Чтение онлайн

— Разумеется, что мы не можем наградить его орденом «За борьбу с инопланетным вторжением». — Качнул головой Куратор, откинувшись на спинку кресла. — Но нам всё равно придётся придумывать оправдание его ранению для родных, и мы постараемся измыслить что-нибудь достойное. Мы заинтересованы в том, чтобы оперативники не боялись рисковать, и знали, что в случае чего о них позаботятся. Идею с мемориалом одобряю, мы поможем вам с закупкой глыбы белого или чёрного мрамора, однако оплачивать её будете сами, из фондов организации. Это всё?

— Пока да. — Ответил ему с экрана Краснов.

— Хорошо, буду ждать отчётов научной команды. — Представитель ООН выключил связь. Но дисплей не погас — на нём высветились алые буквы: «NO VIDEO».

— По-вашему, ситуация в норме? — В басе, зазвучавшем из динамиков, сквозило недовольство.

— Всего лишь небольшое опережение графика. — Равнодушно пожал плечами Куратор.

— Мы не учли, что средства ментального исследования позволяют им обнаруживать скрытые объекты — ведь в них работают люди. Мы едва не потеряли объект… На котором, между прочим, вы лично находитесь в данный момент. Вас это не беспокоит?

— Ни капли. — Куратор приподнял уголок рта в подобие ухмылки. — У нас есть «Х-UNIT», и он работает, как мы только что имели возможность убедиться.

— Мы создавали «X-UNIT» не для того, чтобы воевать с инопланетянами.

— Я знаю, господин председатель. И мы делаем всё, чтобы придерживаться линии…

Лысый ООНовец понял, что разговаривает с пустотой — на мониторе больше не светился сигнал приёма. Испустив тяжкий, усталый вздох, он потёр виски…

— Почему ты сразу не пошла к доктору? — Спросила Энн, прощупывая ключицу напарницы, которая сидела перед ней, приспустив с плеч рубашку. На тумбочке ночник в виде фигурки хоккеиста освещал циферблат старого будильника, позволяя разглядеть время — 00:31. — Она всё равно сегодня спать не будет.

— Я пошла. — Негромко возмутилась Хенриксен. — После того, как она рядовых осмотрела… Ну, не сразу, но пошла. Постояла под дверью минуты три… Послушала, как там внутри визжит циркулярная пила — и ушла. Ну её, завтра схожу.

— С утра. — Рыжая канадка строго посмотрела ей в лицо. — Кость цела, будь спокойна. Но ложись сейчас, пока анестетик действует. Что-то там точно есть, а то ты бы и без шприца потерпела, я ж тебя знаю.

— Ага, знаешь… Мне родители-то пишут, что совсем… — Капитан зевнула, опустила веки и… уснула. Не меняя позы — благо, сидела она на своей кровати. МакГрин улыбнулась, сняла с неё очки и аккуратно уложила подругу на здоровый бок, прикрыв одеялом. Сама отодвинула стул, с которого осматривала капитанские травмы, к дальней стене и тоже улеглась. Однако заснуть так и не смогла — в тусклом свете ночника рассматривала трещинки на потолке, пока не заиграли побудку…

Николай Николаевич вызвал Лайтмана к себе после утреннего построения — торопить офицера с отчётом он смысла не видел. Американец явился сразу же, и без лишних слов положил на стол командующего стопку исписанных листов толщиной примерно в две трети «Унесённых ветром». Пояснил, садясь:

— Мне не спалось, сэр, поэтому я всю ночь работал. По свежим следам, если можно так выразиться, составил доклад о действиях противника и каждой из наших боевых групп. Также изложил некоторые идеи по реформированию полевой структуры организации, но тут ещё много работы. Пока только наброски.

— Что ж, это интересно. — Хмыкнул полковник, придвигая стопку к себе и снимая с неё первый лист. — Но я бы предпочёл, чтоб вы этой ночью спали. Мы ведь не можем знать, когда случится новый контакт, и оперативный руководитель нужен мне бодрым…

— Согласен, сэр. Постараюсь урвать немного дневного сна. — Капитан побарабанил пальцами по столешнице и медленно произнёс. — Пока вы читаете, я бы хотел проговорить вслух кое-какие мысли… появившиеся у меня ещё вчера.

— Если вы считаете их важными… — Краснов оторвался от документа, поднял взгляд на Джима. — Я готов выслушать.

— Сам не могу сказать. — Признался американец. — Это довольно смутные идеи, но если я прав, из них можно сделать серьёзные выводы… Как вы помните, я общался с пришельцами посредством их… телепатии, или чем бы оно ни было, минимум дважды.

— Я помню. Вы вели себя смело.

— Спасибо. Так вот, после боя в Нерюнгри я анализировал все его аспекты, и заодно свёл свой опыт контактов воедино. — Джеймс сложил ладони одну на другую, подался вперёд. Лицо его, в то же время, оставалось привычно невыразительным. — Давайте еще раз пройдемся по известным фактам. Как мы полагаем, первый пленный сектогит является клоном. Внятно объяснить своё происхождение он не смог, но нетрудно представить общество в духе книги Оруэлла, где таких как он выпускают серийно в клонирующих установках и посредством прямой промывки мозгов обучают всему необходимому для дальнейшего существования. Мои первые выводы о пришельцах можно охарактеризовать двумя словами: «люди-машины». Разумные существа, слепо выполняющие приказы. Вчера, предлагая окружённым врагам сдаться, я исходил из той же логики. Любое принуждение основано на очень простых правилах: разум можно обмануть, испугать, показать цепочку причинно-следственных связей приводящим к его страданиям. Разум боится смерти. Но всё обдумав, я изменил свое мнение. — Командир «Альфы» хлопнул одной ладонью по другой. — Скажите… С чего мы собственно решили, что сектогиты разумны? Способность к скоординированным действиям, различные специализации представителей вида, умение делиться информацией… требования получить пищу? На Земле есть масса биологических видов, способных на такое же поведение и прекрасно обходящихся без всякого разума. Например… муравьи. — Он сделал паузу, будто ожидая вопроса, но Краснов слушал молча. — Любые аналогии ложны, однако посмотрим на проблему с такой стороны: муравейник является сложной самоорганизующейся системой, состоящей из множества узкоспециализированных компонентов. Синхронизация действий отдельных муравьев обеспечивается феромонными химическими сигналами — наборами чётких однозначных команд, выполняемых ими инстинктивно. А еще… существуют паразиты, способные подделывать «коды связи» муравейника и использующие муравьев в своих целях. — Он откашлялся и продолжил, осторожно подбирая слова. — Если я прав, не было у нас никаких «контактов» и «допросов». Сектогит воспринимал наши сообщения как прямые команды и пытался найти в своей «программе» адекватные ответные реакции. Пока вопросы были чёткими, проблем не возникало. Когда с ним попытался «говорить» я, со своими предложениями сотрудничества, абстрактными мыслями о освобождении… а именно это я предлагал пленному в первую встречу… Программы вступили в конфликт и засбоили, не находя нужных алгоритмов для реакции. — Джим пожал плечами. — Ничего удивительного, что он повёл себя странно. Попробуйте так обращаться со своим компьютером, результат будет точно таким же.

— Интересная теория. — Полковник задумался. — Конечно, вся природа сектогитов для нас туманна, и тут уже речь может идти, что считать разумным. Это как с искусственным интеллектом — на каком этапе можно начинать считать ИИ разумным и обладающим сознанием, а на каком просто сложным чат-ботом? И как нам это определить? Может, пришельцы пошли другим путём, и создали бездушных биороботов? Может, им не нужны слуги обладающие сознанием? Но тогда бы они точно вложили в них какой-нибудь механизм самоуничтожения, вроде принудительной остановки сердца. И, если следовать вашей теории, то такая единица может быть опасна в бою, если управление ей перехватит кто-нибудь другой. Но то, что сектогиты это существа, созданные искусственно, как вид — факт. Ведь у них исходно отсутствует репродуктивная система. При том, что, по докладам Елизаветы Васильевны, у мутоидов она удалена хирургически — значит их не выводили, а просто ассимилировали.

— Возможная перспектива для человечества. — Заметил Лайтман.

— Потому-то мы с вами и здесь. — Согласился Николай Николаевич. — Но продолжая мысль… Что бы понять причину, можно прибегнуть к старому приёму «думай как противник». — Полковник на мгновение замолчал, постукивая пальцем по бумажной стопке. — Наш пленник был создан искусственно. Уже, так скажем, «во взрослом виде». Никакого детства, взросления, познавания мира. Он просто появился, без каких-либо знаний. Ему дали навыки управления кораблём, просто информацию о том, как перемещать корабль в пространстве и всё. Потом его посадили в корабль и дали план полёта, которому он должен следовать. А теперь он оказался у нас. Всё! — Командующий поднял руку ладонью вверх. — Никто ему не говорил про великую «сектогитскую» цивилизацию, ради которой надо отдать свою жизнь, про великие цели и жизненную необходимость борьбы со злобными «розовокожими дикарями», ему могли даже про людей не рассказывать. И самому ему нет необходимости знать о всяких вещах, выходящих за рамки его специализации, его единственной цели в жизни — управления кораблём. У него никогда не было семьи, друзей, любимой. Поэтому сейчас, сидя у нас в клетке, он не знает что делать. Задание провалено, он может и не понимает, что в плену. Точнее, он понимает, что его ограничивают в свободе, но не понимает почему. И пытается подстроиться под обстоятельства в меру своего скудного разумения.

Лайтман качнул подбородком:

— Описанное вами существо полностью соответствует понятию «биоробот». Так почему мы пытаемся рассматривать его поведение через призму человеческих понятий? «Понимание», «свобода», «плен», «провал задания», «страх» — мы используем эти слова как нечто само собой разумеющееся и универсальное, но это совсем не так. Впрочем, здесь можно точно сказать только одно — в ближайшем будущем профессия философа снова станет весьма востребованной, новых общечеловеческих проблем здесь на годы работы вперед. А нам нужна практика. Давайте разберёмся с особенностями использования солдат такого типа и попытаемся снять возникшие противоречия — я тоже обратил внимание на вопросы механизма их контроля и самоуничтожения. Итак, отказавшись от использования существ со «свободой воли» вы получаете мечту любого кабинетного стратега — предсказуемые войска. Ход военной операции можно задать с любой требуемой точностью — распишите базовые атакующие и защитные стратегии поведения, разработайте систему стандартных приказов, установите цепочку командования, определяющую приоритетность выполнения противоречивых приказов, задайте особые условия выполнения миссии — цели и задачи, время операции, условия эвакуации. Уже этого будет достаточно для выполнения большинства боевых задач, а если операцией будет руководить разумное существо, вы обеспечите еще и высочайший уровень тактической гибкости.

— Вы начинали о противоречиях…

— Да, вернёмся к ним. Перехват командования в бою — есть однозначная цель миссии, есть «офицеры» с приказами высокого приоритета, есть стандартная форма отдачи приказов. Любые попытки влезть в эту схему будут просто игнорироваться. Почему нет системы самоуничтожения? Вы сами отметили, что сектогит может не понимать, что попал в «плен». Если он является «биороботом» — так и будет, он не сможет принять осознанного решения совершить самоубийство. Понадобится дать ему чёткий алгоритм с точным описанием ситуации, в которой ему нужно умереть. Но кто может гарантировать, что такой сложный приказ будет выполнен правильно, какой будет толк от солдата, убивающего себя, когда сопротивление еще возможно? Боевая обстановка слишком непредсказуема и запрограммировать все возможные реакции скорее всего просто нельзя. Здесь куда лучше подойдет приказ «сражаться до последнего». Но! — Джим поднял палец. — Это не может быть однозначным приказом высшего приоритета, иначе солдат станет неуправляемым. Скорее всего, существуют временные границы его выполнения — «до окончания операции, сражайся до последнего».