Чтение онлайн

– Как же я тебя хочу!

***

О, как он это сказал!

Вроде, такая банальность… Но у Евы словно взорвалось что-то в груди и пламенем скатилось вниз живота, обращая в пепел все мысли, кроме одной.

Она распахнула глаза, развернулась к нему лицом. И тут же была встречена жадным поцелуем. Погрузившись пальцами в её волосы, он припал к Еве, целуя так, словно ждал этого вечность.

Оторвавшись на мгновение, избавился от футболки и одним быстрым движением, притянув её к себе на колени, усадил словно наездницу. Вита стиснула бёдра, прижимаясь к нему ещё сильнее, обхватила руками за шею.

Вот теперь поцелуи мгновенно спустились с губ ниже, и Ева ловила их, слегка запрокинув голову. А голова уже шла кругом!

Взвизгнула молния застежки, и толстовка улетела куда-то в сумрак комнаты. Через мгновение за ней последовал ажурный бюстгальтер. И Ева застонала, зарываясь пальцами в его волосы, пока губы Алекса терзали её маленькую упругую грудь.

А шаловливые руки Белова уже стискивали напряжённые ягодицы, уже сражались с застёжкой на джинсах, уже взрывали все табу, распаляя умелыми ласками огонь желания.

– Малышка моя, вкусная! Какая же ты классная! – успевал вставлять Лёха между поцелуями, избавляясь от остатков одежды. – Вита! Сладкая моя…

– Не отвлекайся! – хрипло рассмеялась она.

– Меньше слов – больше дела, хочешь сказать! – усмехнулся в ответ Алекс. – Ну, смотри… Сама напросилась…

И в тот же миг Ева ощутила голой спиной шершавую обивку дивана, а сверху приятную тяжесть разгорячённого мужского тела.

Его пальцы крепко стиснули её бедра, требовательно разводя их в стороны. Но у Виты не возникло ни малейшего желания сопротивляться…

***

Старенький диванчик показал себя молодцом и выдержал все страсти. Досталось ему, бедному!

Хотя, если откровенно, чертовски неудобное ложе. В пылу любовных игр на это ещё можно было не обращать внимания, но нормально поспать на нём вдвоём, оказалось невозможно.

Вот и пришлось не спать всю ночь…

Да и потом, так и остались полусидеть-полулежать в обнимку, согревая друг друга теплом обнажённых тел.

Сладкое послевкусие прошедшей ночи разливалось негой под кожей, и Ева улыбалась мечтательно, наслаждаясь этой уютной утренней нежностью. Хотя… Кто его знает, утро там, ночь, или уже день?

Сейчас об этом не думалось.

К чёрту всё!

Да, они заперты неизвестно где, и неизвестно, когда их спасут, и, возможно, с Шоном случилась беда… Но ведь, хоть умри она от нервного срыва, делу этим не поможешь, так какой смысл дёргаться?

Остаётся ждать. Тем более, они придумали такой шикарный способ скрасить это ожидание.

У Евы никогда личная жизнь не клеилась. Вроде, и не уродина, и не дура, но вот как-то не сложилось. А может быть, не сложилось как раз по этой причине. Не готова была на первого встречного соглашаться, лишь бы одной не остаться и в «старые девы» не попасть, вот и доковырялась.

Хотя, скорее уж, причина была в её «одержимости». Рассказать кому-то о том, что с ней происходило, всегда было страшно – вдруг решат, что она больная на голову. Приходилось всё держать под контролем, жить в вечном напряжении, не терять бдительность. Но скрывать такие вещи при постоянном общении всё-таки невозможно. Демоны ведь не спрашивали её, когда заглянуть в гости.

А последнее время всё стало совсем печально.

Да и, если честно признаться самой себе, она уже давно бросила судьбу свою искать, привыкла к одиночеству. Наедине с собой Черновой скучно не было. Она вообще не понимала женщин, которые без второй половинки мгновенно впадали в депрессию и теряли всякий смысл существования. Жизнь без мужчины, на самом деле, имеет множество преимуществ. Она в этом была уверена.

Ровно до тех пор, пока мужчина не появился.

За эти несколько дней, что она провела в Крепости, все давно уснувшие основные инстинкты Евы воскресли и потребовали сатисфакции.

И вот сейчас, в тёплых бережных объятьях, после жаркой ночи, она себя чувствовала кошкой, что разнежилась на коленях заботливого хозяина – так не хотелось, чтобы это однажды закончилось.

Как приятно чувствовать себя такой нужной, красивой, любимой. Кажется, что Алекс такой большой и сильный, а она маленькая и слабая (не зря же называет её «малыш»), но этот контраст не пугает, потому что он правильный, гармоничный.

И так умиляет эта его опека, так щемит сердце от простых мелочей – когда он варит кофе специально для неё, или поправляет, чтобы её не продуло, воротник куртки, словно она маленькая девочка, или просит отойти от края обрыва, потому что волнуется.

Все привычные принципы разлетаются, как вспугнутый ветром одуванчик, потому что вдруг сердцем понимаешь: кому, к чёрту, нужны эти свобода, самодостаточность и независимость, если они лишают тебя самого важного – любви?!

Забавно – чтобы понять такую простую вещь, пришлось всю свою жизнь перевернуть с ног на голову, отказаться от прошлого, нырнуть в такой тёмный омут неизвестного и нового, что до сих пор страшно.

Но… ничего, теперь у неё есть те, кто её защищает и опекает. Да и сама она кое-что может. Значит, пришло время строить новую жизнь. Может быть, непривычную и непонятную большинству людей, но зато какая она яркая, настоящая!

Да за одну эту ночь не жаль отдать все пустые бесцветные дни прошлого!

Лёша… Жаркий и жадный. Нежный и заботливый. А ещё оказывается, ужасно ревнивый.

Смешной мальчишка!

Сначала, когда дорвался наконец-то до её желанного тела, он, разумеется, ничего вокруг не замечал...

Но, что особенно приятно, не только о себе думал. Ему хотелось, чтобы удовольствие получила в первую очередь Ева. А это ценное качество. Хорош, во всём хорош, что тут сказать!

И лишь немного позже, когда первый голод был утолён, и они, прижавшись друг к другу взмокшими телами, переводили дыхание, чтобы вскоре снова броситься «в пучину безудержных страстей», Лёха скользнул взглядом по её груди и буркнул, отводя взгляд:

– Сними это, а! Бесит!

Ева изумлённо вскинула брови, непроизвольно прикрывая рукой свой сияющий лунным светом амулет.

Он хмуро глянул исподлобья, скривился.

– Не знаю почему. Просто бесит. Как будто спишь с женщиной, на которой чужое обручальное кольцо. Напрягает.

Она ошарашенно моргнула и фыркнула, взъерошив его волосы.

– Лёшка, ты чего? Это же просто защита… И ничего больше!

– Но ведь сейчас она тебе не нужна, – упрямо гнул своё Белов. – Так сними! На время… Если это для тебя действительно «ничего больше», то в чём проблема?

Ева ловко расцепила замочек, и бросила камень на валявшуюся на полу куртку.