Чтение онлайн

Время от времени Матвей приходил в себя и видел всякое. Вот темный тоннель, где его указательный палец касается чего-то железного и холодного. Вперед широкая спина с задернутыми позади руками — кажется, это был Шаман. Он нес его на носилках.

Голоса собиратель слышал, но не различал: они превратились в нечто мутное, тягучее, с трудом различимое.

Потом снова наступила тьма, а после, на одно лишь мгновение, она рассеялась, когда в ушах прозвучал железный стук. Они ехали по железной дороге, в мотовозе. Но разве это возможно? Ведь сержант забрал транспорт и бросил их.

— Матвей, держись, еще немного…

Это была Арина. Сестра сидела рядом и поглаживала его ладонь.

— Потерпи еще немного…

Он хотел ей ответить, но пошевелить губами не было сил. Но хоть она жива, и хорошо.

Эта мысль успокоила его, и он снова отключился.

Потом он слышал мерзляков. Вначале казалось, будто это всего-навсего очередной кошмар, один из немногих. Он почувствовал, как кто-то взвалил его на плечи и побежал. И пока он висел беспомощным грузом, то заметил посреди дороги Пашу, Гарри и Стефана. Внутренности каждого выпирали наружу, лица разорваны в мясо. Троица бывших учеников пристально смотрела ему вслед. И вдруг словно из ниоткуда к живым покойникам присоединился Йован. Его взгляд, полный мрачной задумчивости, был прикован к Матвею. Затем, медленно и преднамеренно, Йован поднял руку и, выпятив указательный палец, начал медленно ковыряться в смертельной ране на своем лбу. Раздался отвратительный всхлип, пронзительный и невыносимый. Это продолжалось, пока Йован не вытащил палец, окровавленный кончик которого теперь указывал на Матвея, как будто пытаясь передать ему безмолвное послание. Но вместо слов Матвей услышал лишь хриплое дыхание мертвецов, эхом разносящееся в тишине.

Затем был асфальт и машины, много машин. Они то утопали в черноте, то вновь появлялись.

Матвей смог услышать голоса, но так и не различил, кому они принадлежали:

— Надо наложить повязку.

— Не стоит, мы уже рядом.

— Арина, видно там этих тварей?

— Нет, все чисто. Никого.

Темнота, белая вспышка, и он вот он уже лежит на чем-то удобном. Глаза шарят вокруг, замечают нечто знакомое в обстановке.

Это же… «Титан»! Он узнал эту стальную крышу, шкафчики, сиденья…

Над головой он заметил наполненный мешок с кровью и идущие от него пластиковые трубочки, концы которых шли до катетера, вставленного в одну из вен на запястье.

Собиратель почувствовал легкий толчок и посмотрел в иллюминатор напротив. Деревья сменялись один за другим, за ними виднелись ветряки и пухлые облака.

— Он очнулся! — раздался хрипловатый голос Тихона.

К Матвею подошла Арина и Маша, у обоих на лицах зияла радостная улыбка.

— Ну слава тебе Господи, — послышался облегченный голос Вадима Георгиевича где-то в передней части салона.

Арина вытерла одинокую слезу и осторожно обняла его.

— Где мы? — перво-наперво спросил собиратель.

— На подъезде к Великому Новгороду, — ответил Шаман, сидевший напротив. Рядом с ним сидел Лейгур.

Матвей попытался вспомнить, где именно на карте был отмечен этот город, но по голове резко ударил невидимый молоток, заставив отбросить в сторону размышления.

— Тебе нужно отдыхать. — Маша откупорила крышку с флягой и поднесла горлышко к его рту. — Все разговоры потом, попробуй уснуть.

Матвей сделал пару глотков воды и поднес руку к бороде, смахивая капли. Подобное движение еще мгновение назад казалось ему невозможным. Боже, ведь и правда с момента его первой отключки на Авиамоторной по ощущением прошло не более минуты!

— Да, намучились мы с тобой, — пробормотал Шаман на английском и ехидно ухмыльнулся, — ты уж давай, не обесценивай наш с мсье Эйгирсоном труд по перетаскиванию тебя на своих плечах. Отдыхай. Будет еще время поболтать.

Страшно не хотелось собирателю снова погружаться в пучину сна, но что поделать? Да и говорить, а уж тем паче вслушиваться в речи остальных было сродни целому испытанию. Главное — все они живы.

С этими словами он и погрузился в сон.

Проснулся Матвей от злобного крика.

— Сука! Ведь я доверился ему, доверился этой сволочи, а он…! Чтоб ему в аду гореть! Убью, убью!

Следом послышался приступ тяжелого кашля.

Салон был пуст, на спинках сидений висели куртки; на столике лежали остатки пеммикана.

На этот раз собиратель не ощущал боли, а лишь жуткую слабость. Он попытался встать и почувствовал, как живот сдавила тугая повязка.

Он взялся за поручень, поднялся на ноги и медленно заковылял в сторону открытой двери вездехода. По пути заметил, что это был вовсе не тот «Титан» на котором он путешествовал, хоть и различия между ними почти не бросались в глаза.

Выйдя наружу, он увидел всех: Арину, Машу, Тихона, Шамана, Лейгура, Домкрата, Надю, Вадима Георгиевича и Юдичева. Девять человек стояли у берега до боли знакомой гавани. Поначалу Матвей подумал, что все это ему мерещиться и протер глаза.

Все так. Это была Ломоносовская гавань, к которой они причалили. Только вот незадача — отсутствовал траулера Лейгура.

— Сволочь… гнида… будь ты проклят.

— Папа…

Вадим Георгиевич рухнул на колени. Маша подошла к нему и коснулась плеча рыдающего старика, пытаясь его утешить.

— Все к этому шло… — Юдичев махнул рукой. — Надо было слушать меня и валить сразу, как только у нас в руках оказались батареи! А теперь… во! — Он показал фигу. — Шиш с маслом! Ни ватт, ни жратвы, ни патронов! Мы здесь застряли, а на носу весна, чертова весна!

На этот раз никто не заткнул взбешенного капитана первой экспедиции.

Стоявший у самого края каменного причала Лейгур сжимал кулаки и смотрел в западную сторону Финского залива.

Арина первой заметила Матвея и сообщила об этом всем.

Скоро все вернулись в вездеход и на этот раз отправились в сторону Приморска. По пути Матвей узнал о событиях последних двух суток, пролетевших для него в одно мгновение.

Как оказалось, крыло «А» и крыло «B» подземного комплекса вели в лаборатории, не имеющей ничего общего с разработкой токсина. Они соединялись друг с другом и оба отряда почти сразу пересеклись, взявшись сообща за, как потом выяснилось, тщетные поиски «Копья». Со слов Маши, замеченное ею оборудование и химические формулы подсказывали, что там изучали генетику и нейробиологию. К сожалению, это открылось довольно поздно, и когда отряды уже собирались разворачиваться и идти к Матвею в крыло «С», сержант воспользовался моментом и запер их в одной из лаборатории.

— Сукин сын сделал это сразу после того, как ты связался с ним, Матвей, тогда по рации, — рассказывал Вадим Георгиевич, голос у него отчего-то стал скрипучим, как старое дерево, покачивающееся при быстром ветре. — Мы толком ничего не разобрали из сказанного, но услышали главное — ты нашел «Копье». Мы было ринулись к тебе, так этот сукин сын раз, и прямо под носом у нас дверь закрыл, такую большую, металлическую. И ушел, представляешь? Молча ушел, ублюдок! Мы чего только не перепробовали, чтоб эту дверь открыть, все без толку! Я вот одного не пойму, почему он сразу к вам не пошел, а отправился на станцию? Почему сразу не отобрал токсин?