Чтение онлайн

Акимыч, нахмурив кустистые брови, усердно гонял в голове какую-то мысль. От усердия у него даже уши покраснели.

— А знаете, что? Это Веня правильно говорит. Сидим тут, гроши считаем. Я, почитай, одной ногой уже на кладбище. К Марьяне своей под бочок пора, а все, куркуль, гребу под себя. Лизавета вон дом поднимает — хорошее дело делает, меня старого не гонит, человеческое уважение мне вернула, кормит, поит, а я чего ж? Совсем совесть на чужих харчах потерял? Деньги еще эти проклятущие. Куда копить? В гробу карманов не имеется. Оформляй давай эту свою благотворительность, Вениамин Брониславович. Пусть ребяткам хоть за фундамент заплатят, у них семьи дома там на подножном корму, а мы тут чаи распиваем. А потом чего с Лизаветиного договора капать будет, то, значит, пусть на стройку и идет. Но уговор!

Дед поднял свой указующий перст и в тишине, как настоящий актер, произнес с пафосом:

— Пока туалет у нас не доделаете, чтоб по богоугодным делам не ходили туда налево!

Серьезный разговор после такого перла от Василь Акимыча завершился громовым хохотом всех присутствующих. Нахмурившийся еще более дед никак не мог понять, чем он рассмешил всю честную компанию. Он же свои кровные решил на хорошее дело пустить, а они смеются.

— Налево по богоугодным делам, — повторил утирающий слезу отец Сергий.

— А в туалет нам туда ходить нельзя… — ржали полковыми лошадьми облагодетельствованные строители.

— Ну дед, ты молоток! — восхищался Виталя.

— Даже Вениамин скрыл ухмылку, низко опустив голову, и над всем этим балаганом звонко разливался девичий хохот. Вскоре по отдельным фразам дед Василь догадался, что ляпнул что-то, к делу не относящееся, и с отеческой ухмылкой гордо наблюдал за веселящимся народом.

— Не, ну натуральный анекдот, — сказала Ленка, залезая в телефон. — Похожая история была, подождите, я ее где-то оставляла в закладках. — И прочитала всем про реальный случай в 19 веке, когда маляра настоятель попросил смету составить после ремонта церкви, а тот, недолго думая, своими словами все и описал с расценками. Тут уж хохотал и дед Василий.

— Вот так взял и покрыл зад Марии Магдалины матом, чтобы не блестел. Ой, не могу! Прямо 42 рубля попросил богохульник. Вот насмешила-то! — держался за бока дед, обхохатываясь над старым анекдотом. Все остальные эту историю, похоже, слышали, и после дедова перла она уже фурора не произвела.

За воротами прогудела Мишкина машина, и Ленка сорвалась со скамейки к мужу, потом барышни долго рассказывали Мишке свою идею-фикс с участком, поили его чаем и задабривали оставшимся тортиком. Старый друг, видя, что наконец-то наступили мирные времена, обещал сам заняться этим вопросом с местными риелторами. Подмигнул Лизавете, чмокнул в щечку и укатил с благоверной, пообещав вернуться на длинные выходные.

Все остальные, утащив на кухню свои чашки и блюдца, занялись делами. За столом остались хозяйка и Вениамин с батюшкой.

— Хотела познакомить, но, как вижу, вы уже нашли общий язык, — начала сложный дипломатический разговор Лиза. Ей совсем не улыбалось работать на поприще разведки, и поэтому было бы проще, чтоб мужчины сами пообщались, но любопытство пересилило.

— Да, все хорошо. Мы с вашей организацией тоже часто сотрудничаем, — поддержал отец Сергий, безошибочно раскусив фальшивого юриста. — Вы, наверное, про генерала Терентьева слышали.

— Андрей Евгеньевич который.

— Вы что-то напутали, Егорович — отчество у него. Генерал-лейтенант полиции Терентьев Андрей Егорович.

Удовлетворившись непонятным для Лизы ответом, Веня откинулся на лавке, кивнул и сказал:

— Ну проверим, конечно. Приятно познакомиться.

— Ага, — рассеянно ответил отец Сергий. — Вы мне тогда наберите. Если дело по нашему профилю, то помогу, чем смогу. У Елизаветы Петровны мой телефон имеется. Засиделся у вас. Спасибо за помощь и за угощения. Благослови вас Бог.

— Да это не мы, это дедушка, — смутилась Лиза. — Вы, пожалуйста, заходите, как будете рядом.

Скомкано попрощались, и батюшка пошел к строителям, как видно, разговаривать о новых сроках по часовне и Лизином туалете.

— Как спалось?

Вопрос, как юрист выбрался из Лизиного сна, оставался открытым. Она его, не подумав, так в своем доме и оставила вчера, куда его обратно тащить-то было?

— Отлично выспался, — сдержанно ответил Вениамин. — У вас замечательный домик, во сне даже лучше, чем наяву.

— Ага, — повторила слова батюшки Лиза. — А про Ольгу какие-то новости есть?

Не очень было понятно, про что стоит говорить с этим непростым товарищем.

— Ольга без изменений, тетя Роза пропадает в Сербском. Она хотела заехать к тебе в гости, и теряется, чем может отблагодарить за помощь в поиске.

Лиза махнула рукой.

— Да ничего не надо, она мне уже помогла, да и ты с договором этим разобрался. Можно сказать, квиты.

— Ладно, я сам подумаю, — кивнул Веня. — Я хотел вот что спросить. Если вдруг возникнет такая проблема, что вы, Елизавета Петровна, сможете помочь с вашими способностями, могу ли я рассчитывать на помощь за денежное вознаграждение? — Перешел вдруг на официальный язык безопасник.

Лиза даже обернулась, не на публику ли он работает? Но рядом во дворике никого не было.

— А почему так официально?

— Я бы хотел понимать, что могу воспользоваться вашими услугами в рамках работы нашего юридического агентства широкого профиля. Иногда бывают крайне неоднозначные случаи, и не хочется быть неблагодарной скотиной.

— Вениамин Брониславович, рада буду вам помочь в ваших неоднозначных случаях. Размеры гонорара оставляю на вашей совести. Впрочем, оставляю за собой возможность отказаться без объяснения причин.

Лизавета тоже умела разговаривать официальными шаблонами. Образование чаем не пропьешь.

— Ну и отлично. Тогда я завтра скину на почту информацию, а ты посмотри, пожалуйста, твой это профиль или нет, — неожиданно опять перешел на «ты» Вениамин и стал собираться. — До новой встречи.

Потом привезли стройматериалы, и от творящегося бардака на улице Лиза ушла к Милке и ее малышам. Сегодня можно было попробовать их выпустить на полчасика, размять ноги, пока Акимыч с Виталей убирались в сарае. Коза выглядела сонной и неохотно прогуливалась по двору, лениво обкусывая смородину и прочие плодово-ягодные насаждения. Лизе было не жалко. Лишь бы не заболела.

— Может ее надо доктору и тут и там показать? — возникла сумасшедшая мысль. — Нет, Иван никогда не согласится козу осматривать в своем сне. Хотя, ему же может просто приснится коза и ее хозяйка. Надо только раздобыть какой-нибудь предмет, например, пуговицу ему от рубашки оторвать.

Лиза представила, как она в процессе разговора откручивает пуговку от клетчатой ковбойской рубахи ветеринара, дергает ее с мясом, а потом с демоническим хохотом убегает и прячет под подушку.

— Мда, фантазии у вас, мадмуазель, как во французских анекдотах. Пошлятина какая-то.