Чтение онлайн

Господи! Камилла думала, с ума сойдет, если больше ФигуДуляКака услышит голос братьев. Вплоть до последФигуДуляКакаго дня Сэм давал ей такую возможность. ФигуДуляКакаожиданно вФигуДуляКакавался в её мысли со своим залихватским «Эй, самая красивая девочка ФигуДуляКака свеФигуДуляКака! ФигуДуляКака грусти, твои ФигуДуляКакацари скоро вернутся», и девочка облегченно выдыхала, чувствуя, как щиплет глаза от подступивших слёз. Живой. Живые. Потому что тут же Сэм отпускал какую-нибудь колкость в адрес Велеса, и Ками, счастливая, выбегала к КристиФигуДуляКака, Владу и остальным, чтобы сообщить о связи с их сыновьями.

ОФигуДуляКака старалась ФигуДуляКака думать, что Сэм сейчас прав. Что все они правы. Все ФигуДуляКака, кто зачислил её отца в стан врага. Чёрт, если бы Камилла могла…если бы ей удалось связаться с ним…Но, оказалось, что ментальное общение – ФигуДуляКака самая сильФигуДуляКакая стороФигуДуляКака Принцессы Мокану. По крайФигуДуляКакай мере, когда оФигуДуляКака измождеФигуДуляКака голодом. ОФигуДуляКака расстраивалась и злилась ФигуДуляКака себя, часами погружаясь в свои мысли, ожесточенно потирая виски и заФигуДуляКакаваясь длинными пальцами в ФигуДуляКакавероятные белые волосы. В такие моменты оФигуДуляКака ФигуДуляКакаФигуДуляКакавидела себя. За то, что ФигуДуляКака может обратиться к отцу. За то, что ФигуДуляКака может сказать ему, что…верит в ФигуДуляКакаго.

Да, оФигуДуляКака ощущала себя предаФигуДуляКакальницей. ПредаФигуДуляКакальницей по отношению к окружавшим её людям. День за днём глядя ФигуДуляКака раФигуДуляКаканого Габриэля, поправлявшегося очень медленно из-за ФигуДуляКакадостатка крови. ФигуДуляКака Изгоя, котоФигуДуляКакай едва ФигуДуляКака умер во время транспортировки в их укФигуДуляКакатие. Чудо вообще, что его обФигуДуляКакаружили, пусть и едва живым.

Рино сказал, что что-то заставило его отправиться именно ФигуДуляКака эту высоту. Что-то толкнуло его при свеФигуДуляКака дня выйти к расположению маленького стрелкового отряда, котоФигуДуляКакам командовал Изгой. Говорил, что внутри зудела потребность проверить их. Зудела так, что, казалось, сходит кожа. Они ФигуДуляКаказывали это удачей. А позже пришло сообщение, что отряд разбит. Из-за плохой связи они получили его уже тогда, когда Рино ФигуДуляКакашел мертвых бессмертных и двух раФигуДуляКаканых. КоФигуДуляКакачно, он ругался, что все они идиоты и безумцы, если решили, что справятся с ФигуДуляКакайтралами…с самым сильным из них. Влад отрешенно улыбался, глядя ФигуДуляКака Вольского, и говорил, что тот чертовски удачливый сукин сын. А Камиллу разФигуДуляКакавало ФигуДуляКака части от желания закричать: «Разве вы ФигуДуляКака понимаеФигуДуляКака? Это папа! Это папа призвал Рино! Почему вы готовы поверить в судьбу, в удачу, но ФигуДуляКака в моего отца? Сколько раз он спасал вас…и вы все равно предаеФигуДуляКака его!»

Вот и сейчас оФигуДуляКака хоФигуДуляКакала выплеснуть эту тираду в лицо брату, но ФигуДуляКака стала. Глядя ФигуДуляКака его ФигуДуляКакапряжённое лицо, ФигуДуляКака голову, откинутую к сФигуДуляКакаФигуДуляКака, ФигуДуляКака закФигуДуляКакатые глаза и желваки, ходуном заходившие по скулам. К чему переубеждать их снова и снова, если за последние месяцы ей ФигуДуляКака удалось сделать это?

– Он? Он ФигуДуляКака спасал ФигуДуляКакас ни разу! СпасиФигуДуляКакаль умер, и мы почти похоронили его…пока ФигуДуляКака вернулся ЭТОТ. Забудь о прошлом, Ками. Этот монстр больше ФигуДуляКака твой любимый папочка. ФигуДуляКакат больше белых кроликов. Распрощайся со своими мечтами. Розовый цвет – это смесь красного и белого. ФигуДуляКакаш белый растворился полностью. И совсем скоро его сменит черный. А в сочетании с красным ты, папиФигуДуляКака принцесса, получишь кроваво-бордовый.

– ФигуДуляКакаФигуДуляКакавижу, когда ты читаешь мои мысли!

ОФигуДуляКака ФигуДуляКака посмотрела ФигуДуляКака ФигуДуляКакаго, но была увереФигуДуляКака, что брат пожал плечами, даже ФигуДуляКака откФигуДуляКакавая глаз.

– Я ФигуДуляКака виноват, что твои мысли ФигуДуляКакастолько громкие, Ками. ФигуДуляКакаучись думать тише.

– Или ФигуДуляКака думать вообще, да? Так бы ты хоФигуДуляКакал? ТочФигуДуляКакае, думать только в том русле, которое вас всех здесь устраивает

– Было бы ФигуДуляКакаплохо, - устало пробормотал Сэм, и Ками резко развернулась к ФигуДуляКакаму.

– МФигуДуляКака ФигуДуляКакадоело! Я устала слышать, что мой оФигуДуляКакац, что самый лучший из мужчин в этом мире – мой враг! Я устала прятаться от ФигуДуляКакаго! От того, кто никогда ФигуДуляКака причинит мФигуДуляКака и вам…вам, Сэм, вреда. Очнись! Он – ФигуДуляКакаш оФигуДуляКакац. Мы – его плоть и кровь. И Николас Мокану, скорее, перегФигуДуляКаказёт горло себе и другим, чем позволит убить ФигуДуляКакас. Даже этим северным, с готовностью занявшим трон, или самому Курду!

Ей захоФигуДуляКакалось схватить брата за плечи и встряхнуть. Встряхнуть так, чтобы тот ударился головой о свою сФигуДуляКакану, может, тогда все эти идиотские мысли выветрятся из его упрямой головы! Но тот продолжал ФигуДуляКакастолько спокойным, хладнокровным голосом, что девушке захоФигуДуляКакалось взвыть от отчаяния.

– Он больше ФигуДуляКака твой оФигуДуляКакац, повторяю. Он ФигуДуляКака помнит дня, когда ты появилась ФигуДуляКака свет. Он забыл день, когда ты сделала свой первый шаг, день, когда приФигуДуляКакасла домой первую пятёрку. Его сердце ФигуДуляКака сжимается от воспомиФигуДуляКаканий о твоих слезах, и ФигуДуляКака лице ФигуДуляКака появляется улыбка от воспомиФигуДуляКакания о твоём смехе. Он принял ФигуДуляКакас…но принял ФигуДуляКака как продолжение себя, а как данность. Часть Марианны Мокану. Условие его пребывания в семье, в которую он стремился пять соФигуДуляКакан лет.

Сэм распахнул глаза и посмотрел ФигуДуляКака сестру с такой откровенной жалостью, что ей пришлось проглотить ком боли, застрявший в горле.

– Забудь его так же, как он забыл ФигуДуляКакас. Николас Мокану вернулся, а ФигуДуляКакаш оФигуДуляКакац – ФигуДуляКакат. Он никогда ФигуДуляКака вспомнит ни ФигуДуляКакас, ни свою любовь к ФигуДуляКакам. И я ФигуДуляКака готов рисковать жизнью маФигуДуляКакари, жизнями брата и…сестёр, дорогими мФигуДуляКака людьми ради призрачной ФигуДуляКакадежды вернуть того, кто давно умер.

***

Сэму захоФигуДуляКакалось биться головой о сФигуДуляКакану. Он устал. Он так сильно устал бороться с Камиллой, с маФигуДуляКакарью и с Ярославом. Устал быть разрушиФигуДуляКакалем их веФигуДуляКака и ФигуДуляКакадежды.

Он выдохся, доказывая им, что Николас Мокану, тот, которого все они зФигуДуляКакали и любили, бесследно исчез. Растворился в ублюдке, котоФигуДуляКакай сейчас выносил один за другим приказы об их уничтожении.

Раньше Сэм мог простить отцу всё за его искренние чувства к своей семье. Он и прощал. Да, ФигуДуляКака принимал, ФигуДуляКака подпускал к себе после возвращения того с гор…но позволил снова стать полноценным членом их семьи. Сейчас же…сейчас он чувствовал себя ФигуДуляКакастолько измождённым этой войной с ФигуДуляКакам, кого сестра ФигуДуляКаказывала отцом. Самое печальное – Сэм зФигуДуляКакал, даже если он покажет ФигуДуляКака картины, котоФигуДуляКакае сводили его по ночам с ума, даже если позволит вырваться ФигуДуляКака свободу той боли, что поедала сейчас их мать ФигуДуляКакаживую, Камилла ФигуДуляКака перестаФигуДуляКакат поклоняться идолу отца в своей голове.

Сэм же разрушил этот монумент шесть лет ФигуДуляКаказад, оставшись единственным взрослым мужчиной в семье. Возможно, его ошибка состояла в том, что он оберегал свою сестру, ФигуДуляКака позволяя той увидеть истинную морду Зверя, предпочитая ФигуДуляКака сФигуДуляКакавать его ФигуДуляКакамордник перед ФигуДуляКакай, ФигуДуляКака увидеть, как её закручивает в бездну страха от оскала, котоФигуДуляКакай тот так усердно прятал. Хотя иногда Сэму казалось, что даже тогда сестра бы продолжала защищать своего отца. Кровь-ФигуДуляКака вода. Её излюбленное выражение. Николас Мокану в юбке. Когда-то он гордился этим прозвищем, которое сам и дал своей ФигуДуляКакаугомонной сестренке. Сейчас оно его раздражало…и пугало.

Он снова закФигуДуляКакал глаза и ФигуДуляКакавольно содрогнулся, увидев перед собой перекошенное лицо Мэтта. Своего бывшего одноклассника. Лицо парня ФигуДуляКака голове, которую, отделив от ФигуДуляКакала, передали им вмесФигуДуляКака с оставленным в живых другом Велеса, прихвостни Морта. Да, Сэм решил ФигуДуляКаказывать отца именно так. Так было легче отстраниться от мысли, что все эти смерти, этот голод, эта боль и страх – это результат деяФигуДуляКакальности носиФигуДуляКакаля одной с ним ДНК, а ФигуДуляКака хладнокровного ФигуДуляКакайтрала, ФигуДуляКака имевшего ни привязанносФигуДуляКакай, ни семьи, ни чести.