Заложники
Шрифт:
Тамара на её высказывание про «сало» и бровью не повела. Она увидела соперницу страждущей клиентки – пухлая блондинка с кудряшками волос возле ушей и ямочками на щеках. Васильковые глаза смотрели с нежностью и любовью на невзрачного блондина. Тот улыбался в ответ, его лицо светилось и становилось даже красивым. Они стояли в магазине, держались за руки, что-то тихо обсуждали и… выбирали детскую коляску?
Гадалка пристально посмотрела на посетительницу и резко спросила:
– Так чего же ты хочешь?
– Можете его отворожить от неё, и приворожить обратно ко мне? И ещё… – шёпотом с горящими глазами произнесла она, – Дайте мне что-нибудь такое, чтобы я ей в чай подлила, и она перестала быть беременной. Эта коза залетела, чтобы привязать его к себе! У них скоро свадьба!
Низость просьбы девицы огнём полоснула по старым ранам в душе Тамары, острой болью отдаваясь в сердце – токсичный брак с рано прервавшейся беременностью на фоне стресса. Врачи после этого пророчили ей возможность зачатия только с медицинской помощью.
– Вот дрянь… – перебарывая внутреннюю боль сквозь стиснутые зубы прошипела Тамара.
Девица радостно закивала, почти по-шакальи поддакивая:
– Угу-угу, припёрлась такая, змеюка змеюкой и прибрала к рукам чужое. Куда с такой рожей лезет, спрашивается? Пусть катится и ищет себе ровню! Дворника какого-нибудь, дура деревенская…
– Пошла вон! – зарычала Тамара, поднимаясь из-за стола.
Посетительница непонимающе вытаращилась и захлопала на неё опахалом наращенных ресниц.
– Сначала о Боге мне втирает, и тут же в крови детской измарать меня хочет! Душу невинную погубить моими руками решила?! Говоришь, любишь его? Деньги! Деньги его тебе глаза застлали! Только о них, о бумажках этих с ноликами думаешь! На всё готова! Чужие судьбы поломать, через людские жизни преступить, ради цацек сверкающих да барахла дорогого! Пошла вон, паскуда!
Деваха вскочила и как ошпаренная бросилась к выходу, спасаясь от разъярённой ведьмы.
– Ты за это ответишь! Я жаловаться буду! В прокуратуру! За мошенничество! Просто так я это не оставлю, тварь! – визжала она на бегу.
– Смотри, не расшибись по дороге, – прошипела ей вслед Тамара, и в тот же момент из подъезда раздался грохот от кубарем пересчитывающей ступени клиентки. Стоны и последующий неровный цокот каблучков, показали, что ничего серьёзного девица себе не повредила.
Тамара села за стол и нервно постучала по нему пальцами:
– Мерзкие людишки! – тихо пробормотала она себе под нос, – На всё готовы, ради своей выгоды… ненавижу…
Решение о том, чтобы оставить в прошлом свою деятельность гадалки давно зрело в её голове. И после произошедшего сегодня оно окончательно обрело свои очертания: да пропади оно всё пропадом!
Весенний взрыв гормонов у населения снабдил её бурным потоком клиентов, и Тамаре удалось накопить приличную сумму, достаточную, чтобы сменить место жительства, взять таймаут, и определиться с тем, чем же она хочет заниматься дальше.
«Ну, уж не магической помощью людям – это точно! Всё, наелась!»
Мозг Тамары уже начал мыслительный штурм по составлению плана действий и срочно потребовал подкрепить его сладким. Девушка решительно направилась в кухню к многострадальному заварному пирожному. А лучше всего сейчас к нему подойдёт чёрный кофе по особому рецепту Тамары – на кружку сухого кофе чайная ложка воды.
Глава 2
София Эдуардовна, риелтор, была разбужена в три часа ночи звонком своего мобильного. В ночной тишине телефон оглушительно взревел теперь показавшейся ей просто омерзительно-весёлой мелодией. Ритмично подпрыгивая, он радостно поскакал к краю тумбочки, пытаясь повторить судьбу предыдущих пяти аппаратов – самоубиться вдребезги. Женщина взяла его в руки и пару секунд смотрела прищуренным глазом в экран, искренне надеясь, что неизвестному звонящему надоест, и он сам нажмёт «отбой». Но телефон продолжал истерично-жизнерадостно дилинькать, и словно издеваясь над ней, подмигивал в такт прыгающим на экране значком соединения.
Женщина вздохнула и приняла вызов. Она вполуха молча выслушала женские перепуганные вопли, что они «съезжают немедленно и ни секунды не останутся в этом проклятом доме!», больше прислушиваясь к тому шуму, что происходил на фоне звонившей – стуки, грохот падающих предметов, уханье и замогильный хохот. София Эдуардовна нажала «отбой» и поёжилась от бегущих по спине мурашек.
В том, что этот дом проклят, она давно уже не сомневалась. Тёмное нахохлившееся деревянное здание чёрным вороном примостилось на улице среди стройных жизнерадостных домиков, щеголяющих друг перед другом боками с сайдингом и яркими крышами. Этот дом словно задался целью испортить ей жизнь. Проклятая недвижимость изгоняла из себя жильцов со скоростью пулемётной очереди, каждый раз умудряясь испортить риелтору все показатели.
Начальник косо поглядывал на Софию Эдуардовну и даже пару раз заводил разговор о том, что на пенсию нужно уходить вовремя. Сотрудник, не способный избавить фирму от этого балласта, как бы и сам тянет всю команду на дно… София Эдуардовна потела, бледнела, делала вид, что не понимает о ком речь, и снова пыталась впарить упрямую недвижимость в хоть какие-нибудь руки.
Но слухи о доме с нечистой силой уже разнеслись по округе, и покупатели обходили его по кривой стороной, не желая даже рассматривать. Большую часть времени дом теперь стоял закрытый. Сотрудники риелторской конторы негласно дали этому дому прозвище «Тридцать-Три-Несчастья».
София Эдуардовна жалобно заскулила и укрылась одеялом с головой:
«Проклятая халупа! Не мог подождать пару дней, чтобы я успела уехать с внуками в санаторий на море! Тогда бы его передали, наконец, кому-нибудь другому и кончились мои мучения!»
Она крепко зажмурилась и постаралась уснуть. Недосып в её возрасте нещадно отражался на лице лишними отёками и морщинами. А с видом похмельного шарпея тяжело задорно и весело впаривать людям квадратные метры не первой свежести.
Риелторша задремала и ей пригрезилась большая жирная стрелка графика показателей, неотвратимо падающая вниз и сталкивающая её со ступенек вагона обратно на перрон. В вагоне безутешно рыдали её внуки и жалобно подвывали тоненькими голосками:
– Сотрудник, не способный продать дом, сам является балластом на счету фирмы!
А возле перрона, надуваясь и сотрясаясь тёмными деревянными боками, жутким голосом хохотал и ухал проклятый дом.
Женщина вздрагивала и всхлипывала во сне, беззащитно съёжившись и прижав к груди краешек одеяла.
Разбудил Софию Эдуардовну опять звонок мобильного. На этот раз звонил её начальник. Радостным тоном он возвестил в трубке:
– Проснись и пой, птичка моя! Я уже в курсе, что от Тридцать-Три-Несчастья опять отказались. Но у меня для тебя хорошая новость! На электронку пришёл запрос об аренде частного дома. Клиентка желает въехать в недвижимость сегодня же. И знаешь что самое замечательное? Она не местная! Чуешь, к чему я клоню? – голос начальника стал резким и злым, – В общем так, моя дорогая! Если ты сегодня же не принесёшь мне в клювике договор на аренду этого треклятого дома, об отпуске можешь забыть! И всерьёз начать готовится к организации своих провод на пенсию. Тортики там покупать, салатики резать… Я понятно обрисовал ситуацию?