Вне конкуренции
Шрифт:
— Это не часть...
— Часть чего? — перебиваю я. — Ты хотел сказать, не часть сделки? Так ты теперь это называешь?
— О чём он говорит? — спрашивает Фил, резко поворачиваясь к Скотту.
В комнате царит нервозность. Все явно сбиты с толку — и тем, что я ворвался сюда увольняться, и тем, что Скотт внезапно решил устроить голосование, чтобы лишить Риз её должности.
— Эмметт, — холодно говорит Риз, вставая со своего места во главе стола. — Ты не увольняешься. Сядь. Я сама разберусь.
— Отлично, — говорю я и послушно сажусь рядом с Эдом.
Эд улыбается мне так, будто приветствует за обеденным столом, а не на поле боя, куда я только что ворвался.
Риз выглядит смертельно опасной. Она стоит во главе стола, ладони упираются в столешницу, а её голубые глаза прожигают Скотта.
Чёрт возьми, как же она горячая.
— Никакого голосования здесь не будет.
Скотт приподнимает бровь.
— Ты правда хочешь сыграть в эту игру?
— Мы не голосуем. Так это не работает. И уж точно ты не можешь голосованием лишить меня моей должности. Здесь имеет значение только одно мнение — моё. Это мой клуб. Моя команда. И всё будет так, как скажу я.
Она делает паузу.
— Я позволяла вам четверым запугивать меня достаточно долго. Похоже, вы забыли, кто подписывает ваши чеки. Вы работаете на меня, а не наоборот. И в этих отношениях только один из нас незаменим. И это я. Понятно?
— Риз, — шипит Скотт. — Что ты творишь?
— Увольняю тебя.
Чёрт. Она просто невероятная.
— Я выложу их, — Скотт тоже вскакивает. — Не испытывай меня.
— Выложишь что? — спрашивает Фил.
— Фотографии нас с Эмметтом, — спокойно говорит Риз. — Да, мы вместе. Сюрприз. И Скотт приказал следить за нами и фотографировать, чтобы шантажом заставить меня отдать ему мою должность.
Фил и остальные члены совета, кроме Эда, выглядят совершенно ошеломлёнными. Возможно, из-за новости о нас. Возможно, из-за того, что сделал Скотт.
— Давай, Скотт. Публикуй.
Его челюсть дёргается.
— Они разорвут тебя, Риз.
Она пожимает плечами так небрежно.
— Я справлюсь.
Риз говорила мне эту фразу уже столько раз. Я справлюсь. Или я сама разберусь.
Я всегда настаивал, что ей не нужно всё тянуть на себе. И сейчас это тоже правда.
Но дело не в этом.
Дело в том, что Риз действительно справится.
Я пришёл сюда, думая, что спасу её.
А она, оказывается, слишком занята тем, что спасает саму себя.
Скотт снова садится, а она остаётся стоять, нависая над столом.
В ней есть какая-то пугающая спокойная сила. Внутри неё столько огня, но он под полным контролем и направлен точно туда, куда ей нужно.
Мне это чертовски нравится.
Она медленно и отчётливо произносит следующие слова:
— Никогда больше не смей угрожать мне или тому, что принадлежит мне.
Она указывает в мою сторону, даже не глядя.
— И это включает его.
Я толкаю Эда локтем и киваю на Риз.
— Вот это моя девочка.
На её губах мелькает улыбка, но взгляд всё ещё уничтожает четырёх мужчин перед ней.
— Риз… — нервно усмехается Фил. — Мы не знали, что он...
— Мне всё равно, знали вы или нет. Вы четверо, — она указывает на всех, кроме Эда, — весь сезон проявляли ко мне неуважение. Подрывали мои решения. Пытались подставить меня.
Она делает паузу.
— Но это моё здание. Моя команда. Я дала вам несколько месяцев, чтобы вы это вспомнили. Но время вышло.
Она снова садится и откидывается в кресле.
— Вы четверо уволены. С сегодняшнего дня.
— Ты не можешь этого сделать! — возражает один из них.
— Вообще-то, забавная вещь в том, что я — единственный владелец этого клуба — заключается в том, что могу!
Она улыбается.
— И самая прекрасная часть всей этой истории — честно, всё сложилось просто замечательно для меня, ваши зарплаты теперь освободят место в бюджете и позволят поднять зарплату Эмметту в следующем сезоне. Разве не прекрасно? Помнишь, Скотт, как ты говорил мне сосредоточиться на бюджете? Посмотри на меня. Я нашла решение!
Скотт вскакивает, отчаянно пытаясь спасти свой план.
— Ты не можешь быть его начальником! Никто не посчитает это нормальным.
Я отмахиваюсь от него.
— Да сядь ты и заткнись, Скотт.
— Всё в порядке, Эм, — говорит Риз. — Он прав. Я не могу.
Я резко смотрю на неё. Что это значит?
— Но ты не знал, Скотт, что последние полторы недели я встречалась с нашими юристами и отделом кадров, чтобы найти решение. Чтобы Эмметт не был моим непосредственным подчинённым. И чтобы я могла оставить его в команде.
Полторы недели?
Мы же узнали о шантаже только вчера.
— Я знаю, ты думал, что у меня не будет времени найти решение, ведь ты сообщил о собрании всего за день. Но мне повезло — процесс уже был запущен.
Она поворачивается к Эду.
— Теперь Эд будет вице-президентом по бейсбольным операциям. Он будет курировать весь тренерский штаб — и главную команду, и систему фарм-клубов. Все назначения, повышения и переговоры по зарплатам тренеров будут проходить через него. Я же продолжу заниматься игроками. Новый титул и приятная прибавка к зарплате. Так что поздравляю, Эд. Отличная работа.
Он улыбается.
— Спасибо, Риз. Рад работать с тобой.
— Ну что ж… — она глубоко выдыхает и оглядывает комнату. Четверо мужчин смотрят на неё ошеломлённо. — Думаю, на этом всё.
Она вдруг добавляет:
— Ах да, ещё кое-что.
Риз достаёт из сумки три папки и скользит ими по столу к трём из четырёх уволенных членов совета.
— Ваши выходные пособия. Не то чтобы вы их заслужили, но мне нужно держать всё по правилам. А ты, Скотт, очевидно, нарушил свой контракт, когда начал угрожать, так что тебе ничего.