Чтение онлайн

14. Система исправительно-трудовых лагерей в СССР. 1923–1960: Справочник. М.: Звенья, 1998.

15. Урванцев Н.Н. Таймыр – край мой северный. М.: Мысль, 1978.

Мифотворчество – непременная часть создания истории, наверное, любого государства, но в России и СССР этот жанр приобрёл, пожалуй, особое значение. Наличие мифов сомнений ни у кого не вызывает, споры идут лишь об их количестве. «Правдивое» написание истории в постсоветское время (или – ещё в советское за рубежом и в неофициальной истории) порождает мифов, наверное, не меньше, поменялись лишь знаки. Ярким примером подобного мифотворчества является история и, особенно, – география ГУЛАГа. На основании устных, рукописных и печатных «свидетельств» на картах ГУЛАГа появились страшные каторжные лагеря уничтожения в самых удалённых точках Заполярья – на островах Новой Земли, Земли Франца-Иосифа и Северной Земли, полуострове Таймыр, острове Врангеля. Выход в свет справочника «Система исправительно-трудовых лагерей в СССР» [«Система…» ], составленного на основании документов ОГПУ-НКВД-МВД, хотя и ограничил фантазию мифотворцев, но не опроверг однозначно существования многих полярных лагерей: в справочнике приводятся сведения об управлениях ИТЛ и в нём, естественно, нет сведений о более мелких лагерных подразделениях – лаготделениях, отдельных лагерных пунктах (ОЛП), лагерных пунктах (ЛП), не говоря уже о лагкомандировках и подкомандировках (лишь иногда в разделах «производство», «дополнительные сведения» и «примечания» можно «вычитать» названия и местоположение мелких лагерных подразделений). Между тем бытовое сознание не разделяет лагеря по их рангу – часто даже бесконвойная подкомандировка воспринимается как «лагерь». Поэтому все указания на существование полярных лагерей должны тщательно проверяться.

При этом нужно иметь в виду, что сам ГУЛАГ практически всё время своего существования был организацией пусть по-своему, но хозяйственной, труд заключённых по существу продавался, и отсутствие «полезного» приложения труда исключало возникновение лагерей. Таким «полезным» и выгодным для полярного ГУЛАГа трудом были добыча полезных ископаемых, строительство, погрузочно-разгрузочные работы и т. п. Из производства пищевой продукции для Севера оставалась только рыбная ловля (сельскохозяйственного производства по природным условиям быть не могло, а добыча зверя исключена из-за необходимости выдачи заключённым огнестрельного оружия и невозможности постоянного контроля над ними). В частности, отсутствие «фронта работ» ставит под большое сомнение существование лагерей на острове Врангеля, известного в основном тем, что он служит «родильным домом» для белых медведей почти всей Восточной Арктики и практически полным отсутствием каких-либо полезных ископаемых.

Наиболее устойчиво держится в журнальных и газетных публикациях о ГУЛАГе история «лагерей смерти» на Новой Земле. Примером попытки обоснования существования таких лагерей на основании свидетельств «очевидцев» была вышедшая еще в 1965 г. в Мюнхене (на немецком языке) книга K.Bahrens «Deutsche in Straflagern und Gefangnissen der Sowjetunion» («Немцы в штрафных лагерях и тюрьмах Советского Союза») [Bahrens]. В книге приводится несколько «достоверных» рассказов бывших заключённых-немцев об их собственном или их товарищей пребывании в полярных лагерях. Большая часть приведённых свидетельств всё же оказывается пересказом из вторых или третьих уст, что резко снижает степень доверия к ним. Обычно они содержат подробности о каторжной работе в нечеловеческих условиях Арктики, о почти поголовной смертности заключённых. В свидетельствах, однако, содержатся фактические данные о местоположении и окрестностях лагерей, об использовании труда заключённых, описания этапов, т. е. те данные, которые можно проверить по независимым источникам. В книге говорится о существовании «большого количества лагерей» в трёх районах Новой Земли (окрестности Русской Гавани, Белушьей губы и становища Русаново), а также на острове Рудольфа в архипелаге Земли Франца-Иосифа.

Проведём краткий историко-геолого-географический анализ приведённых в книге подробностей об этих лагерях (см. табл.).

1 Положенная в основу комментария информация получена авторами из множества источников, как опубликованных, так и архивных.

Подводя итоги, можно уверенно сказать, что существование исправительно-трудовых лагерей на Новой Земле и Земле Франца-Иосифа в 1930–1950-х гг. практически невероятно. Прямых свидетельств нет, а известные через третьи руки подробности не соответствуют географическим и историческим реалиям. Механизм рождения подобного рода легенд, наверное, должен составить предмет особого изучения. Можно, например, предположить, что охрана привезённых куда-то в тундру заключённых специально сообщала им об их прибытии на «остров» – для предотвращения самих мыслей о побеге (такой случай для острова Врангеля описан в воспоминаниях одного из заключённых чукотских лагерей). Не исключены и другие механизмы рождения этих мифов, например, последующая, задним числом «привязка» лагеря к более или менее известной местности.

Тем не менее, в архипелаге ГУЛАГ были арктические «острова» и их было немало, о чём свидетельствуют многочисленные документы. Кратко перечислим те из них, которые расположены географически севернее Норильска (северная широта 69 град. 20 мин, расстояние от Северного Полярного круга – 310 км; для сравнения – знаменитые Соловецкие острова лежат на широте 65 град., в 170 км южнее Полярного круга).

1. Остров Вайгач и прилегающая часть Югорского полуострова – Вайгачская экспедиция ОГПУ-НКВД 1929–1935 гг. с центром в посёлке Варнек [«Система…», c. 179–180] (широта 69 град. 50 мин., севернее Полярного круга на 370 км). На Вайгаче велась разведка и добыча медных и полиметаллических руд, на Югорском полуострове – добыча флюорита, строительство дороги Белый Нос – Хабарово, в лагере на мысе Белый Нос располагалось строительство № 300 ГУЛЖДС, ликвидированное в сентябре 1944 г. На базе Вайгачлага в 1934 г. был организован Западно-Арктический комбинат ГУСМП с целью добычи и обогащения цинково-свинцовых руд Вайгача и плавикового шпата месторождения Амдермы, преобразованный через год в Вайгачский трест ГУСМП. Комбинат принял от ГУЛАГа в 1935 г. имущество всех вайгачских посёлков, которые были оставлены после свёртывания работ и затопления свинцово-цинкового рудника Раздельный (РГАЭ, ф. 9570, оп. 2, ед. хр. 1501). Рабочая сила в конце 1934 г. начала перебрасываться в Амдерму, где до сентября 1936 г. продолжали использоваться заключённые, и, по данным отчётов Вайгачского горнорудного треста, только после этого на добыче плавикового шпата стали использоваться завербованные по вольному найму, а 1 января 1938 г. трест переформирован в Рудоуправление, подчинённое Горно-геологическому управлению (ГГУ) Главного Управления Северного морского пути (ГУСМП).

2. Отдельный лагерный пункт (ОЛП) «Бирули» в составе Норильского ИТЛ (широта 76 град. 10 мин, 1080 км к северу от Полярного круга). Основной задачей заключённых была разведка месторождения слюды (мусковита), открытого в 1936–1938 гг. геологической экспедицией П.В.Виттенбурга (в начале 1930-х гг. – один из геологов-заключённых в Вайгачлаге). В 1946 г. на месторождении начала работу Бирулинская экспедиция треста «Арктикразведка». В 1948 г. добытая слюда была вывезена пароходом. В 1949 г. Бирулинская экспедиция была передана из ГУСМП в МВД, приказ МВД № 009 о создании там ОЛП относится к 3 января 1950 г. [«Система…», c. 338–339]. По состоянию на 12 сентября 1951 г., начальником ОЛП был Горелкин, командиром взвода охраны – ефрейтор Ананьев; списочный состав заключённых – 63 человека (по материалам Музея Норильского горно-металлургического комбината).

3. ОЛП «Мыс Входной» в устье реки Пясины (широта 73 град. 50 мин, севернее Полярного круга на 810 км), «производство» – рыбная ловля; отловленную в основном зимой и засоленую рыбу летом на баржах и гидросамолётах вывозили в Норильск. По состоянию на 12 сентября 1951 г.: режим – бесконвойный, начальник – лейтенант Плещеев, списочный состав заключённых – 53 человека (по материалам Музея Норильского ГМК).

4. ОЛП «Порт Амбарчик» в одноимённой бухте близ устья реки Колымы (широта 69 град. 40 мин, севернее Полярного круга на 350 км) – «северные ворота» Дальстроя. Лагерь, подчинённый Колымскому речному управлению Дальстроя (КРУДС), существовал с перерывами в 1932–1952 гг. Заключённые были заняты погрузочно-разгрузочными (перевалка грузов с морских судов на речные через складирование) и строительными работами (построены три ряжевых мола и склады) [Бацаев, Козлов; Навасардов].

5. Чаун-Чукотский ИТЛ Дальстроя с дислокацией управления в пос. Певек на Западной Чукотке (широта 69 град. 40 мин) – куст лагерей в радиусе 80 км от Певека. Годы существования – 1949–1957, численность заключённых на конец 1953 г. около 12 тыс. человек, занятых на добыче полезных ископаемых, дорожном, промышленном и портовом строительстве, погрузочно-разгрузочных работах [«Система…», c. 506].

6. Чаунский ИТЛ Дальстроя с дислокацией управления, вероятно, в пос. Певек – несколько лагерей в окрестностях Певека. Годы существования – сентябрь 1951 – середина 1953, численность заключённых при образовании – около 11 тыс. человек, занятых на добыче радиоактивных руд [«Система…»] (см. статью « Острова уранового ГУЛАГа в Восточной Арктике » в настоящем сборнике).

Отвалы шахт или штолен по добыче урановой руды близ «Рыбака». Рядом с отвалами – остатки спуско-подъёмных механизмов. Фото И.М. Сабирова, август 2008 г.

Отвальное поле «Рыбака» на склоне долины реки Тихой – правого притока р. Жданова. Фото И.М. Сабирова, август 2008 г.

Отвал и основание надшахтного механизма с рельсами для вагонеток. Фото И.М. Сабирова, август 2008 г.

Колючая проволока «Рыбака». Фото И.М. Сабирова, август 2008 г.

Расположение лагерей ГУЛАГа в районе полуострова Таймыр. Цифрами обозначены: 1 – мыс Входной; 2 – залив Бирули; 3 – Рыбак; 4 – бухта Зимовочная; 5. – Кожевниково; 6 – Нордвик (наличие лагерей в Кожевниково и Норвике документально не подтверждено)

Довольно долгое время бытовало представление о существовании крупного лагеря в пос. Нордвик (широта 74 градуса, севернее Полярного круга на 830 км) с группой небольших посёлков в его окрестностях. Лагерь обслуживал строительные и геолого-разведочные работы, а после 1936-го года, когда был создан трест Главсевморпути «Нордвикстрой» – ещё и добычу угля и соли. Однако проведённой в 1990 году экспедицией Норильского музея и Норильского «Мемориала», тщательно изучившей и описавшей остатки посёлка и нашедшей архив (в источнике не указано, какой именно), не обнаружено никаких следов лагеря, обычно сохраняющихся в условиях Арктики [Фоменко; Эбеджанс]. Никаких документальных свидетельств о существовании лагеря в Нордвике не было обнаружено и исследователями НИПЦ «Мемориал», тщательно изучившим архивы ГУЛАГа ОГПУ-НКВД-МВД [«Система…» ]. Качество полезных ископаемых Нордвикского района оказалось невысоким, вывоз соли слишком дорогим, пополнение малопригодным для пароходных топок углем судов на трассе Севморпути из-за отсутствия приспособленных портовых сооружении и мелководности бухты – долгим и трудоёмким.

Трест «Нордвикстрой» организован в 1936 г. по решению Совета труда и обороны СССР (СТО) от 25 июля 1936 г. и стал преемником Нордвикской экспедиции ГУСМП. В 1936 г. штат треста, размещавшегося в двух крупных посёлках Нордвик и Кожевниково, образовался из трёх групп (РГАЭ, ф. 9570, оп. 2, ед. хр. 1502): трудпереселенцев (подчёркнуто нами. – авт.), привезённых из Владивостока, команд барж из Пеледуя (в поселке Пеледуй на р. Лене располагалась верфь Главсвморпути – авт.) и сотрудников экспедиции Горно-геологического управления ГУСМП.