Чтение онлайн

— Уведите, — повторил он, указывая головой на меня.

В тот момент, когда стражи ко мне приблизились, мир потерял краски. Слезы беспрерывно текли по моим щекам, оставляя соль на губах.

В комнате, куда меня заперли, я села на холодный пол, обхватив колени руками.

«Почему? Почему он это сделал?» — бесконечно спрашивала себя. Неужели это все сюжет? Все идет по плану, но в оригинале это событие произошло позже.

Я поднялась на ноги, но колени подгибались от слабости. Голова была тяжелой, словно наполненная свинцом. Я подошла к окну, пытаясь разглядеть хоть что-то. Но видно было лишь внутренний сад, где не могло произойти ничего, что могло бы помочь Вей Луну. Я чувствовала себя слабой и одинокой.

«Еще и магических книг теперь нет». Эта мысль вызвала нервный смешок. Да уж, то, что я лишилась магических книг, сейчас самая меньшая из проблем, даже, можно сказать, и не проблема совсем — все равно использовать их толком я не могла. Запомнила пару движений, но даже попробовать их боялась. Вдруг сама пострадаю?

У дверей покоев стояли двое стражников. Еще двоих отправили в сад. Если бы захотела, даже через окно не сбежала бы. Да и смысл сбегать? В этом сюжете все решено. Остается просто смириться и плыть по течению.

Мейлин, единственный человек, который по приказу императора мог быть рядом, пришла спустя примерно часа два. Она прошмыгнула внутрь с подносом, на котором стояла едва.

— Ваше Высочество, я принесла Вам поесть. — Она осторожно поставила поднос передо мной.

— Я не голодна. — Стоило только посмотреть на еду, как начинало мутить.

— Ваше Высочество, — Мейлин присела рядом со мной, — скажите, что я могу для Вас сделать?

— Скажи… — я облизала пересохшие губы, — как там Вей Лун? Его избили? — уже было высохшие слезы вновь наполнили глаза.

Еще никогда мне не хотелось так сильно оказаться подальше от этого мира, от всей его жестокости. Лучше бы я сидела дома и просто плакала над очередной серией «Тысячи страниц». Ее можно просто выключить и поднять себе настроение прогулкой, вкусной едой, зная, что все, что на экране — лишь игра актеров, они мучаются и страдают не по-настоящему.

— Принцесса, пожалуйста, не плачьте. Вей Лун сильно пострадал, но он сильный, думаю, он выживет.

«Конечно выживет, в нем демоническая кровь. Но это не значит, что он не чувствует боли», — всхлипывая, думала я.

— Принцесса, что я могу для Вас сделать? — Глаза Мейлин были полны сочувствия. — Не переживайте о страже. Вы так сильно изменились с тех пор, как он появился. Вы многое для него делали, не корите себя теперь, прошу Вас…

Мне вдруг так захотелось хоть кому-нибудь выговориться, хоть с кем-нибудь поделиться своими переживаниями, и, едва начав говорить, уже не могла остановиться.

— Мейлин, — я понизила голос, чтобы стражники за дверями точно нас не услышали, — помнишь тот день, когда Вей Лун впервые пришел в мой дворец? Тогда я видела его не в первый раз. Несколько лет назад я случайно столкнулась с ним за пределами дворца и очень-очень плохо поступила. Поступи так кто-нибудь со мной, я бы приказала казнить этого человека.

Всей правды я сказать не могла, пришлось довольствоваться измененной версией.

— Так вот почему… — громко начала Мейлин, но тут же осеклась, воровато обернувшись на дверь, и продолжила уже гораздо тише: — Вот почему Вы не хотели брать его на работу. Но… госпожа, если Вы так с ним поступили, значит, он это заслужил!

Ох, милая верная Мейлин! Во всем-то и всегда у нее права ее госпожа. И чем Лю Луань заслужила такую преданность?

Я покачала головой.

— Нет. Нужно уметь признавать свои ошибки. Я действительно была виновата.

— Госпожа, Вы такая мудрая!

— Не такая уж и мудрая, если за все время, пока Вей Лун здесь, так и не нашла в себе сил попросить у него прощения.

— Вы себя так с ним вели, потому что чувствовали себя виноватой? — охнула девушка.

— И еще потому, что мне приснился сон, что Вей Лун — демон, и он решил убить меня из мести. Как видишь, не такая уж я и хорошая. Просто боюсь за свою жизнь.

Я не знала, зачем говорила это все. Словно раз я не получила те самые удары палкой, и из-за меня пострадал Лун, то мне надо наказать саму себя. Хоть так. Хоть словами, доказать и себе и Мейлин, что я плохая и не ни что не годная.

— Госпожа… — Мейлин зажала рот ладонями, глядя на меня с испугом. Прошло около минуты, прежде чем она смогла выдавить: — Почему Вы мне раньше не рассказали? Я бы ни за что и никогда не оставила Вас наедине с этим… человеком! А вдруг он и правда демон? Они же ужасные! Отвратительные! Мерзкие! Только и могут что творить зло и сеять хаос.

Я пожала плечами, не найдя в себе силы спорить.

— Был бы он демоном, я была бы уже мертва, не так ли?

— Бедная моя госпожа! Неудивительно, что Вы были сами не своя все это время. Как же Вам было все это тяжело держать в себе…

Она потянулась ко мне, словно хотела обнять, но не решилась, и тогда я сама схватила ее в охапку и обняла. Хотелось, чтобы просто кто-то был рядом и поддержал.

— Знаешь, о чем я мечтаю, Мейлин? Сбежать на гору к заклинателям, туда, где не будет никаких демонов, где можно медитировать целыми дням и ни о чем больше не беспокоиться.

«Туда, где есть шанс узнать путь домой…» — подумала я, но вслух не сказала.

— Госпожа, а как же дворец? Император? Неужели все бросите?

— Наследная принцесса — моя сестра, а не я. Они с отцом справятся и без меня. Мейлин, если я сбегу, ты пойдешь со мной?

— С Вами, госпожа, хоть на край света и к повелителю демонов в подземелье! — всхлипнула расчувствовавшаяся Мейлин.

— О нет. К повелителю демонов не надо. И вообще не надо никаких демонов. Ну их всех… Будем с тобой светлыми заклинательницами, бороться с силами тьмы и сеять смех… то есть свет. — Я постаралась улыбнуться сквозь слезы и потому оговорилась.

Мейлин на это тихонечко прыснула. Ну да, действительно, какая из меня заклинательница… смех один.

Лежа на жесткой койке лицом вниз, Вей Лун старался не двигаться. Каждое движение вызывало новую волну боли, которая распространялась по телу, как огонь по сухой траве. Он знал, что его способность к демонической регенерации восстановит тело быстрее, чем если бы он был человеком, но в данный момент это знание казалось бесполезным утешением…