Чтение онлайн

Гримгрэй захлопнул коробочку, и досадный портрет скрылся с глаз долой. Что это он, в самом деле? Он – великий маг, достигший вершин в своем искусстве, а она – женщина. Абсолютно предсказуемо, кто кого убьет.

Гримгрэй, повторила про себя Вита, чтобы запомнить. Гримгрэй Ледяной Глаз, тебе конец. Файку я тебе не прощу.

Вита дружила с Фаиратой с восемнадцати лет. Их знакомство началось не слишком радужно: колдунья заманила Виту к себе в замок, ибо волшебные книги сказали, что для решения ее проблемы требуется некто, не поклоняющийся ни темным, ни светлым силам. И Вита проблему решила, заработав этим уважение в колдовских кругах, а попутно не на шутку привязавшись к обаятельной Фае. С тех пор она решала Файкины проблемы неоднократно. А теперь вот не успела…

Она набрала другой номер.

– Федор, это Виталия. Если ты стоишь, сядь или возьмись за что-нибудь, – она сделала короткую паузу. – Федор, твоя мать мертва. Ее убил человек по имени Гримгрэй Ледяной Глаз. Ты знаешь, кто это? Нет? Выясни по своим каналам как можно скорее. Я хочу оторвать ему башку.

Последние слова она прокричала торопливо. В коридоре вновь послышались вопли и лязг. Сердце сжалось: непутевая Аня, она же осталась там! Быстро сунув телефон в карман, Вита обнажила клинок, привела лучемет в боевую готовность и выглянула в коридор.

Глаза ее нашли Аню, скорчившуюся за массивной тумбой и наблюдавшую оттуда за тем, как на мечах дерутся две группы странных длинноволосых субъектов, и у Виты вырвался вздох облегчения.

– Что это за хиппи? – шепотом осведомилась она, мотнув головой в сторону сражающихся.

– Какие же они хиппи? – удивленно откликнулась Аня. – Это эльфы. Светлые бьются против темных.

У одной группы кожа и впрямь была темнее, чем у другой. Но внешностью они обладали вполне человеческой. Раскосые, как индейцы, и гривастые, как молодежные кумиры.

– С чего ты взяла, будто они эльфы?

– Так ведь уши острые! Сразу видно, что вы, Виталия Сергеевна, в компьютерные игры не играете.

Ага, вот что в них казалось странным: неестественно заостренные верхушки ушей.

– Полагаю, спрашивать, откуда они взялись, бесполезно, – мрачно произнесла Вита. – Пора предпринимать какие-то меры.

– Вы собираетесь влезть в драку? – ужаснулась Аня.

Вита поразмыслила.

– Пожалуй, нет. Пусть себе дерутся, лишь бы наших не трогали.

Чуть поодаль лежало тело пожилой лаборантки, непонятно – убитой преднамеренно или просто попавшей под горячую руку. Но ей помощь уже не требовалась, а на Виту с Аней эльфы не отвлекались, демонстрируя, что взаимный конфликт для них важнее всего.

– Нужно отключить все компьютеры, – сказала Вита. – В крайнем случае, разбить мониторы. Хотя… сколько времени на это уйдет, сколько монстров успеет проникнуть из-за экрана? Нет, надо покончить с вторжением одним ударом. Знаешь, где находится распределительный щит?

– Н-нет, – правильно, откуда аспиранточке знать такие вещи?

– Бери дезинтегратор и следуй за мной. Я тебя проведу, а ты уничтожишь щит.

Аня округлила глаза:

– Но ведь тогда выключится все электричество в здании!

– А чего мы, по-твоему, добиваемся?

Мама!

Феод Хешшкора стиснул зубы и помотал головой, пытаясь прогнать темную пелену перед глазами. Мама мертва. Два слова – и твой личный мир рушится осколками. Тридцатисемилетний колдун давно уже не был беспомощным мальчиком, не мыслящим жизни без мамы, но к такому известию никогда не бываешь готов.

В ушах стоял голос тети Виты. Она что-то хотела от него, твердила какое-то имя. Феод слышал голос, но не различал слов. Главные слова уже прозвучали. Что еще может быть важно?

Чисто выбритый мужчина с густым хвостом огненно-рыжих волос выключил телефон и опустил его в нагрудный карман классического черного пиджака. Партнеры по бизнесу деликатно выжидали, делая вид, что изучают меню и интерьер ресторана.

– Извините, – пробормотал Феод, вставая. – Мне нужно отлучиться.

– Разумеется, Федор Александрович, – вежливо откликнулся один.

– Конечно, господин Муратов, – кивнул другой.

Феод проследовал к туалету, забыв барсетку на столике. Ноги казались деревянными. Не ответив на улыбку юноши развратного вида, отирающегося возле умывальников, господин Федор Муратов, глава солидной фирмы по производству химического оборудования, надежно запер замок кабинки, воздел вверх руки, сомкнутые ладонь к ладони, и негромко произнес заклинание. О чем подумает юноша, когда пройдет полчаса, час, а он так и не выйдет из кабинки, было ему безразлично.

Тело мгновенно стало невесомым, а затем растворилось в воздухе, перейдя на иной план бытия. Колдуна влекло через длинную черную трубу внепространственного переноса. Как бы ни повернулась судьба договора, который он сегодня собирался подписать, сейчас он должен быть в Хешширамане. Проститься с матерью.

Труба выплюнула его в его собственных покоях в замке Хешшираман, которые он делил с супругой, ныне гостящей в Деадарге-3. Дверь в залу, служившую кабинетом матери, была приоткрыта. Федор застыл на пороге, увидев своих родителей. Мама вздымала руки к небу, папа находился в каком-то полузамахе, вот только в его длани не было оружия. Оба были мертвенно бледны и недвижны. А в нескольких метрах от них раскинулось еще одно мертвое тело, на первый взгляд, принадлежащее молодому черноволосому байкеру или рок-певцу, неведомо каким образом оказавшемуся в волшебном замке. Феод узнал его. Это была телесная оболочка его бога, Хешшкора Всемогущего.

Шевеление, почудившееся за спиной, заставило его мгновенно собраться. Он сдернул пиджак и выкрикнул кодовые слова. Тотчас же со стены сорвался висящий на ней меч, со свистом рассек воздух, и рукоять легла в его ладонь. Тетя Вита привила ему вкус к холодному оружию и научила неплохо с ним обращаться. Уходя из-под возможного удара, Феод перекатился по полу, и вовремя: парализующий импульс посоха заморозил фиалку в настенном кашпо за его спиной. Феод развернулся в полуприседе и очутился лицом к лицу с рассерженным стариком в антрацитово-черной мантии. В правой руке его был посох, в левой – стеклянный шар со змеей. Нет – со змеиной головой. Голова гадины отдельно от туловища, да еще гнусно ухмыляющаяся, показалась Федору настолько противоестественной и отвратительной, что все свои силы он вложил в удар по шару.

Стеклянный – а может, кварцевый или хрустальный, колдун не очень в этом разбирался – сосуд треснул под врезавшимся в него стальным лезвием; мерзкая голова, разрубленная пополам, упала, пачкая ковер склизким мозгом. Но сила старого мага заключалась не в змее. Федор ударил не туда. Старик, затрясшись от гнева, ткнул посохом чуть ли не в лицо дерзкому, осмелившемуся лишить его Эндоры, и прошипел несколько слов, впившись взглядом в глаза противника. Феод поднял меч, чтобы снести верхушку посоха… и это было его последнее движение. Еще одна скульптура застыла в дверном проеме с бесполезным мечом в руке.