Чтение онлайн

– Райан, вы - опытный специалист и знаете как поступать. Считайте, что мое разрешение вами получено, - произнес Фаулер после короткой паузы.
– Допустим, мы получим ту информацию, которую ожидаем. Что тогда?

– Нужно изучить ее вместе с сотрудниками государственного департамента, заявила Лиз Эллиот.

– Такой шаг чреват серьезными последствиями, - возразил Райан.
– Японцы взяли на службу немало сотрудников из отдела, занимающегося торговыми переговорами. Нам следует исходить из того, что в госдепе есть их люди.

– Коммерческий шпионаж?
– спросил Фаулер.

– Конечно, почему бы нет? По каналу "Ниитака" к нам не поступило достоверной информации об этом, но, если бы я был чиновником, намеревающимся уйти с государственной службы и начать зарабатывать половину миллиона долларов в год, представляя здесь японскую корпорацию - а так поступают многие, почему не доказать японцам, насколько полезным для них я являюсь? Я бы поступил точно так же, как поступают советские чиновники или агенты, стремясь хорошо зарекомендовать себя в наших глазах. Для этого следует представить нечто сенсационное. Это незаконно, но мы не пытаемся бороться с такими нарушениями. По этой причине широкое распространение сведений, полученных в результате этой операции, может иметь опасные последствия. Судя по всему, вы собираетесь запросить мнение Талбота и еще нескольких сотрудников госдепа, но я серьезно подумал бы, прежде чем привлекать кого-нибудь еще. Кроме того, прошу иметь в виду, господин президент, если вы скажете премьер-министру, что знаете, что он сказал, - и если он вспомнит, что произнес это только в одном месте, - это может нанести ущерб нашему методу получения разведывательной информации.

Президент выслушал Райана молча и всего лишь нахмурился.

– А если попытаться представить это как утечку информации в Мексике? высказал предложение ван Дамм.

– Да, такое решение проблемы будет наилучшим и самым очевидным, согласился с ним Райан.

– Что, если я выскажу ему все прямо в лицо?
– спросил Фаулер.

– Трудно играть, когда у соперника полная масть - и к тому же козырная, господин президент. А если сведения об этой операции просочатся, конгресс выйдет на орбиту от возмущения. Это одна из тех проблем, с которыми мне приходится сталкиваться. Я обязан обсудить эту операцию с Элом Трентом и Сэмом Феллоузом. Сэма можно уговорить, но у Эта есть политические причины ненавидеть японцев.

– В моей власти отдать вам приказ не встречаться с ним...

– Сэр, этот закон я не могу нарушить ни при каких обстоятельствах.

– И все-таки может получиться, что я дам вам такой приказ, - заметил Фаулер.

Это опять удивило Райана. Оба - и он и президент - знали, каковы будут последствия такого приказа. Именно об этом мечтала Кэти. В конце концов это будет отличным предлогом для ухода в отставку.

– Впрочем, в этом может не возникнуть необходимости. Мне надоело заниматься играми с ними. Они заключили с нами соглашение и обязаны сдержать взятые обязательства, иначе им придется иметь дело с очень рассерженным президентом. Более того, сама мысль о том, что кто-то может совратить президента какой-нибудь страны таким преступным путем вызывает у меня отвращение. Черт побери, как я ненавижу коррупцию!

– Правильно, босс, - одобрительно отозвался ван Дамм.
– К тому же такая твердость нравится избирателям.

– Этот стервец говорит мне, - продолжал помолчав Фаулер (Райан так и не смог понять, где у него актерская игра, а где - подлинные чувства).
– что собирается приехать, чтобы уладить некоторые мелочи, ближе познакомиться, а сам намерен нарушить обещание. Ну ладно, мы еще посмотрим. По-видимому, настало время поговорить с ним твердо.
– На этом выступление президента закончилось.
– Райан, куда это вы исчезли вчера вечером?

– У моей жены заболела голова. Пришлось неожиданно уехать, извините.

– А как она сейчас? Все прошло?

– Да, сэр, спасибо.

– Ну, выпускайте своих молодцов. Райан встал.

– Будет исполнено, господин президент. Ван Дамм вышел следом за ним, и они направились к Западному выходу.

– Отлично сработано, Джек.

– Господи, неужели я начинаю им нравиться?
– спросил Джек с лукавой усмешкой. Беседа прошла подозрительно гладко.

– Я не знаю, что произошло вчера вечером, но Лиз ужасно сердита на твою жену.

– Они беседовали о чем-то, хотя я не знаю о чем.

– Джек, можно я скажу тебе прямо?
– спросил ван Дамм. Райан понимал, что эта дружеская прогулка в сторону выхода была слишком уж необычной, да и символизм был очевидным.

– Когда, Арни?

– Мне хотелось бы сказать, что в этом нет ничего личного и все чисто деловое, но это не правда - виной являются личные отношения. Извини меня, Джек, но такова жизнь. Президент примет твою отставку с огромным сожалением и будет превозносить тебя до небес.

– Благородно с его стороны, - равнодушно заметил Райан.

– Я сделал все что мог, Джек. Ты мне нравишься. Но все было напрасно. Такое бывает.

– Я уйду не поднимая шума. Однако...

– Да, я знаю. Никаких закулисных интриг за твоей спиной ни в то время, когда ты обратишься с просьбой об отставке, ни после этого. Время от времени тебя будут приглашать для консультаций, может быть, для проведения специальных миссий, установления контактов. Ты уйдешь с почетом. Даю тебе слово, Джек, и президент дает слово. Он вообще-то неплохой мужик, Джек, честное слово, неплохой. Он жесткий и крутой сукин сын, превосходный политический деятель, но я не встречал более честного человека. Дело всего лишь в том, что твоя позиция и его позиция не совпадают, а он - президент.

Джек мог бы ответить на это, что признаком интеллектуальной честности является выяснение противоположных точек зрения, но вместо этого заметил:

– Как я уже сказал, я уйду тихо, не поднимая шума. Слишком долго занимался этой работой. Пришло время отдохнуть, насладиться ароматом роз и поиграть с детьми.

– Такого ответа я и ждал от тебя.
– Ван Дамм похлопал его по плечу.
– Ты только успешно проведи эту операцию, и прощальное заявление босса о твоей многолетней деятельности будет блестящим. Мы даже попросим Кэлли Вестон написать его.

– Ты умеешь льстить подобно настоящему профессионалу, Арни, - усмехнулся Райан. Он пожал руку руководителю аппарата Белого дома и пошел к своему автомобилю. Ван Дамм был бы удивлен, если бы видел лицо Джека. Райан улыбался.

***

– Неужели тебе было необходимо вести себя с ним именно таким образом?

– Элизабет, несмотря на все наши разногласия, он хорошо послужил своей стране. Наши точки зрения во многом расходятся, однако Райан никогда не обманывал меня и всегда давал хорошие советы, - ответил Фаулер, глядя на крохотный микрофон в пластиковой палочке. Интересно, а он действительно работает?
– неожиданно подумал президент.

– Но я рассказала тебе о том, что случилось вчера вечером.

– Твое желание исполнилось. Он уходит. Людей такого калибра нельзя выбросить на улицу пинком. Для этого существует целая процедура, цивилизованная и почетная. Любое другое поведение было бы недальновидным и поставило бы меня в глупое положение как политического деятеля. Я согласен с тобой, что Райан принадлежит к прошлому, вроде динозавра, но даже динозаврам отводят почетное место в музеях.

– Но...

– Достаточно об этом. Ты поссорилась с его женой прошлым вечером. Мне это тоже неприятно, но как я буду выглядеть в глазах окружающих, если накажу мужа за то, что сделала его жена?