чувствуют. Даже в зверях скрыта индивидуальность, что же говорить о разумных во всём их многообразии.

– Вот как, - удивился Костас, оглядывая свою спутницу уже новым взглядом. И тут ему на ум пришёл ещё один персонаж с схожим мировоззрением идеалиста.

– Тебе с моим приятелем пообщаться, - тут же озвучил свою мысль мандалорец.
– Вы б нашли общий язык: он как ты - тоже малость имеет пунктик на тему "помочь всем".

– И чем он занимается?

– Он как раз один из тех самых захватчиков, которых ты так всех скопом записала в закомплексованные личности, - хихикнул Рам.
– Зовут его капитан Нэйв. Грэм Нэйв.

Строго говоря, этим признанием Костас с головой выдал свою принадлежность к армии КНС, но на Эрис это не произвело особого впечатления. К оккупантам тут относились с весьма своеобразным интересом, далёким от агрессии.

– Мы успели познакомиться, - весело прищурилась она.
– Мне понравился твой друг. С виду такой серьёзный и суровый, но на самом деле искренний и добрый человек, которого ведут справедливость и доброта. Вот только в людей он не верит. Нужно будет попытаться вытащить его прогуляться и полетать на рупинах. Они с Рогаликом сойдутся характерами.

Рам внимательно посмотрел на зелтронку, а потом отрицательно покачал головой:

– А вот это вряд ли. Как ты сама сказала - людям он не доверяет. Поэтому ждёт тебя отказ от прогулки и подозрение в желании втереться в доверие.

Ответом ему был искренний звонкий смех.

– Вы такие смешные, - с истино зелтронской непосредственностью сообщила Таи.
– Пытаетесь казаться не теми, кто вы есть, окружаете себя традиционной ложью, которую называете приличиями, скрываете свои намерения... Вы умудряетесь оставаться одинокими посреди многомилионной толпы, а в искренних проявлениях пытаетесь углядеть корысть. Наверное, это всё востребовано в ваших родных мирах, но для нас выглядит очень забавно.

– Наверное, - не стал спорить Костас.
– Но в его мире - это необходимость.

– На то и нужны друзья, чтобы помогать посмотреть на себя и мир иначе, - подмигнула ему зелтронка.
– Расскажешь ему, что побывал среди страшных коварных зелтронов и вернулся живой и здоровый, - она подхватила бокал с вином и подняла в шутливом салюте.

– Ага, типа того, - закивал мандалорец.
– Правда, я кафарель искал. Но, видать, не судьба - не нашёл.

Эрис рассмеялась ещё веселей прежнего.

– Боюсь, что разочарую твои ожидания, но очень многие из тех, кого ты видишь вокруг - кафарель.

Она кивнула в сторону девицы в компании всё ещё рыбачившего забрака. Тот выглядел совершенно довольным жизнью. Следом Таи указала на рослого зелтрона, успокаивающе обнявшего расстроенную чем-то твилекку. Парочка устроилась прямо на земле, у одного из открытых очагов, и тихо о чём-то беседовала. Следующей кафарель оказалась зелтронка, игравшая на каком-то музыкальном инструменте блаженно развалившемуся в траве человеку, в котором Рам, к своему изумлению, узнал одного из трёх выживших лейтенантов-джабиимцев. Впервые за последние недели мандалорец видел его таким расслабленным и умиротворённым.

– Во как, - только и смог сказать порядком ошеломлённый Костас.

– Открою ещё одну страшную тайну, - хихикнула довольная произведённым эффектом Эрис.
– Ты и сам сейчас беседуешь с кафарель.

Костас едва не поперхнулся рыбой.

– Серьёзно?
– едва смог просипеть он.

– Что тебя так удивляет?
– всё с тем же весёлым любопытством спросила Эрис.

– Не ожидал, - честно признался Костас.

– А чего ожидал? Что я потребую наличку вперёд и брошусь срывать с тебя одежду?
– смеясь, уточнила кафарель.
– Я, конечно, могу это сделать, но мне казалось, тебе нужно нечто иное.

Она подмигнула растерянному мандалорцу, отщипнула ещё немного от рыбьей туши и поднесла угощение к его губам.

– Для начала, просто отдохнуть и расслабиться.

Костас, пребывающий в некоторой растерянности от её слов, неуверенно кивнул и осторожно коснулся губами пальцев свой необычной спутницы. В чём-то Эрис была права - происходящее действительно нравилось ему куда больше того, что он ожидал от этой планетки.

– Раз такое дело, - решился он, - то скажи, ты сейчас используешь феромоны?

Отправившись на эту прогулку, комендант совершенно осознанно нарушил собственное правило не контактировать с местными без дыхательных масок или носовых фильтров. Помимо желания научиться без всяких приборов отслеживать эффект от применения зелтронской биохимии, ему было по-человечески интересно испытать на себе то, о чём он слышал так много невероятных историй.

– Совсем немного, чтобы тебе было проще расслабиться и думать о приятном, - призналась Эрис.

– А ты можешь постепенно увеличивать концентрацию, чтобы я успел осознать эффект?
– попросил Рам.

– Всем сперва любопытно, - снова очень заразительно рассмеялась девушка, и Костас невольно улыбнулся в ответ. Последнее он тут же списал на действие вина и той самой полученной дозы феромонов.

– Я буду очень медленно увеличивать концентрацию, но, поверь, нам лучше сперва перебраться в более уединённое место...

Такое место нашлось неподалёку - тот самый павильон, что Костас заметил раньше. Оказалось, что он разделён на отдельные номера, вроде гостиничных, но неуловимо от них отличающихся атмосферой уюта и уединённости. В том, куда привела его Эрис, была просторная ванная человек на пять, не меньше, и какое-то невероятное количество банок, бутылок и прочих ёмкостей далёких от мужского понимания.

– А теперь расслабься и следи за сменой ощущений, - посоветовала кафарель, указав Раму на удобное кресло. Когда тот занял его, свет погас, и номер погрузится в темноту, в которой со всей отчётливости проступили светящиеся рисунки на теле Эрис. Раздался тихий шелест падающей на пол одежды, и рисунок обнажился полностью. Причудливо изломанные линии, подчиняясь движениям девушки, складывались в завораживающий танец, всё больше и больше затягивающий мандалорца в омут чувственности. Потом он так и не смог вспомнить, когда протянул руки к обнажённой зелтронке...