За гранью разумного
Шрифт:
– Бате деньги вернуть не забудь.
Разобравшись с военкоматом, наконец-то отправился к дому. А ведь полкан реально испугался за сына. Конечно, разговаривал я с ним довольно нагло, да и отметки об участии в боевых действиях его, скорее всего, немного напрягли, наверняка с Чечни приходили наглухо отбитые пацаны, но ничего я его сыну не сделал бы. Из нас, конечно, лепили убийц. Да и психика удивительным образом меняется после первого-второго боестолкновения. Особенно когда ты трупы первые увидишь. Причем не важно, оппонентов или коллег. Но, все-таки я не был, надеюсь, контуженным на всю голову отморозком, который сможет хладнокровно отправить на тот свет невиновного гражданского.
Размышляя таким образом, я добрался до своего дома. Не успел дойти каких-то трех метров до подъезда, как был снесен в сторону. Хорошо, на газон спиной приложился. И придержал навыки, желающие прибить нападавшего в жестокой, рукопашной схватке. Нет тут смертельных врагов! Я с удовольствием смотрел снизу-вверх на оседлавшую меня валькирию, отмечая, как она выросла за эти два года. Пожелавшая таким оригинальным способом поздороваться со мной Юлька вцепилась в горло и принялась вбивать мою голову в газон с каждым новым словом:
– Я! Тебе! Тридцать! Тридцать!!! Писем! Написала! Хоть! На одно! Мог бы ответить!?
Переждав вспышку гнева, осторожно приобнял сестренку:
– Извини, не получал. Да даже если и получил бы – не было у меня времени ответить. Не давали нам его.
– Дурак! – из девчонки как будто вынули позвоночник. Расплылась медузой на моей груди и начала хныкать: – Я же реально думала, что ты погиб!
– С чего бы вдруг? – удивился я – Нам давали несколько раз сотовые родным позвонить. Сообщить, что все в порядке. Вот ты меня чуть не прибила – это да.
– Ой! – опомнилась девчонка и сползла с меня – Извини.
– Ты меня извини. – отозвался я, ища свой улетевший кепарик – Сам себе такой режим выбрал. Письма с гражданки не поступают. Так что если и получу – то через пару недель на домашний адрес.
– Нет! – заалела краской вполне сформировавшаяся девушка – Не читай!
– Что значит «нет»? – деланно удивился я – Ты же мне писала?
– Тебе. – подтвердила Юля.
– Хотела, чтобы я эти письма прочел? – уточнил я.
– Хотела. – кивнула Юлька, и тут же затараторила: – Это же было тогда. Сейчас не надо читать. Ну пожалуйста! – прижала кулачки к груди.
Глядя в это умильное личико со вздернутыми бровями, я не мог не расхохотаться, за что сразу же получил кулачком по лбу. Хорошо, что тыльной частью. Вновь оседлав меня, Юлька принялась мутузить находящееся под ней тело приговаривая:
– Ах тебе смешно? Получай! На! Я тут о нем беспокоилась! А он там развлекался! – и так далее.
Вяло отбиваясь, я так и не смог сдержать ржач. Девушка выглядела настолько нелепо… В принципе, наверное, как и должна выглядеть обычная девушка. А не обученный боец, к которым я за последние два года привык. Так что в последующие две минуты я испытывал истинное удовольствие, уклоняясь и закрываясь от атак Юли. Выдохнувшись, девочка опять ткнула меня кулаком в лоб и удовлетворённо произнесла:
– Воть!
– Довольна? – попытался я скрыть смеющиеся глаза.
– Нет! На тебе, напоследок!
– Может, разрешишь в квартиру уже подняться?
– А ты что, в квартире до сих пор не был? – мигом слезла с меня Юля.
– Благодаря твоим стараниям. – как можно язвительнее ответил я.
– Там же Тимофей. – всполошилась Юля.
– Ну… Кот. – подтвердил я.
– Вдруг не поест во вовремя?
– Тимофей? – уточнил я.
– Ну да. – подтвердила Юля.
– Пожрет не вовремя?
– Ага.
– Ага... Тимофей! Если ты меня слышишь – я иду домой! Ключ есть и очень большие вопросы по поводу твоей диеты. – я стремительно направился в подъезд.
– Ну что могу сказать. – Тимофей забавно потер лапой за ухом – Армия пошла тебе на пользу. Вес, вон, скинул.
Это правда. Перед призывом я весил сто восемь, при росте в сто девяносто. На дембель уходил при весе в восемьдесят три. За два года моего отсутствия эта харя, кот, который, разожралась до немыслимых пределов! Взвешивать его, ясно дело, никто не пробовал. Но габариты-то.
– Как ты до таких размеров умудрился раздобреть?!
– поразился я – У нас даже хлебопёки такими не были.
– Ну так-то у вас… – мурлыкнул кот.
Тимка был довольно крупным котом. В длину, наверное, около метра без хвоста. Но при этом поджарым. Хищным. За два года моего отсутствия его умудрились раскормить в эдакого увальня, который не то что мышку не поймает, он сам себя с трудом с места на место переносит. И сам этому не рад, похоже:
– Забери меня отсюда. – пожаловался кот – Закормят ведь до смерти. Давай опять рванем на дачу! Там только травы, кстати, которые надо собирать, между прочим. Свобода. Свет солнца… И писк мышки.
– Которой ты, при своих габаритах, не поймаешь. – я язвительно завершил этот пафосный спич Тима.
– О том и речь! – кот коварно пробрался на спинку дивана и полуобнял меня за шею – Представь. Далекая дача. Почти никого вокруг. Только ты и я. Ну и мыши.
– Гейская какая-то тема. – ответил я, сдирая Тимофея со своей головы.
– Давай самок пригласим. – не сдавался Тима – Юлька по тебе до сих пор сохнет. Уж я-то знаю. Из-за этого у нее и пошел конфликт.
– Что за конфликт? – немедленно среагировал я. Юлька девочка правильная. Проблемами делится не будет. Пока в полный рост не встанут. Тоже дура.
– Ну… – многозначительно промурлыкал котяра – Есть тема для разговора…
Спустя четыре дня.
Молодая девушка выходит из подъезда жилого дома. К ней подкатывает Мэрс с бородатыми внутри.
– Эй дэвушка, не хочешь покататься?
Не успев произнести эту фразу, горец поимел спереди машину ДПС, с включенными проблесковыми маяками. А сзади микроавтобус с сотрудниками подмосковного СОБРа, которые нихера не собирались шутить. «Лежать, сука! Морду в пол!» - это самое вежливое, что можно было слышать от них. Как уж помяли при задержании – об этом в суде не упоминали. Тем более, что в машине нашлось и оружие, и патроны, и наркотики.
Глава 7
Хорошо иметь знакомых в правоохранительных органах. Буквально за пару звонков, тезке-оперу и командиру московского СОБРа, решив назревающую проблему Юльки, я занялся тем, чем и должен был заниматься нормальный дембель. А именно – наверстыванием того, чего был лишен два года.
Друзья-подруги, веселые компании, алкоголь рекой и разнузданный секс с разными партнершами. На выносливость меня натаскали неплохо, так что девочки были в полном восторге. Проснувшись на шестой день загула в незнакомой квартире на окраине Москвы в окружении обнаженных тел, среди которых были и мужские, я понял, что пора завязывать.